Записал бы всё это на бумаге легче бы стало. А так вечер в Харькове тянулся бесконечно хмуро. Вернулся домой двери хлопают, как будто ветром захлопывает, а не я сам; обувь сбросил не глядя, спина затекла после офиса, плечи гудят. День получился как битва без отдыха: на работе то одно, то другое то отчёты все переделать, то совещание на совещании, а сроки жмут, будто за горло берут. Всё время грезил о том, как вернусь: горячий душ, чёрный чай, кресло возле окна и книга, чтобы на полчаса этот мир перестал существовать.
В глубине квартиры тихонько урчал компьютер, знакомый шум вентиляторов. Я прошёл на звуки, еле переставляя ноги.
Таня? Ты дома? позвал я, входя в комнату.
Тишина, только кулер шумит. Странно было. Обычно отвечала сразу, даже если в наушниках интернет смотрит. Насторожился, но решил: может, не услышала.
Вошёл и остановился. За моим столом сидит Таня, почти уткнулась в монитор. На системном блоке моя флэшка индикатор мигает, на экране бежит строка копирования. Вид у неё будто поймали на месте преступления. Поворот головы резкий, взгляд напряжённый. Сердце у меня сжалось.
Чем занята? вопросил я стараясь держать себя в руках.
Она вздрогнула, попыталась быстро закрыть окно на экране. Голос её был неровный, нервный:
Да ничего особенного, хотела тут найти одну штуку
Я сделал шаг вперёд, чувствую, как в груди поднимается какое-то нехорошее предчувствие.
Какую штуку? Тут рабочие материалы, ничего личного нет. Что надо было найти?
Таня обернулась, презрение мелькнуло в её взгляде.
Теперь, что, за каждое движение отчёт давать? зло бросила она. Глаза метались.
Тут я совершенно растерялся. В конце концов, это был мой ноутбук, да ещё под паролем. Как она вообще вошла?
Я не требую отчёта, осекся я, пытаясь подобрать слова. Но это всё-таки моя техника, рабочая. Что ты там искала и что хотела скопировать?
Да без разницы! зашипела Таня, вставая. Ты постоянно на работе, меня одна дома бросаешь. А у меня ноутбук сдох, вот и села за твой. Я что, ограбление банка совершила?
Я молчал, лишь сжал челюсти. Разговор близился к ссоре. Не хотелось срываться, но внутри всё клокотало.
Это не повод лезть в чужие файлы, тихо ответил я. Что на флешке?
Она замолчала, не знала говорить или молчать. Вдохнула резко:
Хорошо, скажу. Я копировала документы по последнему проекту. Для Константина.
Для Кости? я едва мог поверить в услышанное. После всего, что он тебе сделал?
Именно для него, жёстко ответила Таня, скрестив руки. Ему грозит увольнение, если он это не принесёт. Такой шанс больше не выпадет!
Я сделал шаг назад, как будто хотел отстраниться. В голове не укладывалось она могла так поступить? Это же предательство. Три года вместе
Значит, решила помочь Косте за мой счёт? спросил я сквозь зубы.
А что? пожала плечами. Ты безнадёжный. Хватит. Хочу жить, а не прозябать.
Я горько усмехнулся.
То есть, украв мои материалы, твоя жизнь станет ярче?
Это не кража, это помощь близкому человеку! Таня пыталась держаться уверенно. И он обо мне всё время думал не так, как ты.
Я покачал головой. Неужели ей так мало надо? Поверила первым словам от того, кто ушёл, не попрощавшись.
Вот так сразу решила выручать, не думая о последствиях? Понимаешь этим ты могла погубить меня? Тут не просто работу потерять тут уголовка шьётся.
А ты обо мне задумывался? закричала вдруг она, в голосе обида и отчаяние. О том, каково мне одной? Костя любит меня! И мне плевать, что с тобой мне нужен он.
Я отшатнулся. Признание ударило больнее, чем мог представить. Ей действительно всё равно
Значит, для тебя я всё это время был запасной вариант?
Может, и так, огрызнулась Таня. С ним я чувствовала себя живой. А для тебя я фон.
Я сжал флешку так, что та чуть не треснула.
Я работал ради нашего будущего, выдавил я. Хотел предложить тебе руку, хотел дать тебе всё.
Пауза повисла, тяжёлая, обжигающая.
Не нужно мне это. Мне нужно, чтобы меня замечали здесь и сейчас, горько усмехнулась Таня.
Я закрыл глаза, пару раз глубоко вдохнул.
То есть, чтобы быть кому-то нужной, надо украсть чужой труд? Ты думала, куда это нас приведёт?
Мне всё равно, холодно бросила она.
Я замер, глядя на Таню смотрел и не узнавал. Рядом был не близкий человек, а будто чужая, холодная тень.
Я ухожу, вдруг чётко сказала Таня и пошла собирать вещи. И не факт, что вернусь. Хотя зачем?
Куда?
К Косте, или куда захочу, сказала и вышла не оборачиваясь. Всё, мне теперь не нужна твоя опека.
Я так и остался стоять, сжав флешку. Она жгла ладонь, будто вся боль нашей истории сконцентрировалась в этом маленьком пластике. Минуты тянулись, но ничего не происходило. Всё кончено, отступать некуда.
Ночь прошла мучительно. Я ворочался, пересматривал наш последний диалог, тосковал. Утром вытащил из шкафа её вещи, собрал крема и книги, платки, пару мелких вещей с полок. Коробки заклеил. Поехал к её маме. Сердце колотится, руки подрагивают. Позвонил открыла дверь её мать, удивилась.
Валентин? Что-то случилось?
Молча указал на коробки.
Это Танины вещи. Передайте, пожалуйста.
Но вы же вместе живёте? растерялась она.
Уже нет, отрезал я и ушёл, не дослушав.
В машине не смотрел в зеркало, не останавливался. Город за окнами был чужим и серым. Всё внутри тянулось в тугой узел. Но я знал: всё, что между нами было, теперь закончено. О прошлом не спрашивают, прошлое не возвращают.
В офисе та же будничная суета, всё как у людей: коллеги шутят, обсуждают Динамо, строят планы. Я сижу, удивляюсь, как они могут. Лицо маска, голос автомат. Сквозь стекло не город, а мираж.
В обед отправился пройтись по центральной улице вдруг прохлада развеет внутри туман. Но нет, город шёл мимо. Вернувшись, машинально перебрал папки взгляд упал на злосчастную флешку. Она была теперь не просто куском пластика, а символом всего, что рухнуло. Я подошёл к ведру, выбросил её.
В этот момент в кабинет заглянула Жанна из бухгалтерии.
Валентин, ты в порядке?
Всё нормально Работа накопилась.
Если нужно, обращайся, и положила отчёты на стол.
Работа стала якорем. Я даже почти забылся на полчаса.
***
Таня всё ускоряла шаг, почти бежала к Косте так долго она мечтала, как будет выглядеть их встреча, как он обнимет её, скажет: Теперь мы будем вместе. Но всё вышло иначе. Дверь открыл Костя сухой, раздражённый взгляд.
Ну, что, принесла?
Нет Таня смутилась, в груди что-то оборвалось. Валентин забрал флешку Я не успела
Взгляд Кости стал ледяным. Он втянул её за руку, закрыл дверь.
Ты даже это не смогла? зло процедил он. Хоть что-то полезное когда-нибудь от тебя?
Таня попыталась объяснить, заикнулась:
Я старалась
Старалась Стараться мало, бросил он, отпуская руку. Ты бесполезна.
Для неё это стало последней точкой. Она растерянно смотрела, надеялась найти в его глазах хоть каплю сочувствия.
Но ты говорил, что любишь
Костя рассмеялся зло.
Я много чего говорил. Слова на ветер. Ты поверила? Значит, наивная совсем.
Ты нужен был не я Таня прошептала.
Мне были нужны данные, а не ты. Тут всё просто: ты средство, инструмент. Теперь ты мне не нужна. Прощай.
Он открыл дверь. Таня вышла в темноту; дверь резко закрылась за её спиной.
Улица встретила её ливнем и одиночеством. Харьков слепил фонарями, вода текла по щекам не отличишь дождь от слёз. Всё, чему она верила, растаяло. Слова Кости жгли, прошлое не возвращалось, будущее было пустым.
Она просто шла. Городная тишина смывала последние мечты. Таня села в маленьком кафе на окраине. Взяла чай, глядела в окно. Вспоминала Валентина: не упрекающего, не злящегося, а молча стоящего перед дверью. Его тишина казалась тяжелее любого крика.
Телефон в руках, взгляд усталый. Позвонила Валентину.
Таня? в голосе его усталость и отстранённость.
Прости Я я перезвоню, выдавила она, быстро сбросив вызов.
Сидела, глядя на пара, забвение и пустота внутри. Встала, заплатила чай кинула пятьсот гривен, больше, чем стоил напиток, и вышла в темноту.
Всё вокруг казалось чужим. Люди шли по своим делам, машины шипели по лужам. Таня чувствовала: у неё ничего больше нет. Ни Кости, ни Валентина, ни уверенности ни в себе, ни в людях.
Она остановилась у перекрёстка. Смотрела по сторонам, не зная и не желая знать, куда идти дальше.
***
Этот вечер стал для меня уроком. Настоящее доверие не вопрос объяснений, а вопрос поступков. Если любовь превращается в предательство надо уметь отпускать и самому не предавать себя. Сколько ни старайся сохранить прошлое, оно никогда не станет будущим. Теперь главное идти своим путём, веря только тому, что проверил временем и делом.