Без рубрики – Page 65

Испытание на прочность: как Алина поняла, что не собирается больше быть мужем и спасательным кругом для «пусть он хоть сам себе папа» — история о женском достоинстве, семейных иллюзиях и новом счастье в компании Мейн-куна

Послушай, если судить по твоим словам, так и половик завидный жених: лежит себе в прихожей, не болтает

Без Копейки! Всё Ушло Детям Моей Подруги! — Иоланда, у меня совсем не осталось денег! Последнее отдала вчера Наташе! Ты же знаешь, у неё двое детей! — сквозь слёзы сказала Мария Степановна и повесила трубку. Слова дочери были как нож в сердце, и Мария даже не хотела их вспоминать. — Почему так? Я ведь троих детей вырастила с Антоном, для них всё делала, всё! Всем высшее образование дала, всех в люди вывела. А теперь, на старости лет, ни покоя, ни помощи. —Антон, родной, зачем ты так рано ушёл? С тобой всё было бы проще! — подумала она, обращаясь к покойному мужу. Сердце сжалось, рука нащупала таблетки: — Осталась одна-две штуки. Если станет хуже, чем спасаться? Надо бы в аптеку. Попыталась встать, ноги подкосились — опустилась обратно в кресло. Голова закружилась. —Ладно, таблетка подействует, всё пройдёт. Но время шло, а облегчения не было. Мария набрала номер младшей: —Наташа… — едва прошептала она, прежде чем услышать резкий ответ дочери: —Мам, у меня совещание, перезвоню потом! Попробовала сына: —Сынок, мне плохо. Таблетки закончились. Сможешь после работы купить? —Мам, я не врач и ты тоже! Звони на скорую и не жди! Мария тяжело вздохнула. — Всё верно… Он прав. Если через полчаса не полегчает, вызову скорую. Она откинулась в кресле и закрыла глаза, считая до ста, чтобы успокоить сердце. Вдруг — телефон! Далёкий звон. —Да? — отозвалась слабым голосом. —Мария, привет! Это Пётр! Ты как? Что-то сердце ёкнуло — захотелось услышать тебя. —Пётр, мне плохо… —Я сейчас приеду! Сможешь открыть? —Дверь уже давно не запирается… Телефон выпал из рук. Нет сил поднять. —Пусть будет, — решила она. Перед глазами, словно кино — молодость, студенческая весна на экономе. За ней — два кадета из военного училища, гордые, с разноцветными шарами. —Смешно, — подумала она тогда: взрослые с шариками! Ах да, это же Был День Победы! Парад, уличный праздник! И она между Петром и Антоном с шарами. Выбрала жизнерадостного Антона, а Пётр был застенчив, молчалив. Дальше дороги разошлись: она с мужем — в Подмосковье, Петра направили в Казахстан. Встретились спустя десятилетия — на пенсии, в родном городе. Пётр так и не женился. Когда спрашивали — он шутил: —Не повезло с любовью, надо было в казино идти! Звуки, люди. Мария открыла глаза. —Пётр… И рядом врач скорой. —Всё хорошо, подлечим. Это муж? —Да, конечно! Медик дал указания. Пётр остался рядом, держал за руку, пока не стало легче. —Спасибо тебе, Пётр. Уже лучше. —Вот и замечательно, попей чай с лимоном… Пётр не оставлял её, заботился, готовил еду. Даже когда Мария поправилась, отказался уходить. —Знаешь, я ведь всегда тебя любил. Поэтому и не женился. —Пётр, мы с Антоном были счастливы. Он меня любил. Ты молчал всегда. Как же я могла догадаться? Но что сейчас-то… Прошлое не вернуть. —Мария, давай жить, что осталось, счастливо, вместе! Что Бог даст — пусть будет нашим! Она положила голову ему на плечо, сплела пальцы: — Давай. — И засмеялась светло, по-молодому. Через неделю дочь позвонила: —Мам, ты мне звонила? Не смогла взять трубку, потом забыла… —А, это уже не важно. Но раз вспомнила, знай: выхожу замуж! Молчание. Дочь сглатывала слова. —Ты что, с ума сошла? Уже пора на кладбище, а ты жениха нашла?! Кто он? Мария сжалась, слёзы жгли глаза, но голос твёрд: —Это моё дело. Отключила телефон. Повернулась к Петру: —Готовься, придут твои «детки». —Мы победим! — улыбнулся он. — Где любовь — там нет проигравших! К вечеру пришли все трое: Рома, Иоланда и Наташа. —Ну, мам, покажи нам своего кавалера! — усмехнулся Рома. —А зачем? Вы его знаете, — вошёл Пётр. — Я люблю Марию с молодости. Когда я увидел в каком она состоянии, понял — терять её нельзя. Предложил руку и сердце, и она согласилась. —Слыхал, шут гороховый? Любовь в таком возрасте! — огрызнулась Иоланда. —Что значит в таком? Нам только за семьдесят — ещё жить да жить! И ваша мама прекрасна! —Ага… Ясно… Квартиру её за собой хочешь закрепить? — выпалила Наташа с адвокатским тоном. —Дети, да милости просим, у всех свои дома! —Но квартира — наша наследство! — настаивала Наташа. —Ну и что? Мне не надо ничего! Есть где жить и помирать! — скрестил руки Пётр. — Лучше перестаньте обижать мать! —Ты кто такой, старик?! — пошёл на конфликт Рома. Пётр выдержал, не дрогнув: —Я — её муж, нравится вам или нет. —А мы — её дети! — воскликнула Иоланда. —Да! Завтра же отдаём её в дом престарелых или психушку! — выпалила Наташа. —Ни за что! Пошли, Мария. Они вышли, держась за руки, не оглядываясь. Им не нужен был мир. Они были счастливы. И свободны. Единственный дворовой фонарь освещал путь. Дети смотрели вслед в недоумении: какая уж тут любовь после семидесяти?

Без Копейки! Всё Уже Ушло Детям Моей Подруги! Оля, у меня больше нет денег! Последние отдала Наташе вчера!

“Кран по-соседски или опасная блондинка из подъезда: как Марина отстояла свой брак перед лицом квартирных сплетен”

Мне бы кран починить, по-соседски Похоже, у нас в подъезде новый сосед, буднично сказала Ольга.

Когда мама не возвращается: История семилетней Юли в инвалидной коляске, потерявшей связь с мамой, и незнакомца Кости, который находит случайный телефон, чтобы спасти девочку – о неожиданной дружбе, помощи, надежде и новой семье в российской глубинке

За окном уже сгущались чудные синие сумерки, в которых плыли луна с кувыркающимися фонарями, а мама всё

«У мамы снова “приступ”: история Ирины, свекрови и мужниного долга. Как к семейному счастью вернуть свободу?»

Алё, Верочка, сердце… Верочка, давление… голос Ольги Сергеевны, слабый и дрожащий, едва различим

Мама, это Людмила, представил Родион, смутившись и приведя девушку домой поздно вечером. Добрый вечер

Как Юра, которого ждали и которого чуть не потеряли, стал “ходячим овощем” в глазах врачей, но благодаря отчаянной любви матери и неожиданной дружбе с младшим братом Ванечкой научился говорить, лепить, читать и быть частью семьи байкеров, где каждый нашёл своё место и свой путь к счастью

Юрочка был для родителей долгожданным чудом. Марина и Алексей пытались завести ребенка много лет, и когда

В тот день Катя гуляла с детьми в парке. Вдруг к ней подошла молодая, красивая незнакомка: – Здравствуйте! Ой, какие у вас замечательные детки! Как бы и мне хотелось иметь детей… – А что случилось? Не встретили свою любовь? – Да нет, встретила. Только он женат. Но собирается разводиться. Ой, а давайте я вам покажу его фото. Катя взяла её телефон и увидела… Его – Катя! Пошли уже, кино начинается! – кричал Саша, а Катя неслась к нему, не замечая ничего вокруг. Соседки у подъезда вздыхали: – Совсем с ума сошла девчонка… Но Кате было все равно – она безумно любила Сашу… После школы они были неразлучны, вместе ходили в кино, на прогулки. Жизни друг без друга не представляли. И никто не удивился их свадьбе – все было к этому. Саша поступил на юриста, Катя даже хотела учиться, но вскоре ушла в декрет. Ей было тяжело: роды дались непросто, вся домашняя работа на ней – Саше ведь надо было учиться и работать. Отдыхать тоже, конечно… Катя считала, что так и должно быть. Внешний вид ушёл на второй план: одни и те же шорты, старая майка, ни прически, ни маникюра… Она похудела, стала нервной. – Катюша, ну ты чего? Ты у меня самая красивая! – успокаивал Саша, всегда опрятный и уверенный. – Вот подрастет Иванка – и у тебя всё получится! Катя кивала. Она твёрдо решила: доберется до учёбы, когда Иванка чуть подрастет… Но когда Иванке исполнилось 2 года, Катя снова узнала, что беременна. Радоваться или плакать – не знала. Саша был счастлив: – Это же здорово – будет сын и дочка! Учебу снова пришлось отложить. Надолго… Катя не помнила, какой сегодня день недели… После рождения Софии всё слилось – пелёнки, подгузники, кашки… Одному зубки, у другой – животик… Плюс стирка, уборка, мужу еду приготовить… Мама помогала как могла: – Дочка, у тебя двое малышей, тяжело, конечно… Катя мечтала забыться хотя бы на день… Дети подросли. София уже большая, Иван ходит в садик – стало полегче. Катя даже заговорила о своём обучении. Саша воспринял в штыки: – Учёба? Ты как себе это представляешь? Иван в школу пойдёт, София ещё маленькая. Тебе что, денег мало? Детям без матери нельзя. Я для вас всё даю, и даже больше. Катя пыталась объяснить, что тоже хочет образование, специальность, карьеру… Саша смеялся: – Какая карьера, Катюша? Тебе уже не девятнадцать. Сиди дома, лучше о детях думай. Катя смирилась. Жизнь вошла в рутину. Стало легче, купила себе новую одежду, сделала причёску, маникюр… – Ты ничего не заметил, милый? – хвасталась она вечером. – Что? Какая кофточка? Нам некогда по паркам ходить – я работаю, деньги зарабатываю. Кстати, скоро в командировку – меня три недели не будет. – Опять? Мы тебя почти не видим! – Деньги сами себя не заработают, Катя, – ответил Саша и ушёл спать. Катя задумалась – они давно спят, отвернувшись друг от друга… Рядом с домом был красивый детский парк с горками и качелями, озером. Катя часто приходила туда с детьми, читала журналы на скамейке, наблюдала за Иваном и Софией. Там она часто замечала молодую стильную женщину. Вскоре они начали здороваться, и вот однажды женщина подошла ближе. – Здравствуйте! Мы так часто видимся, давайте познакомимся! – улыбнулась незнакомка. – Конечно! Я Катя, это мои дети, Иван и София. – А меня зовут Кристина. У вас чудесные дети! Я бы тоже мечтала иметь от любимого мужчины детей… – грустно вздохнула она. – Почему же… Вы такая красивая, не нашли своего счастья?.. – Нашла… Только он женат. Но его жена ужасная, скоро он уйдет. Скоро будут у меня семья и дети… – Кристина мечтательно молчала. – Всё у вас будет, не сомневайтесь, – кивала Катя. – Хотите фото показать? Красивый, успешный, подарки дарит, в Италию съездили, в Грецию скоро летим… – и показала фото. Катя взяла телефон и застыла. С экрана на неё смотрел улыбающийся Саша… Всё исчезло вокруг. Катя быстро возвращала телефон, звала детей… На глазах слёзы, еле сдерживалась… Кристина тихо ушла из парка, как будто всё поняла. Как Катя добралась домой – не помнит. Молча, с детьми, наспех собирая вещи в чемодан. – Детишки, сейчас поедем к бабушке… Согласны? – А папа? Он тоже приедет? – спросил Иван. – Конечно, просто чуть позже… В такси водитель удивлённо смотрел на заплаканную женщину с детьми и кучей сумок. В гостях у мамы Катя наконец всё рассказала, плача навзрыд: – Мама, я тут с детьми, а он с ней – в Италии, Греции… Как он мог?! Я ради него всем пожертвовала – учёбой, карьерой, мечтами… Что теперь делать?! – Жить дальше, дочка. Всё ещё впереди, помощь моя рядом. Дети – это счастье… Успокоившись, Катя позвонила Саше. Рассказала всё – и заявила о разводе. Саша удивился, а когда услышал, что всё рассказала Кристина, расстроился: – Ну, значит так. Развод, так развод. Квартира твоя – живи. А Кристину ты видела, кто ты и кто она? Ты домохозяйка, без профессии, а она – богиня… А я всё-таки человек статусный, – и отключился. Катя смотрела на телефон… Может, перезвонит и скажет, что это просто шутка? Но звонка не было. Значит, надо забыть всё и начинать жить заново. Только вот как она будет просыпаться без него? Хотя, по правде, она давно уже жила без него… Просто не замечала. Или не хотела замечать…

Дневник, июнь. Сегодня был обычный день я, Катя, как обычно вышла с детьми гулять в парк. Лето в Москве

Когда любовь требует жертв: История одной мамы между долгами и разочарованием

Сколько денег ты сегодня потратила на подгузники? раздался хрипловатый голос Игоря, едва я переступила

Анна переехала в новую квартиру с четырёхмесячным сыном Лёшей. Она была одинокой мамой, измотанной и совсем одна. Стены в квартире были тонкими, словно из бумаги. В первую же ночь Лёша начал плакать — у него были колики. Он кричал три часа подряд. Анна ходила по квартире, качая сына, шепча ему и сама плача от усталости. Вдруг — БАМ, БАМ, БАМ! Кто-то начал стучать в стену из соседней квартиры. — Тише там! — донёсся грубый голос. — Некоторым завтра на работу! Анна застыла от страха. Она прижала подушку к Лёше, пытаясь приглушить его крик, и шептала: — Пожалуйста, Лёша, ну пожалуйста, перестань. Так было каждую ночь всю неделю. Лёша плакал, а сосед — пожилой мужчина по имени Иван Петрович — стучал в стену и кричал. Анна жила в постоянном страхе, что её выселят. Она чувствовала себя худшей мамой на свете. Во вторник вечером Лёша кричал сильнее обычного. Анна была на грани. Она села на кухонный пол, обняв ребёнка, и горько заплакала вместе с ним. В этот момент раздался громкий тяжёлый стук в дверь. Сердце Анны замерло — она знала, что это Иван Петрович. Он пришёл ругаться лично. Она открыла дверь на щёлочку, готовясь извиниться. На пороге стоял огромный мужчина с суровым взглядом. В одной руке — чемоданчик с инструментами, в другой — пакет с продуктами. — Я… Извините, пожалуйста, — пролепетала Анна. — Он болеет, я стараюсь его успокоить… Иван Петрович посмотрел на плачущего ребёнка, затем на заплаканные глаза Анны. С тяжёлым вздохом сказал: — Отойди, — буркнул он. И прошёл в квартиру, прежде чем Анна успела опомниться. Он поставил пакет на стол, достал из него банку домашнего куриного супа и свежий хлеб. — Ты, похоже, давно не ела. Себя не пожалеешь — ребёнка не поднимешь, — сказал он строго. Потом открыл ящик с инструментами и подошёл к старому скрипучему креслу-качалке в углу. — Вся ночь через стену слышно, как оно скрипит, — проворчал он. — С ума можно сойти. Смазал петли и подтянул все винты. Через пять минут кресло было абсолютно тихим. — Ну, — сказал Иван Петрович, протягивая огромные руки. — Давай его сюда. — Что? — Ребёнка давай. А ты поешь суп. Анна растерялась, но отдала Лёшу «страшному» соседу. Иван Петрович прижал малыша к своей широкой груди, начал напевать низким голосом и ритмично похлопывать по спинке, как только умеют опытные отцы. Через две минуты Лёша затих. Через пять минут — уже спал. — Жена моя умерла десять лет назад, — тихо сказал Иван Петрович, глядя на ребёнка. — У нас было четверо мальчишек. Я знаю, как звучит усталая мама. Он посмотрел на Анну. — Я ведь не злился на тебя, когда стучал по стене. Просто не знал, как помочь и чувствовал себя беспомощным. С той ночи Иван Петрович стал не грозным соседом, а Дедушкой Ваней. Каждый вечер он заходил, чтобы покачать Лёшу, пока Анна могла поесть и принять душ. Так Анна убедилась: самые суровые с виду люди иногда обладают самым добрым сердцем.

Дневник, 17 марта Сегодня исполнилась ровно неделя, как я переехала в эту новую однушку с моей маленькой