Без права отказа К полуночи я дома буду, точно, пробубнил я, застёгивая ремень и смотря на Иринку.
Я больше не буду жить чужой жизнью
Маргарита вернулась домой поздно вечером. За окнами уже мерцали огни Москвы. Она остановилась на пороге, с сумкой в руке, и неожиданно твердо сказала:
— Я подаю на развод. Квартиру оставляю тебе, но ты вернешь мне мою половину. Она мне не нужна. Я ухожу.
Виктор, муж, опустился в кресло, поражённый.
— Куда ты собираешься? — спросил он, моргая в растерянности.
— Это тебя больше не касается, — спокойно ответила она, вытаскивая чемодан из шкафа. — Поживу пока у подруги на даче. А там посмотрим…
Он ничего не понимал. А ей было уже всё ясно.
Три дня назад врач, просматривая её анализы, тихо сказал:
— В вашем случае прогноз неблагоприятный. Максимум восемь месяцев… С лечением, может быть год.
Она вышла из кабинета, словно в тумане. Город шумел, солнце сияло. В голове гудела одна фраза: «Восемь месяцев… Я даже не отмечу свой день рождения…»
На скамейке в парке Горького рядом сел пожилой мужчина. Он молчал, греясь в осеннем солнышке, а потом вдруг заговорил:
— Я хочу, чтобы мой последний день был солнечным. Я мало чего жду, но солнечный луч — это подарок. Разве не так?
— Наверное… Только если знаешь, что год — последний, — прошептала она.
— Тогда не откладывайте больше ничего. Я столько “потом” накопил — на целую жизнь хватило бы. Только не получилось.
Маргарита слушала и впервые понимала: всю жизнь она жила не для себя. Работа, которую терпеть не могла, ради стабильности. Муж — чужой человек десять лет: измены, холод, безразличие. Дочь звонила только просить денег или помощи. А себе — ничего. Ни обуви, ни отпусков, ни даже кофе однажды за столиком.
Все откладывала «на потом». А теперь этого «потом» могло и не быть. В ней что-то оборвалось. Она впервые в жизни сказала «нет» — всему и сразу.
На следующий день она взяла отпуск, сняла все накопления и уехала. Муж пытался понять, дочка требовала — она отвечала спокойно и твердо: «Нет».
У подруги на даче было тихо. Укутанная в плед, она думала: неужели вот так всё закончится? Она не жила, она выживала — ради других. А теперь — только ради себя.
Через неделю она взяла билет в Сочи. И в кафе у моря встретила Игоря — писателя. Умный, мягкий, добрый. Разговаривали о книгах, о людях, о смысле жизни. Впервые за много лет Маргарита смеялась — по-настоящему, не думая о мнении окружающих.
— А давай останемся? — однажды предложил он, — Я могу писать где угодно, а ты будешь моей музой. Я тебя люблю, Маргарита.
Она кивнула. Почему бы и нет? Осталось так мало времени — пусть хоть будет счастье, даже если ненадолго.
Прошло два месяца. Ей было хорошо: она смеялась, гуляла, по утрам варила кофе, придумывала истории для соседей по кафе. Дочка поначалу возмущалась, потом смирилась. Муж выплатил её часть. Всё утихло.
Однажды утром зазвонил телефон.
— Маргарита Васильева? — встревожился голос. — Простите, вышла ошибка… Анализы были не вашими. У вас всё хорошо. Просто переутомление.
Она помолчала, затем громко рассмеялась — по-настоящему.
— Спасибо, доктор. Вы только что вернули мне жизнь.
Она оглядела спящего Игоря и пошла на кухню варить кофе. Потому что перед ней теперь был не восемь месяцев — а целая жизнь. Я больше не буду жить чужой жизньюЕкатерина вернулась домой поздним вечером. За окнами уже мерцали огни Москвы.
Учусь жить сам Старая сковородка с остывшей яичницей едва пахла луком, когда в коридоре резко щёлкнуло
Дневник, ноябрь Стою у зеркала в прихожей, кручу в руках куртку брать ли ту, что потеплее, с капюшоном
Цена шага Ему надо было закончить отчёт к шести а он уже пятнадцать минут таращился на письмо с пометкой «лично».
После десяти лет брака она ушла к другому. Год спустя вернулась беременная и разбитаяОна ушла к другому
Дневник Артёма Крылова 13 декабря Сегодня на общем корпоративном чате вдруг всплыло сообщение такое яркое
Когда Платон Артемьевич понял, что губернатор Самсонов снова не заучил своё новогоднее обращение, до
Она ушла, и только слишком поздно он понял, что была у него одна единственная, настоящая любовь.
Саша, ну посмотри внимательно, мне не кажется, что молния на спине немного некрасиво торчит?