Мы друг друга знали, казалось, всю жизнь, но близкими никогда не были.
В нашем маленьком городе таких как мы было много узнаваемые лица: приветствуешься на улице, видишь друг друга в компаниях, когда возвращаешься из больших городов к праздникам, знаешь, кто чему учится, где работает, кто куда уехал, и всё на этом. Ни писем, ни переписок, ни звонков по вечерам, ни разговоров секретных за чаепитием. Каждый жил своим ходом: я училась в университете в трёх часах пути от родного поселка, он в другом городе, почти в пяти от нашего. Встречались мы только под Новый год или летом большие застолья, дни рождения, праздничные вылазки или случайное столкновение на, казалось, нереально пустынной улице.
Время шло, все получили дипломы. Я осталась работать в том же городе, где училась, а он вернулся на Родину получил место в местной компании. Ничего не изменилось от этого: по-прежнему вежливые знакомые, лёгкие приветствия, но всё на расстоянии. Я знала, где он, он знал про меня, но никакой связи. Я не думала о нем вовсе, только иногда отмечала его какую-то особую привлекательность вроде красив, но будто бы смотришь на витрину и идёшь дальше: красиво, далеко, не твоё.
Но однажды всё изменилось тоже как будто бы случайно, или просто потому что так надо было, без реальной причины. Мне предложили работу получше вернуться домой оказалось выгодно: рядом родные, расходы меньше, жизнь спокойнее, надёжность и зарплата выше в рублях. Не думала даже, что пересечёмся с ним снова. И уж совсем не ожидала, что окажемся в одной организации, пусть даже в совершенно разных отделах. Сначала ничего особенного: здороваемся в коридоре, шутим в курилке, перекидываемся парой слов на совещании. Всё будто бы во сне мутно и буднично.
А потом, будто ничего не значащее слово открыло щелку мы начали говорить. Сначала только по работе, потом и о погоде, о кино, о своих (или совсем не своих) мечтах. Незаметно сами для себя начали переписываться каждый день. И с этого всё уже складывалось как-то иная: он больше не был просто парнем из поселка стал взрослее, целеустремлённее, спортивнее каким-то, уверенным. Ни вдруг, ни резко: само собой вышло, как это бывает только во сне, когда шаг за шагом ты вдруг оказываешься не там, где был в начале пути. Несмотря на это, вслух никто ничего не говорил: разговоры обо всём, кроме немого напряжения, чего-то между строк, что будто бы наполняло любое наше молчание.
Однажды вечером, совсем без повода и плана, решили вместе поужинать после работы. Среда, ни к чему не обязывающее настроение, пустой маленький ресторанчик, за окнами разлилось московское лето. Заказали чай, говорили ни о чём и вдруг он стал другой: нервный, отчуждённый немного. Сказал, что давно хотел сказать что-то важное.
Он начал, что знал меня долгие годы, но только последние месяцы стал смотреть по-новому, и молчал, потому что не хотел рушить что-то, едва начавшееся, хотел узнать, поговорить, разглядеть, почувствовать, не пусты ли его ощущения. Сказал, что ему не нужны игры, интриги, что не ищет чего-то быстрого и мимолётного, что его интерес выходит за рамки физического, и что он хочет быть рядом если я того же хочу.
Я ответила ему также честно, будто слова сами сами во сне вылетали изо рта: что со мной происходит то же самое, не было плана, не было желания искать, но с ним я спокойна, защищена, в ладу с собой. Не было красивых слов или пылких признаний в тот вечер. Просто мы решили попробовать. И с того самого дня началась наша история будто бы между сном и явью.
Сегодня уже четыре года, как мы вместе. Всё сложилось тихо и просто: без бурных ссор и страстей, без трагедий, с разговором, терпением и уважением друг к другу. Сейчас уже готовим свадьбу в июле, под звонкое русское лето. Иногда мне кажется, что самое волшебное в этом сне не страсть, не буря эмоций, а то, что мы встретились тогда, когда оба были к этому готовы; что всё решило время и случай, как бывает только в самых странных и сказочных снах.
Верите ли вы в такие истории без врагов, без надломов и драм, в которых любовь не взрывается, а тихо и стойко расцветает?