Саша, ты шуткуешь? В новогоднюю ночь? Но ведь мы так долго планировали… Я уже утку замариновала по твоему любимому рецепту с яблоками да черносливом, Лидия застыла с деревянной ложкой в руке, непонимающе глядя на мужа, который суетился по спальне, складывая вещи в спортивную сумку.
Саша остановился, с тяжелым вздохом посмотрел на жену глазами человека, на плечах которого будто лежит вся тяжесть мира.
Лидочка, ну сам посуди: тут не до прихотей. Из конторы только что звонили, аврал на складе в Южном районе трубу отопления прорвало, электроника на миллионы рублей под угрозой. Если не спасём всё сейчас, после праздников нас просто уволят к черту собачьему. А я за склад отвечаю, мне нужно лично всё контролировать, акты составлять. Понимаешь, такое дело…
Лидия медленно опустила ложку обратно в кастрюлю с кипящим на обед борщом. Внутри сжалось от обиды. Новый год они планировали с месяца хотели встретить вдвоём, уютно, с нарядной ёлкой, без посторонних. Дети выросли, разъехались, о внуках и мечтать не приходилось этот вечер был только для них.
У тебя это надолго? тихо спросила она, чувствуя, как слёзы подступают к горлу.
До утра, не меньше, виновато развёл Саша руками. Там говорят воды по колено. Пока откачаем, пока коробки перевезём… Прости, родная. Мне бы сейчас тут с тобой, за столом, да утку твою, да на “Наполеон” твой домашний…
Он обнял её, поцеловал в макушку. От него пахло дорогим одеколоном, которым он пользовался только к праздникам.
Странно, мелькнуло у Лидии, зачем ему “Шанель”, если он на склад ехать собрался?
Но вслух она ничего не сказала. Почти тридцать лет брака Лидия привыкла доверять мужу, а Саша был всегда надёжным хозяином и трудягой. Да, работа бывает что поделать. Сейчас времена неспокойные, работу беречь надо.
Ладно, вздохнула она, отстраняясь. Иди собирайся. Я тебе хоть оливье на дорогу дам не голодать же в мороз. Пирог отрежу, бутерброды с красной икрой.
Не надо, Лид, поспешно отмахнулся Саша. Там мужики заказали пиццу какую-то. Нехорошо мне с банками, я ведь начальник засмеют.
Вот именно глупость, фыркнула Лидия и уже достала контейнеры. Любая пицца не сравнится с домашней едой. Да и вообще дома желудок не страдает, а на складе тебе изжога да и всё. Я аккуратненько сложу, никто и не заметит.
Она упорно складывала еду, а Саша смотрел с неудобным смешением раздражения и жалости. Спорить не стал видно было, что спешил.
Через полчаса он уже был в прихожей в новом пуховике, который обычно доставал на выход в свет.
Ладно, пошёл. Ты тут не скучай, пораньше ложись спать, а телевизор выключай. Завтра выспимся, вместе отпразднуем. Я тебя люблю.
И я тебя, отозвалась Лидия.
Дверь захлопнулась, щёлкнул замок и тишина в квартире раздалась, словно вырезала кусок из сердца. Лидия осталась одна.
В гостиной переливалась огнями ёлка. Под ней красиво лежал подарок для мужа видеорегистратор, о котором Саша давно мечтал. Теперь коробка казалась чужой и ненужной.
На кухне пахло запечённой уткой. Лидия выключила духовку. Есть не хотелось совсем. Слёзы, которые держала перед мужем, хлынули. Она села, закрыла лицо руками и плакала и за себя, и за испорченный праздник, и за старость, которая вдруг показалась одинокой и темной.
Так просидела с час, пока за окном темнело, и город готовился к празднику. Прогремели первые петарды, слышались голоса на улице а в квартире лишь тиканье часов и её рыдания.
Вдруг зазвонил телефон. На экране “Светка”.
Алло? голос Лидии был хриплым, прерывающимся.
Лидочка! С наступающим! бодро кричала лучшая подруга Светлана. Ты чего в миноре? Уже выпила чего лишнего или просто скучаешь?
Нет, Свет. Совсем не пила. Саша на работу срочно уехал, авария на складе… Я одна.
Пауза на том конце. Светка женщина боевой закалки, трижды разведённая и с характером хмыкнула.
Авария, да? В новогоднюю ночь? Ну-ну. Ты, что, поверила? Сидишь тут, плачешь и смотришь “Карнавальную ночь” по телеку?
А что делать? всхлипнула Лидия. Утка остывает. Всё пропало.
Всё, подруга, прекрати это! тут же командовала Света. У меня самой планы летят ухажёр сбежал, испугался очередного семейного заказа. Я одна. Не собираюсь киснуть. Я забронировала столик в “Русском вечере” в центре. Шоу-программа, Дед Мороз, танцы два места. Я думала одна пойду, да кого-нибудь найду, а теперь ты свободна судьба!
Светочка, какой ресторан? ужаснулась Лидия. Я в домашней шали, глаза распухли. Да и вообще замужем я. Не пойду никуда.
Ну нет уж! решительно заявила подруга. Не позволю сидеть дома да жалеть себя. Доставай своё бархатное синее платье оно на тебе тоже ни разу не было!
Есть…
Одевай, красься! Я заеду на такси через час. Никаких возражений! Если муж в дела ударился, тебе тоже надо отдохнуть. Как встретишь Новый год, таким он и будет, помнишь?
Лидия посмотрела на своё отражение в тёмном стекле печальная женщина в бигуди. Хотела ли она остаться такой? Саша среди коробок, работает ради семьи, а она страдает? Нет, Светлана права пора собраться и выбраться, иначе глядишь тоска заест.
Ладно, выдохнула она. Жду тебя.
Через полтора часа Лидия не узнала себя в зеркале синее платье подчеркивало фигуру, жемчужная нить блестела, волосы собраны аккуратно. Макияж скрыл слёзы, глаза светились решимостью.
Света, яркая и громкая, была в красном платье с пайетками. Когда Лидия вышла, подруга присвистнула:
Ай да царица! Вот увидит враз свой склад бросит!
Они приехали в “Русский вечер” гомон, блеск, музыка. Зал украшен золотом и серебром, в центре огромная нарядная ёлка. Их столик уютная ниша, видно зал, но их не видно посторонним.
За нас, красавиц! Света подняла бокал под русское полусухое. Пусть мужики штабелями, а рубли к нам текут!
Лидия улыбнулась, напряжение отпускало. Заказали салаты, жульен, шампанское. Болтали о детях, о ценах, о жизни.
Знаешь, я рада, что выбрались, призналась Лидия. Дома бы я изошла на слёзы. Спасибо тебе.
Для этого и нужны настоящие подруги, весело кивнула Света. О, танцы начинаются! Пойдём, вспомним молодость.
Музыка гремела, свет приглушился. Народ потянулся на танцпол. Лидия смотрела на пары, и грусть скользнула по сердцу ей бы сейчас с Сашей потанцевать, голову на плечо…
Вдруг взгляд остановился у окна VIP-зоны знакомая фигура, разворот плеч, манера сидеть… Сердце ёкнуло.
Нет, не бывает… Куртка вроде другая… Он же там на складе…
Что с тобой? спросила Света.
Там… Мне показалось это Саша…
В этот момент мужчина повернулся в профиль свет упал как раз на знакомое лицо.
Это был Саша.
Лидия вцепилась в скатерть в лёгких не хватило воздуха, руки задрожали. Он в белой рубашке, которую она гладила накануне, в пиджаке с того самого шкафа. Но главное напротив сидела молодая эффектная женщина, золотое платье, улыбка до ушей. Она держала его за руку. А Саша смотрел на неё с тем взглядом, который Лидия помнила с молодости влюблённо и нежно.
Лидия, ты в порядке? испугалась Света. Ты побледнела!
Это он, выдавила Лидия. Саша.
Света всматривалась, недоверчиво качала головой.
Да ну… С блондинкой? Ай да артист! Вот врёт про потоп на складе!
Он мне соврал, в голове у Лидии громыхал поезд. Он просто не хотел быть со мной…
В памяти прокрутились утренние сцены: суетливость, духи, отказ от еды из дома. Перед этой дамой с контейнером действительно некомфортно.
Сиди, грозно сказала Света. Сейчас ему устрою новый год шампанским окатим!
Нет, Лидия схватила её за руку. Не надо. Не стоит публичной сцены.
Тебе это так сойдёт с рук? Он, пока ты рыдала, тут с пассией! Нельзя так!
Лидия глубоко вздохнула, в душе поднялась ледяная ярость та, что ведёт женщин к точке невозврата.
Крутить не буду. Но истерики не будет. Я поступлю иначе.
Она решительно встала, поправила платье.
Куда? спросила Света шёпотом.
Поздороваюсь с мужем. Невежливо не поздравить в Новый год.
Лидия медленно шла через зал прямая спина, высоко поднятая голова. На поверхности была спокойна, хотя внутри всё дрожало.
Подойдя к их столику, Лидия остановилась за спиной Саши. Он с улыбкой накладывал любимой даме еду.
Приятного аппетита, дорогой, твёрдо прозвучал её голос.
Он вздрогнул, уронил вилку. Медленно обернулся. Его лицо стало мертвенно-бледным, губы задрожали, в глазах паника.
Л-Лида… Как ты… тут?..
Сашенька, а это кто? кокетливо спросила спутница, картинно надув губки. Мама? Ты говорил, мама в Саратове…
Это была пощёчина. Лидия удержала себя, только холодно усмехнулась.
Нет, дорогая, я не мама. Я начальник склада, и всё это сказала, глядя мужу в глаза. Проверяю, как идёт ликвидация аварии… Вижу, полным ходом.
Саша начал вставать, опрокинул бокал вино пролилось на белую скатерть.
Лида, это… Не то, что ты думаешь… Деловая встреча…
Сядь, властно приказала Лидия.
Он сел, словно школьник.
Ну, успехов вам в переговорах, посмотрела на блондинку. Надеюсь, ночная смена оплачивается по двойному тарифу.
Девушка покраснела.
Саша! Ты сказал, что развёлся что вы с женой как соседи…
Вот интересно. Мы, оказывается, “делим имущество”. Спасибо за информацию, ледяно улыбнулась Лидия.
Взяла со стола бутылку шампанского то, что пили “партнёры”.
Позволите? У меня пересохло от восхищения.
Выпила залпом бокал, глядя на мужа. Тот сидел, согнувшись, молча. Люди вокруг уже поворачивали головы.
Саш, я ведь еду тебе собрала, переживала… А ты тут с икрой, сказала, доставая ключи из сумочки.
Положила их перед ним.
Вот. Забери, когда за вещами приедешь. Домой сегодня не возвращайся. Там авария прорвало… с моим терпением.
Лида, не горячи! Давай поговорим! он пытался дотянуться до неё.
Не трогай меня. Никогда.
Повернулась к даме напротив:
Советую проверить его паспорт и кошелёк. Банкет, вероятно, за семейный бюджет. С новым годом!
Развернулась и ушла. Её ноги дрожали, но голова ясна. За спиной слышала оправдания мужа и раздражённый голос его женщины. Но было уже всё равно.
Вернувшись к Свете, встретила ошеломлённый взгляд:
Ничего себе! Я думала, тарелку швырнёшь. А ты его словами размазала!
Лидия выпила воды.
Поехали домой, Свет. Хочу домой.
Конечно, дорогая.
Дальше всё было как в тумане. Проезжая ночью по огонькам, Лидия думала, что почти тридцать лет прожила и всё оборвалось одним новогодним вечером. Было очень больно. Но в душе ещё и мерзко.
Дома Света не оставила её одну.
Всё, никаких слёз, твёрдо сказала. Где его вещи?
В шкафу, махнула рукой Лидия.
Два часа они упаковывали всё: костюмы, рубашки, носки. Лидия работала молча, с остервенением.
Вот этот свитер я ему вязала, сказала, сжимая в руках серый пуловер. Две недели старалась…
Отдай ему, отрезала Света. Пусть носит и помнит.
К утру прихожая была завалена чемоданами. Дом выглядел пустым как и её душа.
Ну как? обняла её Света. Всё опустело, но место заполнится. Ты у меня красавица, умница. Настоящего найдёшь, кто врать не станет.
Не нужен мне мужчина, устало отозвалась Лидия. Мне нужен мир.
В шесть утра раздался звонок в дверь.
Лидия знала, кто это. Через глазок увидела Саша, в смятой рубашке, с лицом паническим.
Открывать не стала.
Лида! Открой! Надо поговорить! Я всё понял! Она сама ко мне! Я люблю только тебя!
Лидия приложилась лбом к двери.
Саша, уходи, твёрдо сказала. Вещи твои на площадке. Замки сменены ночью.
Ты не имеешь права! Это тоже моя квартира!
Имею. Подаю на развод девятого января. Квартира пусть делят юристы. Пока живи на складе. Там тебе работы хватает.
Лидочка! Не руби с плеча! Столько лет вместе!
Именно столько лет я тебе верила, а ты променял всё на один вечер с чужой, соврал про потоп… Уходи, иначе полицию вызову.
Тишина. Потом шорох, звук перемещаемых сумок, шаги вниз по лестнице.
Лидия сползла у двери на пол. Света, всё это время рядом (наготове с клюшкой для гольфа мало ли), села, обняла.
Вот и всё, прошептала Лидия. Я свободна.
Не просто свободна. Теперь живёшь для себя. Вспомни, когда ты делала то, что самой хочется?
Лидия задумалась не вспомнила.
Прошло три месяца.
Париж весёлых весенних луж, запах почек. Лидия шла по аллее под руку со Светой, в новом пальто, купленном на денежки, что раньше прятала “про запас”.
Как ты? спросила подруга.
Звонил он, спокойно ответила Лидия. Та его дама бросила через неделю как узнала, что не олигарх, а обычный складач с ипотекой. Саша просился назад. Говорил, что понял, какая я святая.
А ты?
А я сказала, что святые живут на небесах, а я земная баба, и предателей не возвращаю. Суд завтра, развод.
Не жалеешь?
Лидия остановилась. Голубое небо, яркое солнце.
Раньше жалела, боялась, одиночество душило. Но поняла: тот новогодний вечер лучший подарок судьбы. Если бы не разоблачили ложь, всё так бы и было жила бы для другого, не для себя. А теперь теперь дышу полной грудью.
Улыбнулась искренне, светло.
Пойдём кофе попьём? В новом кафе. Там эклеры изумительные, говорят.
Пойдём! А потом в кино?
В кино! Теперь я сама хозяйка своей жизни.
Лидия весело зашагала по аллее, а её каблучки стучали о мостовую, как мелодия новой, настоящей жизни без фальши и “складских потопов”.