Украденное счастье
Мама, мне так тяжело простонала она с трудом, едва раскрыв глаза.
Почему, когда на человека наваливается беда, он зовёт маму, даже если ему давно за тридцать?
Сейчас тебе станет легче, операция прошла успешно, подошла к больничной койке мать. Ты пить хочешь? Врач разрешил морс принести.
Хочу, мамочка Спасибо, прости, что заставила тебя волноваться.
Вера Михайловна смотрела на Полину с такой нежностью, а глаза её ещё были красными от слёз, натерпелась за эти дни.
Всё позади, доченька, главное всё позади.
Мама, где ты остановишься? Возьми ключи от моей квартиры, поживи там.
Не стоит, я у тётки Гали поселюсь, не переживай.
Вера Михайловна моталась в реанимацию, где Полина провела несколько дней после операции, только когда её перевели в общую палату, мать вернулась домой, в своe село под Калугой.
Там её встретил отец Полины, суровый Пётр Семёнович. Его взгляд был наполнен раздражением.
Опять к своей по первому звонку бежала! Я же просил, держись подальше, проворчал он.
Вера Михайловна отвела глаза знали ведь, что полгода не называли дочери на имени Но вдруг внутри что-то оборвалось, и она не выдержала:
Дочка едва не погибла в аварии! Мне с больницы позвонили! Как бы я жила, если бы не приехала? Никогда бы себе этого не простила!
Пётр Семёнович ничего не ответил, лишь вышел во двор курить. Вера Михайловна тяжело опустилась на скамейку, сглотнула боль.
Тут появилась старшая дочь Ирина с двухлетним сыном на руках.
Мам, ты уехала, никому ничего не сказав! Я чуть с ума не сошла, малого всю ночь не убаюкать!
Ирина сунула матери ребёнка не задумавшись, что та только с дороги.
Чё с Полиной? буркнула она.
Всё нормально.
Ну, и ладно, пожала плечами Ирина.
***
Болезнь сначала не заявила о себе явно легкие головные боли, потом по утрам онемение в руках, позже боль, да такая, что Полина не могла выходить на сцену без уколов и таблеток. Уже после полного обследования в московской клинике вынесли беспощадный приговор всё, карьере пришёл конец. Последствия аварии сказались слишком жёстко.
Теперь жизнь в Москве для Полины стала бессмысленной. Съёмная квартира, о которой мечтала когда-то Мама ведь уговаривала взять хотя бы крошечную однушку в ипотеку. А ей хотелось шика, гардеробные, джакузи, простор.
Толпы поклонников, московские гонорары от этого голова кружилась. Казалось, так будет всегда.
Складывая многочисленные чемоданы, Полина обдумывала на что же ушли её деньги? Неоновые маечки, юбки, туфли на платформе Всё это здесь, в деревне, смешно даже доставать из сумки.
Вот оно все доходы ушли на тряпки, косметику и духи. Сбережений ноль: всё, что было, отдала бывшему жениху «на машину к свадьбе». И та покупка стала роковой именно на ней и разбилась судьба, машина оказалась не подлежащей ремонту, а Евгений виновным в ДТП, страховки не видать. Жених исчез из её жизни, долг не вернул, заблокировал её везде.
Вот так жизнь треплет не даёт присесть на одном месте. Вспоминая, как промотала лучшие годы, Полина, горько усмехнувшись, отправила матери сообщение.
Мам, я приеду последним поездом. Возьму такси из Москвы до села.
Жду тебя, доченька.
***
Пётр Семёнович хмыкнул, когда жена с телефоном скрылась в сенцах:
Опять эта городская дура собирается пожаловать! Не просил ли я тебя, чтобы и духу её не было тут?
Ирина кормила сынулю, посмотрела на отца:
Я подслушала, Полина вечером приедет, видно, не сладко ей живётся в Москве, раз вспомнила про дом.
Пусть только заявится встречу как положено, буркнул отец.
Верно, поддакнула Ирина. Она и не думает, что здесь знают, как на хлеб в столице зарабатывала.
Ирина пошаркала к себе в комнату. Раньше сестёр объединяла одна спальня, теперь Ирина ненавидит имя Полины: «Как хорошо, что судьба расставила всех по местам!»
Нужно было укладывать сына, но, как назло, тот не засыпал, крутился. Ирина обиженно ущипнула малыша: Спи, я сказала!
Малыш заплакал отец сразу насторожился:
Чего плачет?
Да капризничает, спать не хочет.
Успокоившись, ребёнок наконец заснул. Ирина пошла мыть посуду и ждать приезда сестры, думая: «Только её ещё не хватало!»
Когда за окном стемнело, и щёлкнула дверь, Ирина, полная любопытства, выбежала на встречу «гостье». В дом ворвалась молодая женщина стройная, с большим чемоданом на колёсиках. Остальное таксист помог внести.
Спасибо, мил человек! расплылась в улыбке мать.
Счастливого пути, кивнула Полина.
Ирина раздражённо осмотрела сестру: как ей удаётся выглядеть так? Себе бы хоть раз в спортзал сходить
Отец не вышел сидел с газетой, молчал. Ирина мысленно злилась «герой», а показал бы на деле
А Полина разулась, зашла в комнату и сухо поприветствовала:
Привет, папа Ты злишься? Можно я у вас немного поживу? Совсем не осталось сил, просто хочу побыть с семьёй.
А выгонишь тебя куда ж Ты же у нас, как кошка всегда возвращаешься, проворчал тот, не глядя.
Раздражение сдавило Ирину. «Еще недавно обещал не пускать её на порог!»
А родители любят, хоть что рви.
Из комнаты заплакал малыш, и Полина тут же:
Это мой племянник, да? Я ему подарок привезла!
Моему сыну ничего не нужно, процедила Ирина.
Ирин, что ты говоришь! вмешалась мать, Какая чудесная игрушка! Малыш будет рад!
Ирина поморщилась и вышла из дома: смотреть на умиления родных невыносимо.
Полина рассеянно ковыряла вилкой кашу.
Мам, пап, как же тут всё родное Никогда этого не понимала, постоянно спешила, суетилась деньги зарабатывала
Много, наверное, скопила, с усмешкой бросила Ирина.
Мама странно поглядела.
Полин, ты не устала с дороги? Я тебе в зале постелила.
Спасибо, мам, я с удовольствием Только здесь дышится по-другому свежо и спокойно.
Отец не отходил хотел остаться с дочерью наедине, да отвык за долгие годы.
Я пошла укладывать малыша, чопорно сказала Ирина, а ты, пожалуй, посуду помой.
В зале Полина вдруг обняла отца и горько разрыдалась:
Пап, прости. Хотела на свадьбу вас позвать, а вместо этого Я ни на что не годна, устала, не хочется жить.
Не говори глупостей, отозвался он, ещё всё впереди, поймёшь со временем: что бы ни случилось дом здесь, поможем, не выгоним.
Стены тонкие, Ирина слышала всё. «Дурочка! На шею родителям садится! Плачет тут, жалость выпрашивает»
Утром Полина набросила платок и принялась готовить завтрак.
Голова не болит? осведомилась мать.
Терпимо, улыбнулась Полина сквозь слёзы.
Тебе бы есть побольше вся похудела.
Теперь мне не о чём волноваться, стану есть что хочу.
К слову, я не тратила твоих переводов, все отложила на чёрный день.
Зачем?
Чувствовала: понадобится.
Ирина, проходя мимо, специально толкнула сестру.
Встала тут, мешаешься
После завтрака родители хотели устроить прогулку.
Покажи Полине новую улицу, магазин.
Ну раз надо
«Вот бы утопить её чтобы не видеть»
Раньше Полину знали в селе многие, кто-то узнавал, здоровался.
Так не ходи примут за москвичку-развратницу, подначила Ирина, разглядывая её свитер и лосины.
Какие обо мне слухи распространяли, сама, что ли, пустила?
Тебя изнутри разъело неудачно живёшь, так не валяй всё на других!
Полина подняла гордо голову:
Я не делала ничего постыдного.
Не забывай тут-то не забыли А то корона выросла!
Ты вообще на себя бы посмотрела! вспылила Полина. Я стала жертвой не по собственной вине, и ты это знаешь.
Ирина дернула плечом:
Кто же виноват? Сама не уследила
Полина отвернулась и пошла в другую сторону, оставив сестру на улице.
Уйдя к речке, выдохнула:
«Как она может напоминать о том?! Я так старалась всё забыть!»
Почти десять лет назад Два родных человека, две судьбы. Полина была примерной студенткой, с Лёшей встречалась, всё шло к свадьбе. Уже и родители жениха звали но просили дождаться диплома.
Рядом вдруг возникла Ирина, завалила учёбу, влилась в дурную компанию. Чтобы «спасти» сестру, Полина вынуждена была идти по лезвию после той ночи остались лишь шрамы.
Хотела тогда рассказать Лёше правду, а сестра его уже обработала
Просто молчи, ничего не объясняй тихо сказал он тогда, и с того дня между молодыми пропасть.
С тех пор все отвернулись, кроме одной подруги Жанны. Она и втянула Полину в московские танцы работа, хоть и нелепая, но честная.
Здесь, в ночном клубе, её встретили тепло. На сцене была звезда и только ночами помнила тот ужас одиночества.
***
Мать всё выглядывала в окно, дождалась вскоре Полина вернулась с прогулки, обняв мать.
Вы с Ириной опять поссорились? с усталой заботой спросила мама.
Не переживай, мам. У Иры свои несчастья, муж бросил после рождения сына.
Ты всё знаешь, да? А я по старой памяти надеялась, что Ире повезёт больше
Больше не хочу об этом, мам.
Ирина не выдержала, вышла из комнаты:
Я решилась уйти от вас не нужны мы вам.
Ты что, всплеснула мама. Всем хватит места!
Я лучше уйду, встала Полина.
Мама рухнула на порог в слезах:
Что вы делаете, девчонки?! Я вас всех люблю!
К вечеру в дверь постучали: на пороге Алексей. Не изменился, грудины широкой, глаза всё те же.
Привет, Поля. Можно тебя?
Я не по Ирине, а к тебе. Узнал, что ты вернулась, хочется поговорить
О чём?
О нас Я не забывал тебя, хоть годы прошли. Не встретил никого, кто бы заменил тебя.
Да ладно тебе, Лёш, живи спокойно: меня уже нет.
Не говори так, Поля. У тебя нет ни мужа, ни детей, у меня тоже Неужели даже маленького шанса нет?
Был когда-то. Не сейчас.
Молчали долго, Алексей не уходил.
Ты прости меня за прошлое, за боль Я реально дурак был.
Полина с тоской подумала будь иначе всё, давно бы жили вместе. Но от счастья осталась только тоска
Ирина подслушивала за дверью; позади подошла мама.
Оставь сестру, Ира.
Я просто стояла оправдывалась она.
Перестань, вздохнула мать. Тебе же вся зависть гложет даже сына приписала Лёшке
А почему вы Полину больше любите?
Мама всплакнула:
Не в ней дело, а в тебе, Ира Ты зло сама себе делаешь!
Из кухни вышел Пётр Семёнович:
Хватит ругаться, идите по кроватям!
Всю ночь отец не мог уснуть: «Сколько лет своих чувств не понимал… думал, Полина позор, а вышло, что дочь нуждалась в нас больше всех».
Вышел ночью на улицу увидел: Полина и Лёша сидят на лавочке, смеются, плетут венок из одуванчиков.
От сердца у Петра Семёновича отлегло, он вернулся с улыбкой: «Ну, значит, всё у детей будет хорошо… Всё образуется…»Утро в деревне начиналось с мятного света и первых гомонов за окном. Полина проснулась раньше всех будто сердце подсказывало, что сегодня начнётся новая жизнь. Она присела у окна и вдохнула запах мокрой травы, сладких мандарин на подоконнике и чуть уловимо маминого пирога.
В комнате робко появилась Ирина. Не глядя в глаза сестре, она переминалась с ноги на ногу, потом вдруг глухо сказала:
Мне тоже тяжело, Поля. Прости Я всегда тебя по-своему любила.
Полина смотрела на Ирину долго. Потом подошла и обняла её, крепко-крепко, как в детстве под одной простынёй и Ирина тихо заплакала у неё на плече.
Всё будет иначе, шепнула Полина, не отпуская сестру. Мы справимся, у нас ведь есть друг друга и мама с папой.
За окном залаяла собака, к дому по тропинке неспеша шёл Алексей с охапкой ландышей. Старики уже вышли на крыльцо: папа позвал внучонка на речку с удочкой, а мама встретила рассвет с самоваром.
Полина, глядя из окна, вдруг поняла в эту самую минуту тьма ушла. Всё потерянное заново вернулось: дом, родные, надежда. К радости не нужны ни звёздные гонорары, ни пыльные московские клубы нужно только, чтобы утром тебя кто-то ждал, а вечером прощал.
Она вышла на крыльцо босиком, навстречу солнцу, сестре, семье. И когда Алексей протянул ей белоснежные ландыши, она впервые за долгое время улыбнулась по-настоящему. А летний ветер уносил последние обиды, чтобы в доме остались только любовь и прощение.
За этим простым счастьем никто уже не охотился. Оно вернулось туда, где его любили и ждали больше всего и, возможно, никогда не уходило вовсе.