ЛЮБИМЫЙ
Екатерина не могла поверить тому, что происходило с ней. Её муж, близкий, единственный, тот, кого она всегда считала своей крепостью и опорой, сегодня вдруг произнес: «Я тебя больше не люблю».
Шок был настолько сильным, что Екатерина застыла посреди кухни, не в силах пошевелиться, вся во власти нелепой позы. А он тем временем метался по квартире, громыхал ключами и нервно собирал свои вещи. Только этого ей сейчас и не хватало. Ведь совсем недавно скоропостижно скончался её отец, и, несмотря на собственную боль, Екатерина вынуждена была заботиться о седой маме и младшей сестре Александре, которая стала инвалидом после тяжелой черепно-мозговой травмы в восемнадцать лет. Все родные жили по соседству, в городе Павлоград, а сама Екатерина с семьёй в Днепре. Сын её, Серёжа, только что пошёл в первый класс. В июне закрылся завод, где она работала, и она осталась без работы. А теперь ещё и муж…
Екатерина уронила голову в ладони, села за стол и зарыдала.
Господи, что же мне делать? Как теперь жить? Ой, Серёжка, такое нельзя забыть пора идти за ним в школу!
Необходимость заботы о ребёнке заставила её взять себя в руки и идти дальше.
Мама, ты плакала?
Нет, Серёженька, не плакала.
Ты папу вспоминаешь? Мам, мне его так не хватает!
И мне, сынок. Но мы должны быть сильными, как наш дедушка. Он всегда был таким, а сейчас ему хорошо, у Господа, не плачь! Он заслужил отдых, никогда на земле не отдыхал.
А где папа?
Папа в командировку уехал. А как в школе дела?
Надо было жить дальше. Не любит? Значит, не судьба. Насильно мил не будешь. Может, пропустила что в своей суете.
Пока Серёжа ел суп и возился с игрушечными танками, Екатерина впервые решилась заглянуть в ноутбук, который муж оставил на столе без присмотра. Почту открыть оказалось просто, пароль был в углу экрана. Последнюю переписку Вадим не успел удалить. Любовь у него там кипела. А она оказалась ненужной. Десять лет была «моей ласковой Катюшей», потом после борьбы за ребёнка «наша мама». Всё изменилось.
Нужно привыкать и жить дальше. Прежде всего искать работу. Высшее образование никого не интересовало, а копейки, что выплатили в Центре занятости, в виде временного пособия, помогали мало.
Что же произошло, где она ошиблась, почему её заботливый, порядочный муж вдруг стал чужим? Мысли крутились, оправдания было только одно: сошёл с ума. Их дом, строившийся буквально по кирпичику, не был ещё закончен. Хорошо хоть крыша есть, и одна комната подходит для жизни.
Работа, как же ты мне нужна! Екатерина готова была вновь разрыдаться, но некогда. Надо действовать.
Поиск работы занял несколько дней безрезультатных. Первый класс у сына, одиночество… Вечером, когда день вновь не принёс удачи, позвонил кум, Роман:
Катя, ну что, Вадим не вернулся?
Нет, Рома.
А если на склад пойдёшь? Кладовщицей?
Серьёзно?
Серьёзно. Работа с перерывами. Ты сможешь Серёжку со школы забирать либо в группу продленного дня оформить. Зарплата двадцать пять тысяч гривен, немного, конечно, но лучше, чем ничего. Завтра вам картошки, лука и курицу привезём.
Ромочка, у меня свои куры. Яйца несут, кормят нас.
Вот и чудесно. На мясо не резать.
Спасибо тебе. Как у Галинушки?
Держится. Боевой человек, моя Галя.
Он всегда был таким. Жена Галя после тяжелой операции получает химиотерапию, а он не жалуется всё тащит сам. Екатерина вздохнула а может, выжить всё же получится? Спасибо тебе, Господи, Ты самый надёжный.
Работа оказалась простой, находились минуты для уединённых мыслей и слёз.
Дни, недели и месяцы промчались незаметно. Через год Екатерина снова почувствовала жажду к жизни: ела, спала, смеялась и радовалась успехам сына. Боль от предательства мужа возвращалась только когда Вадим приходил, чтобы забрать Серёжу на выходные. Она никогда не препятствовала не стоит из-за взрослых делать несчастным ребёнка. Иногда очень хотелось спросить, чем же она не угодила, хотя разум подсказывал: дело в том, что вдруг вспыхнула страсть мужа к другой женщине. Вспоминались слова из старого фильма: «Любовь до первого поворота, а потом начинается жизнь». Для неё любовь и жизнь были едины. А он?
Осень в тот год была продолжением лета: теплая, с зелёными листьями деревьев, звонкими голосами во дворе и пёстрыми астрами в палисаднике. В тот день, когда Екатерина впервые заметила пристальный взгляд Михаила, солнце, казалось, светило ярче, музыка из окна соседей звучала веселей словно судьба решила познакомить два одиночества.
Девушка, позвольте помочь не женское это дело такие тяжести тащить.
Я привыкла.
Некрасиво, когда такая красавица сама таскает тяжёлое.
Всем красавицам помогаете? Или дежурите здесь на углу?
Дежурил, дежурил, всё искал наконец красивую встретил.
Невозможно было не рассмеяться оба хохотали так, что слёзы блестели.
Михаил, он протянул руку, искорки смеха ещё плясали в глазу.
Екатерина.
«Катиusha». Слыхали песню такую?
Конечно, но я не чужая жена.
Вот это повезло! Встретил девушку мечты и свободна. Все мужчины вокруг что, ослепли?
Юмор у вас хороший. А что с серьёзностью?
Там тоже порядок. Кать, а может сегодня в кино, поговорим?
Не могу. Надо за сыном в продлёнку.
Да ладно! Сын? Вам же лет двадцать!
Тридцать пять, Михаил.
И мне тридцать пять. Совпадение. А вы выглядите совсем юной.
Ну, теперь…
Думаю, переварю. Все мужчины мечтают о сыне, а вы так просто сообщаете, что вы не замужем. А отец Серёжи где?
Не хочу говорить сейчас об этом.
Понял. И не будем. На выходных можно с сыном в кино.
В выходные сын с отцом.
Катя, не хочу доставлять вам неудобства. Если найдёте пару часов свободных позвоните. Вот моя визитка, я детский гематолог.
Работа серьёзная.
Красивых не ищу времени нет.
Хорошо, Михаил, я позвоню, сказала Екатерина искренне.
Я буду ждать.
Какая же прекрасная была та осень! Она казалась подарком для них обоих. Мягкое солнце, невероятные краски листвы, тёплые дни открыли им все парки города. А ещё их нежность друг к другу, прорвавшая боль прошлого под осенним листопадом. Они осторожно сближались, и Екатерина, сама себе удивляясь, почувствовала, как её тянет к этому мужчине. Через полтора месяца после первой встречи она робко сказала: «Приходи на чай».
Катюш, ты не обидишься? Я не зайду. Для меня важно, чтобы всё пошло как надо. Я сам обо всём позабочусь. Ты доверяешь?
В выходные они поехали в заповедник под Каменское, сняли домик, похожий на маленький замок. Внутри было уютно и светло. Екатерина не видела ничего, кроме карих глаз Михаила тонула в его объятиях, забывая обо всём.
Михаил, где я? Мне кажется, я умираю от счастья. Я люблю тебя. Без тебя была, словно в тени… С тобой просто хорошо!
Как же ты прекрасна. Какой я счастливый!
Месяцы шли. Им всё труднее было расставаться.
Катюша, будь моей женой.
Михаил, у меня развод в конце месяца.
Тогда сразу ко мне. Раз подпишем и в тот замок, где ты навсегда моя жена.
Мишенька, ни к чему торжество, просто распишемся. И сразу уедем.
Как скажешь, любимая.
Роман и Галина были единственными свидетелями регистрации. Мама с Сашей прислали телеграмму с поздравлениями. Вскоре Екатерина и Михаил перебрались в съёмную двухкомнатную квартиру. Вместе сделали ремонт, создавали уют, особенно Михаил старался для Серёжи. С сыном они уже познакомились, но Серёжа, для кого мама и папа были двумя половинками одного яблока, неохотно шел навстречу Михаилу.
Катюша, не пугайся, давай проверим кровь у Серёжи. Он слишком бледный.
Миш, просто он переживает. Ему тяжело развод родителей страшнее смерти одного из них.
Согласен. Я сам пережил развод родителей когда-то. Кровь всё равно проверим, Серёженька?
Через день Михаил пришёл домой и сразу было видно случилось что-то.
Катенька, не волнуйся слишком. Изменения в крови у Серёжи. Придётся забрать его завтра.
Это было несправедливо, как будто опять надо платить за свое счастье… Лейкемия. Жуткое слово.
Началась новая жизнь. Екатерина взяла отпуск, зарплаты лишилась не могла оставить сына одного среди уколов, анализов. Держала за руку, повторяла: «Серёженька, держись! Ты мой сильный мальчик, мы всегда вместе». Когда сил не было, Михаил отправлял её на сон, а сам сидел у кровати сына. Зато часто просто лежала и смотрела в потолок.
Вадим, бывший, звонил и требовал, чтобы она выписалась из недостроенного дома.
Сыну я сам помогу, он будет приходить ко мне.
Лучше бы навестил его.
Сейчас не могу, в командировке.
Выслушав её, Михаил мягко сказал:
Катюша, мы сами всё построим, не цепляйся за прошлое.
Я всё в дом вкладывала… Ну ладно, не об этом сейчас.
Ты думай только о сыне, и я справлюсь. Семья это главное. Бог хранит нас.
Миша, как анализы?
Делаем всё. Пока плохие.
Екатерина плакала молча нельзя, чтоб сын заметил.
Дядя Миша, что у меня с кровью?
Понимаешь, Серёжка, в крови есть белые и красные кораблики. Твои сейчас бьются.
Кто побеждает?
Пока белые.
А дальше?
Ты им помоги красным.
Мам, поехали куда-нибудь. Я устал.
Я как раз думал предложить в наш домик в заповеднике. Пусть Серёжа отдохнёт.
Весна окрасила их уголок цветущими кустами и деревьями. Они втроём бродили по лесу, радовались каждой травинке, каждому цветку. Иногда Серёжка замирал, о чём-то думал.
Что с тобой, сынок?
Мама, не отвлекай, я морской бой играю.
Короткий отпуск пролетел быстро. Возвратились Серёжа посвежел, румянец появился.
Мам, а папа где?
В командировке, сынок…
Ну ладно.
В клинике снова анализы. Заведующая лабораторией лично пришла.
Михаил Леонидович, куда возили сына?
В заповедник, под Павлоградом. А что?
Всё прекрасно. У него ремиссия, анализы отличные.
Михаил вприпрыжку ворвался в палату.
Серёжка, что ты делал? Ты выздоравливаешь!
Папа, помнишь кораблики? Я в каждый бой играл за красных и всегда побеждал…