Он выбрал не меня
Рита неторопливо каталась по пустынным утренним рядам киевского супермаркета, умеючи маневрируя между полками, как космонавт на Мире среди пролетающих тюбиков с едой. На улице было промозгло поукраински, а здесь пахло свежеиспечёнными ватрушками и только что разложенными апельсинами. Суббота, десять утра редчайшее время, когда даже самые бодрые бабушки еще не проснулись для великой битвы за гречку со скидкой. В магазине тишина, лишь раз в десять метров виляла тележка попутчика с затуманенным взглядом.
Рита обожала такие моменты жизнь текла размеренно, цены в гривнах не скакали каждые пять минут, вокруг не было ни истерик, ни очередей, ни взрослых людей с лицами найди мне сахар, пока не поздно. В её корзинке уже лежали упакованные по всем канонам ранка хурма, свежая зелень, и россыпь помидоров. Ритин шопинг-арт записка, аккуратно сложенная в руке, куда она раз в пару минут заглядывала, чтобы не забыть ни соль, ни морковку.
Внезапно её взгляд соскочил с акции на паштет и вонзился в знакомое лицо. Сначала Рита чуть не усомнилась в своей памяти мало ли кого встретишь в «Сильпо» в десять утра? Но минутку повсматривалась и ого! Его не перепутаешь.
Женя? вырвалось громче, чем хотелось. Одно дело увидеть человека из прошлого, другое напугать его этим.
Женя, с той самой прической эпохи эконом-стрижек, не спеша стоял у консервов и держал за руку пожилую женщину, очевидно маму. Мама Жени изучала этикетки с выражением надо брать, но зачем неясно, что-то шептала сыну, а он терпеливо отвечал, словно уже знал все вопросы.
Женя обернулся, слегка приподняв брови, будто решал, кто перед ним старый друг, или налоговая. Взгляд Жени на секунду завис, потом натянулась фирменная улыбка.
Рита? Привет. Ну ты даёшь на кого ж ещё нарваться в такую рань, да ещё и тут, прогудел он, как холодильник после разморозки.
Рита почувствовала себя будто бы вьюжным утром на платформе: и страшно, и привычно. Она сдвинула тележку вбок и, изображая твердую независимость, отозвалась:
Ну, знаешь, Киев город маленький. Как жизнь?
Внутри, конечно, бились молнии: когда они в последний раз виделись? Лет десять назад? Казалось, тогда викинги Подол строили. Внешне воплощение равнодушия.
Всё по-старому: работа, дом, борщ мамин, пожал плечами Женя.
Мама Жени, скептически осмотрев Риту, будто пыталась вспомнить, не задержала ли она за ней сдачу в девяностых. Женя неловко шуршнул:
Мама, это Рита, мы раньше… встречались, добавил, запинаясь на встречались.
Ага, с тем же энтузиазмом, с каким реагируют на смену ассортимента соления в АТБ. Женька, бери эти, глянь, минус тридцать процентов, бодро приказала она.
Женя моментом слился с окружающим контентом: быстро снял томатную пасту со скидкой, аккуратно сложил в корзину. Рита наблюдала, будто сериал смотрела: заботливый, покорный, ну разве что фартук с надписью Лучший сын года не хватало.
Ну что, рада встрече, выпалила Рита. И это правда. Был когдато томный роман, драматические страдания, но теперь что было, то прошло, зато каверзные женские предчувствия оказались пророческими на сто процентов.
И тебе всего, улыбка Жени была такой же искренней, как сроки строительства метро на Троещину.
Рита покатила тележку дальше, пробегая по полкам взглядом, но в голове зашкалило воспоминаний, как если бы все ее нейроны начали срочно вспоминать яркие сцены, клипы под музыку из молодости.
Ах, как всё раньше было! Они с Женей встречались год, как в дешёвой мелодраме. Рита считала: нашла золотую рыбку внимательный, работящий, с чувством юмора (ну, почти). Вечерами залипали в кафешках с медовыми свечками, спорили в кино кто тупее герой или сценарист, ни разу не возвращались домой по прямой дороге, потому что гулять вместе это ведь особый вид спорта. Рита ловила себя на мысли, что это вот оно жизнь удалась, осталось расписаться и внуков дождаться.
Но жизни, как всегда, виднее. Первые тревожные звоночки прошли почти незамеченными. Рита долго выжидала удобный случай, чтобы поговорить посерьёзному. В одной из уютных киевских кухонь, где за столом свеча работала на атмосферу, а полумрак маскировал волнение, выдала:
Давай попробуем жить вместе? Ну право слово, уже все друзья думают, что тайно расписались. Романтика, совместный быт, котики, лукаво добавила.
Женя напрягся, будто увидел счет за свет. Занервничал, подозрительно замолчал, потом робко:
Ритка, ну ты же знаешь, мама без меня пропадёт. Я ей нужен! Она привыкла, что я по вечерам дома. Да и ты у мамы аллергия на кошек
Рита дышит глубже Ленинградского метро и объясняет, почему взрослые люди должны когда-нибудь жить отдельно и почему нельзя, чтобы точкой притяжения семьи было традиционное мамин котлетка по расписанию. Но Жене тяжело: одна мама миллион девушек, закон физики такой был у него с детства.
Рита улыбается сквозь легкую грусть:
Ну, может, не сейчас. Давай потом вернемся к разговору.
Но это потом так и не наступило. Но зато наступил мартовский грипп.
Вечер всё шикарно, утро капец. Рита просыпается в луже из пятен температуры, руки-ноги как у Бабы-Яги после корпоративного забега, горло сдаётся без боя. Энергии хватило только чтобы набрать Жене, голос еле слышен:
Женя, плохо приехать сможешь? Я тут как медуза распухла.
Конечно! Бежу! грозно торжественно пообещал.
Через полчаса стоял у порога c апельсинами и чаем (Чабрец для бодрости! шуточка, конечно). Целый день возился, поил, кормил, даже градусник не забывал перекрещивать на всякий случай. Рита лежала в коме, но выживала исключительно от заботливых глаз и настоя шалфея.
Но чудеса кончились утром. Проснулась Рита одна, холодная пустота вокруг. Пишет, звонит тишина. Наконец дозвонилась:
Где ты? Мне ещё фигово.
Мама не дожила до моего вечера, давление Я был нужен дома!
Вот тут всё и стало ясно, как расписание маршрутки: Женя сын, а не муж и не защитник. Его мама Эверест, который не обойти, её здоровье выше любых романтических соплей.
То есть, говорит она ледяным голосом, я тут труп, а ты с мамой?
Женя не понимает, почему такая буря из-за пустяков: он же не навсегда, всего на одну жизнь.
Ты ведь справишься, а мама одна! Я всё равно буду тебе звонить, привозить лекарства
Жить ты со мной собираешься? Или думал к маме водить наше потомство? спрашивает она уже чисто из спортивного интереса.
А откуда такие крайности? Мама будет с нами. Я ж тебе говорил девушек море, а мамка одна.
Ну тут Рита взорвалась. Тогда ищи ту, кто с твоей мамой жить согласится! Можешь не приходить!. Ему и не хотелось спорить просто попрощался и исчез, как старый плед за ненадобностью.
Рита, досохнув после слёз, найдет в себе силы дозвониться подруге: та приедет с витаминами и анекдотами, вытянет из депрессии блинами и сплетнями.
Шли годы. Риту уже не узнать: собрала волю в кулак, доучилась на магистра, работу поменяла, зарплата в гривнах теперь радовала не только цифрой, но и смыслом. После работы кафе, выставки, а летом три недели в Одессе (в Прагу, конечно, хотелось, но курс сдал позиции). Однажды из зоомагазина унесла котёнка Маркиза: теперь дома встречал хвостатый наглец, а по ночам устраивал марафоны по шторам.
И вот корпоратив. Новый год, блёстки, шутки, в соседнем отделе появляется Андрей. Надёжный, с улыбкой как хорошая дата в трудовой. Сначала привет-привет в кулере, потом кофе просто так, потом долго болтали о книгах и кино. Через год переезд. И ничего сложного: обо всём можно договориться, никто не уходит ночевать к маме, и аллергии только на отчётный квартал.
Женились скромно, для своих без конкурсов Кто лучше съест оливье. Через время ждут первенца. Праздничный ужин сама по себе победа, Рита улыбается, выбирая сыр.
Всё нормально? из-за плеча слышится голос Андрея, спокойный, как прайс на гречку после урожая.
Просто ностальгия, улыбается Рита, прижимаясь к нему.
Весёлое или грустное прошлое?
Поучительное. До счастья надо дойти иногда через сопли и скандалы, с лёгкой иронией говорит она. Андрей не расспрашивает, знает: всё важное она расскажет сама, если захочет.
Всё, побежали, дома пирог остывает, подгоняет Андрей, делая вид, что пирог вопрос национальной безопасности.
Рита смеётся, соглашается взять ещё шоколадный тортик. Они вместе идут вдоль рядов, шутя и обсуждая праздничный ужин.
А гдето между консервами, как и было десять лет назад, Женя продолжает скупать всё, что выберет мама. Там, где всё как всегда уютно и неизменно. Но Рита теперь точно знала: для перемен иногда нужно просто решиться посмотреть на себя поновому и найти того, кто отложит для тебя даже пирог!