Слушай, хочу рассказать тебе одну историю, как будто из жизни наших с тобой знакомых.
Значит, приехал мужик по заказу, адрес вроде обычный, открывает дверь и вроде бы лезет за деньгами, а вместо этого нож, и с угрозами давай все деньги, вылезай из машины. Жуть, да?
Но началось всё совсем не так. Жила-была Катя, ты её не знаешь настоящая русская женщина, высокая, статная, с тёплыми глазами. Её маленький сын Саша, непоседа и озорник, они вдвоём провожали Алексея его отец, муж Кати, собрался уезжать. Не просто так за границу, попробовать начать жизнь по-новому, для всей семьи. Знаешь, как у нас бывает вроде и сомневаешься, но хочешь лучшего.
Перед тем, как улететь, Алексей обнимает Катю, сынишку, и успокаивает:
Катюш, ты будто навсегда прощаешься. Год это же ничего, мигом пролетит, а я буду каждый день на связи, ты ещё устанешь от моих звонков! Ну и маму мою, не забывай, поддерживайте друг друга, гуляйте вместе, наших лохматых защитников береги только не забывай о прививках. Сами видите какая у нас охрана! усмехается, гладит по ушам Графа и Шпингалета, оба пса уже третий день сами не свои что-то чуют.
Ярким солнечным утром огромный Боинг взлетает из Шереметьево, и уже где-то над Волгой уносит Алексея далеко, прямо за океан.
Катя, Саша, Граф и Шпингалет остались стоять во дворе пусто как-то сразу стало, тоска. На целый год.
Алексей долго к этому шёл почти десять лет пробивался как микробиолог, и вот работу в Америке предложили, контракт шикарный, даже билет бизнес-класса купили. Чувствовал себя победителем. Но, честно говоря, мыслями был уже на том континенте, где новая жизнь, а здесь мама, жена, сын, друзья и собаки будто затерялись где-то в прошлом.
Катя сидит дома, закуталась в плед, и вдруг понимает пустота Мужа нет. Граф пристроился у её ног, смотрит так внимательно А Шпингалет прижался всем боком, утешает, как может. Саша закрыт в себе, молчит, переживает.
Катя решает как только начнутся каникулы, возьмет сына и поедет с ним и свекровью на дачу. Анна Сергеевна помогает чем может: по выходным приезжает, на хозяйстве, и делами Катю поддержит, и Сашку в театр сводят, и с псами погуляют.
Лето проводят на даче: грядки, лес, речка, собаки в восторге. Катя выходит на работу, Алексей звонит почаще, рассказывает про американские чудеса, скучает по ним, говорит всё у нас теперь сложится!
Осенью Алексей сообщает: Катя, купил дом, внёс первый взнос, пора продавать квартиру и перевести деньги. Катя согласна, но машину продавать не хочет. Алексей просит, чтобы и мама его дачу реализовала: без этих денег дом не оформить.
Всё продают за считанные дни и Катина квартира, и с мебелью, и даже пианино ушло быстро, а потом дом Анны Сергеевны. Все средства отправляют Алексею на валютный счёт. Перед переездом Граф и Шпингалет суетятся у чемоданов, поскуливают Катю тревога охватывает сильней, чем раньше.
Потом одно испытание за другим. Алексей звонит всё реже: Завал на работе, сам понимаешь. Зимой в НИИ прошли сокращения Катя осталась без работы, кризис пенсии задерживают, вакансий нет совсем. Граф худеет кормить нечем, собакам не до радости. Катя сама идёт мыть посуду хоть что-то, чтобы выжить. Потихоньку, да наладилось: Граф снова крепкий, носится по двору, встречает хозяйку с тяжеленными сумками вечерами.
Не прошло и полгода, как беда за бедой. Катя на работе руку ломает, тяжесть тянула в кафе, а у Анны Сергеевны сердце шалить начинает. Куртка Сашке нужна, а денег нет Алексей коротко отвечает: Денег нет только дом купили, как смогу пришлю.
Катя разрыдалась, Анна Сергеевна её прижала, уговаривает:
Не сдавайся, катюшка, прорвёмся. Мы же русские!
Даже собаки подошли, носами в ладони тыкаются, будто сердца у всех разом в одну точку сошлись.
Через несколько дней пришло две сотни долларов не больше десяти тысяч рублей тогда было. Хватило на лекарства, еду, куртку. Катя, не раздумывая, несёт в ломбард норковую шубу и золото прощается с ними навсегда. На вырученные деньги забила машину мешками с кормом и продуктами.
Больше финансов не было. Тогда Катя твёрдо решает: Пойду таксовать.
Анна Сергеевна чуть в обморок не падает, Граф сразу запрыгивает на заднее сиденье, будто и сам всё понимает вместе держатся лучше.
И вот, ночь, первая смена, и что ты думаешь Катя за одну ночь зарабатывает больше, чем за месяц раньше! Вторая ночь встречает бывшего начальника, тот в шоке: Боже, где тебя носит, я тебя ищу у меня тут новое НПО, берись за работу, я ж тебя знаю! Оставляет ей визитку, Катя почти летит домой от радости, Граф хвостом как молотилкой молотит, счастлив за хозяйку.
Но на обратном пути тормозит какой-то мужчина: Мне тут на соседнюю улицу, подвезёте? Ну, чего не заработать лишний рубль.
Доехали, приезжает, он открывает дверь, лезет в карман и вместо кошелька нож! Представляешь, середина ночи, страшно. И вдруг в тишине дикий рык: Граф, огромный, яростный, кидается, вцепился в этого гада, аж тот покатился. Мужик машет ножом, вырваться не может Пёс перехватывает руку, получает порез на морде, Катя тут же гипсовой рукой ему по лицу! Мужик вылетает из машины вместе с собакой, Катя хватается за Графа, забирает его и улетает домой.
Дома Шпингалет не ест, дрожит у входа: ждёт всех обратно. Катя тихо моет Графу рану, кормит обоих, и валится спать прямо на диван, крепко прижимая лохматого защитника. Маленький Шпингалет пристраивается рядом, голову на ногу кладёт и сопит.
После этой ночи всё меняется нужда уходит: Катя получает повышение, хватает и на хорошую машину.
Алексей почти пропадает звонит разве что на Новый год и праздники, всё оправдывается, мол, времени нет. Проходит пять лет, умирает Анна Сергеевна сердце остановилось. На похороны сын не приехал: ни помощи, ни весточки. Перед смертью она оформила квартиру на Катю.
Через пару месяцев настойчивый звонок в дверь. Саша открывает, а на пороге Алексей, весь при галстуке, дорогой кейс, улыбка якобы добрая.
Ну что, сынок, папа дома! театрально тянет.
Саша уже мужчина, холодно отрезает: Мой отец предал нас, и мне видеть тебя не хочется. Позови маму.
Катя выходит, за спиной стоят Граф и Шпингалет как телохранители.
Чего тебе?
Она достаёт из сумки две стодолларовые купюры, швыряет ему в лицо:
На, забери, мы умеем возвращать долги! Предатель!
Алексей вдруг меняется: Это моя квартира, она была матери! Убирайтесь! замахивается кейсом, чуть ли не орёт. Но Граф одним прыжком валит его, отрывает рукав пальто зубы щёлкают у носа, Шпингалет за другой рукав цепляется.
“А ты, Графин, хозяина не узнал?!” мямлит Алексей, но в ответ второй рукав на клочья.
Катя спокойно забирает собак, закрывает дверь. Больше они его не видели, и слава Богу.
Алексей, кстати, эти строки бы и не прочёл: через год, летом девяносто восьмого, его сердце не выдержало. Похоронили на православном кладбище в Вашингтоне никого из его семьи из России даже не было на похоронах.
Вот такая история, друг.