Судьбу дочери не купишь
Вся надежда семьи Мартыновых была на единственную дочку Авдотью. Девочка родилась слабой, и в подростковом возрасте врачи ей поставили диагноз сколиоз.
Запретили ей заниматься спортом, носить тяжелое, а когда дело дойдет до замужества и планирования детей сначала к врачу, ибо при беременности искривление может резко ухудшиться.
Мать Дуси, Таисия Евгеньевна, все силы вложила в здоровье дочери возила ее в Харьков, Киев, Николаев по врачам и мануальщикам, купила ей абонемент в дорогую клинику на Подоле, даже бросила работу, чтобы выхлопотать ей ровную спину.
Годы не прошли даром: к совершеннолетию у Дуси почти не было видно пороков лишь если приглядеться, она чуть наклонялась вбок.
По дому Авдотью берегли, на хозяйстве к делу не особо приучали. Когда окончив школу, Дуся стала девушкой на выданье, мать сама подобрала ей мужа подходящего, по её мнению. Выбор пал на Максима Дьякова.
Жених
Двадцатипятилетний парень был единственным сыном в семье, родом из порядочной, неконфликтной семьи.
Вот это нам счастье! радовалась Таисия Евгеньевна, подслушивая разговоры. Ни братьев, ни сестер как раз для тебя, Дуся. Будешь, как хочешь, его вертеть!
Авдотья, стараясь подтянуться у шведской стенки, проворчала:
Смешно, мама. Максим на меня не смотрит, у него уже невеста есть.
Невеста? прищурилась Таисия. Да ты лучше тяни спину! и запихивала дочь за шведскую стенку.
Да и вся округа знает, что он с Виталиной Сердобольской встречается, огрызнулась Дуся.
Ну и что? фыркнула мать. Соперницы, знай, за ним следят. Завидный жених, придется побороться. Я Мишу своего в молодости добилась, так что уж и этого к алтарю приведём. Главное не стесняйся.
Разговоры
Таисия Евгеньевна дружила и с Галиной Степановной, матерью Максима, и с Любовью Семёновной, матерью Виталины.
Первым делом пошла в гости к Галине Степановне за чаем разговор завела, мол, слышала, что сын ее крутит роман с Виталиной.
Видела я, твой Максим с Виталиной, проговорила Таисия. Лишний раз приглядывай за ней.
А что с Виталиной не так? удивилась хозяйка. Хорошая девочка, и к нам в дом тянется, работящая.
Да ты глянь, она только при людях хорошая, прищурилась Таисия. Дома характер непростой: матери грубит, по хозяйству заставляет бегать, а сама нос воротит.
Галина Степановна опешила, прикрыв рот:
Да не может быть
Мне сама ее мать жаловалась: надоело понукать капризную дочь, вот и мечтает побыстрее выдать её замуж, продолжала Таисия.
Ох вздохнула Галина Степановна.
Таисия добила:
Если не хочешь проблем, подумай, стоит ли брать такую в невестки.
Галина пообещала поговорить с сыном и никому о разговоре не рассказывать.
Затем Таисия перекочевала к Сердобольским:
Любовь Семёновна, твоя дочь с Максимом встречается, ты знала? Только его мать не хочет простую деревенскую девку. Они, мол, в Киев перевезутся, там ему городскую невесту подыщут. Я бы на твоём месте Виталине бы посоветовала думать о чести.
Любовь Семёновна вспылила и тоже пообещала, что без ведома не даст дочери ни шагу ступить.
Так быстро по сёлам пошли слухи, засуетились матери, не подпуская ни Максима, ни Виталину друг к другу.
***
В результате Максим оказался между двух огней, а Таисия Евгеньевна привела к ним домой Авдотью и буквально втиснула ее Максиму под руку, устраивая “случайные” встречи, совместные прогулки.
Авдотья не стала тянуть. После ссоры с Виталиной она утешила Максима и тот женился на ней.
Свадьбу сыграли на скорую руку, в узком кругу.
Оставалось только гадать, о чём думала покинутая Виталина.
Часть 2
Прошло двадцать лет.
Тяжело мне, жалобно стонала Дуся.
Она лежала, как обычно, на печке у потолка и только изредка выглядывала из-под занавески.
В кухне хлопотал Максим, варил овсяную кашу.
Блинов бы сейчас, Дуся буркнул он.
Так напеки, отрезала Дуся.
Не умею я.
За двадцать лет мог бы научиться, фыркнула жена.
У меня жена для этого есть.
Дуся повозмущалась:
Опять я виновата! Кормила тебя, по двору бегала, а сейчас спина болит: «Давай ферму, корову, придумает!» Всё болит, сил нет!
Максим проворчал:
Потому и болит, что лежишь день напролет.
Дуся быстро спустилась:
Осуждать мы горазды, а поблагодарить язык отсох!
В прихожей у зеркала критически оглядела свои пышные плечи и живот. Максим недовольно буркнул:
Обманула ты меня, Дуся, сказала беременна, а никакого ребёнка так и не родила! Убегать надо было!
Максим тяжело вздохнул и посмотрел в окно вспомнил Виталину, которая давно уехала на заработки в Польшу, с чужим мужем и взрослой дочерью.
В это время Виталина, выйдя замуж далеко от родного дома, с тоской месила тесто у чужой плиты. Свекровь бранила, муж отдалился. Была одна среди чужих традиций, где перечить старшим нельзя.
Не выдержав гнёта, Виталина однажды собрала свои вещи и уехала домой в Украину. Родители приняли её без лишних расспросов.
***
Узнав, что в деревню вернулась её былой соперник, Дуся напряглась. В семье детей не было, и причиной тому была Таисия Евгеньевна, долго внушавшая дочери: после родов может стать калекой.
Дуся реально боялась не за себя, а за свою фигуру. Годы прошли. Максим всё чаще бывал не дома, быт не ладился, Дуся отлынивала от хозяйства и совершенно не думала о будущем.
И тут свекровь, Галина Степановна, привела в дом работницу Виталину.
Ты?! поразилась Дуся.
Я, Дуся. Теперь временно тут работаю.
Свекровь спокойно пояснила: Виталина человек нуждающийся, а у меня нет сил смотреть, как у тебя хозяйство гибнет. Она будет оплачиваемой помощницей, деньги из моей пенсии.
Дуся скрипнула зубами, но спорить не стала.
***
Максим, пришедший вечером, опешил, увидев у печки моющую потолок Виталину. Они встретились глазами, по комнате пробежала тишина.
Тебя-то сюда как? едва нашёл слова мужчина.
Проблемы у меня, работу в городе не найти, а деньги нужны. Помогаю как могу, тихо ответила Виталина.
Максим вяло поел суп, улыбнулся:
Ты бы хоть осталась чаю попить.
Так Виталина начала убирать дом, готовить обеды. С появлением её у Максима проснулся вкус к жизни.
Со стороны Дуся успокаивала себя: мол, кто обратит внимание на бедняжку с обожжённым лицом? Но Максим быстро понял, что в доме все делается для него благодаря Виталине.
Потянулась у Максима рука к старой любви, но Виталина с достоинством отстранилась: «Ты хотел бы вновь так не думают о семье, которую когда-то сам предал».
Дуся осталась свидетелем этой сцены и задумалась. Неожиданно, она впервые за много лет уважила Виталину.
***
Однажды Дуся открыла душу:
Вить, завидую тебе, ты пчёлка, а у меня всё болит, ничего не могу.
Виталина, вытерев руки, улыбнулась:
Да ведь, Дуся, жить надо здесь и сейчас. Ты свое здоровье на «покой» положила, а жизнь мимо прошла. А годам к сорока прожила на печке. Вот у меня спина тоже больная, но я не лежу! Дочка взрослая, внуков жду, а ты всё жалеешь себя.
Я страшно боялась, что буду инвалидом, если рожу неуверенно проговорила Дуся.
Да ведь счастье в том, чтобы жить полной грудью, подытожила Виталина и ушла.
Дуся задумалась: зациклилась на болезни и прозевала жизнь.
Эпилог
Максим, поняв, что не вернуть Виталину, стал, наконец, служить семье. Дуся, перестав жалеть себя, начала выбираться на улицу, занялась огородом, постепенно стала заниматься хозяйством, нашла работу почтальоном, а спустя год, несмотря на стращания матери, забеременела и родила девочку.
Вот чудо! всплеснула руками Таисия Евгеньевна. Сколько я боялась, а ты ещё и здоровая! Всё боялась за тебя, а надо бы за себя бояться.
А у Виталины случилось свое счастье: бывший муж разыскал ее, привез гривны, помог оформить документы и оплатил операцию по удалению шрама. Решили начать жизнь заново с чистого листа, среди своих людей, вместе.
Записав в дневнике эти события, я вдруг понял: сколько бы мы ни строили планы за своих детей, жизни их точно не купишь. Каждый найдёт своё счастье сам если вовремя перестать за него бороться и позволить жить жизни своей собственной.