«Это твоя мать значит, это твоя ответственность!» сказал он, но ей стало это невыносимо.
Я застёгивал сыну куртку, сдерживая раздражение. Сегодня предстояло снова пройти через испытание, которое всегда вызывало у меня внутренний протест визит к моей тёще. С самого начала наши отношения были наполнены постоянной борьбой.
Людмила Павловна, мама жены, так и не приняла меня зятем. Что бы я ни делал, она обязательно нашла бы повод упрекнуть или покритиковать меня.
Опять, Анастасия? тяжело вздохнув, спросила моя супруга, заметив моё недовольство. Ты не хочешь туда ехать, да?
Я лишь криво усмехнулся.
Ты, правда, спрашиваешь? Серьёзно, Настя? Ты ведь хорошо знаешь, почему мне не хочется туда ехать!
В моих глазах вспыхнула злость.
Она опять будет наезжать на меня, обвинять, унижать! Скажет, что я не так воспитываю нашего сына! И ей плевать, что я работаю, что я стащил на себе всю семью, готовлю, убираюсь, оплачиваю все счета… Это на мне держится наш дом!
Но ты ведь сидишь дома весь день… пожал плечами Настя.
Я посмотрел на неё с досадой.
Правда? Ты думаешь, я целыми днями ничего не делаю? Или, может быть, деньги с неба падают?
Я тоже работаю, буркнула Настя. Не моя вина, что мне платят мало.
На самом деле, моя зарплата фрилансера-дизайнера была почти в три раза выше, чем у Насти. Я содержал семью.
Может, ты сама к ней сходишь? спросил я, надеясь, что так и будет.
Это День Матери, ты не можешь проигнорировать свою маму! ответила Настя.
Я тяжело вздохнул и продолжил одевать сына. Спустя пару часов мы уже были у Людмилы Павловны в Киеве.
В гостиной уже сидела племянница Насти Полина. Я заметил, что тёща всегда выделяла Полину: обращалась с ней как с принцессой, а нашего сына едва замечала. Для меня это не стало сюрпризом Полина, потеряв родителей пять лет назад, росла на руках у бабушки.
Вокруг звонко смеялись сёстры Людмилы Павловны, чокаясь бокалами кагору.
Вдруг тёща заявила:
Я решила: квартиру я завещаю Полине. У Насти уже есть своя семья.
Анастасия не возразила. Она только кивнула.
Через несколько дней всё было оформлено: квартира официально стала собственностью Полины, с условием заехать только после смерти Людмилы Павловны.
Но судьба распорядилась иначе.
Инсульт приковал тёщу к постели.
Нам надо переезжать к маме, жёстко сказал мне Настя. Она не справится одна.
По спине пробежал ледяной холод. Я понял, к чему это приведёт.
Значит, именно мне придётся кормить, одевать, мыть её при этом работать и заботиться о семье.
Но я промолчал.
Прошли недели. Я был на пределе.
Вечером, когда нервы сдали, я не сдержался:
Настя, но ведь квартира мамы уже принадлежит Полине. Разве не она должна забирать её к себе?
Полина на учёбе. И с парнем встречается. Разве её приведёшь к бабушке?
Я рассмеялся сухо, зло.
Настя, я больше не выдерживаю!
Она скрестила руки на груди.
Понятно, ты устал?
Я едва сдержал ярость.
Я задыхаюсь здесь! Всё на мне ты, твоя мама, наш сын, моя работа. Я не могу больше!
Но ты же работаешь из дома… ехидно сказала Настя.
Мой взгляд стал острым, словно осколок льда.
Думаешь, это не настоящая работа?
Я чувствовал, что сердце выскакивает из груди.
Знаешь что? Теперь ты будешь ухаживать за своей матерью!
Это моя мама, но и твоя тёща! Это твоя обязанность! Ты хочешь, чтобы я её мыл?
Воцарилась тишина.
Тогда я ледяным голосом сказал:
Я тебе ничего не должен.
Настя усмехнулась.
Тогда найми сиделку!
А ты будешь платить?
Почему я должен за это платить?!
Ну тогда сиделки не будет.
Настя скрестила руки.
Используй мамину пенсию. Или… свою зарплату?
Лицо Насти окаменело.
А зачем мне тогда муж?
В этот момент что-то внутри меня сломалось.
Мне стало всё ясно.
Меня годами просто использовали.
А Полина? Ни разу не наведалась к бабушке.
Этой ночью я почти не спал.
Утром я знал, что делать.
Как только Настя ушла из дома, я собрал вещи, взял сына и просто ушёл.
Я написал Насте одно сообщение и заблокировал её:
«Я больше не буду тащить всё это на себе.»
В тот же вечер Настя пришла в бешенстве.
Возвращайся, или я подам на развод!
Я спокойно улыбнулся:
Подавай. Я и сам хотел.
Впервые Настя растерялась. Но я уже не ждал прощения. Я принял решение.
Через месяц развод был оформлен официально.
Настя так и не извинилась.
А я?
Ни разу не пожалел, что ушёл.
Прошло полгода…
Я получил новость.
Людмила Павловна умерла.
А Полина?
Без капли жалости отправила Настю жить отдельно.
Тогда Настя поняла.
Она потеряла всё.
А я? Я понял одно: нельзя всю жизнь подставлять своё плечо тем, кто не ценит ни твоих стараний, ни тебя самого.