Бабушка, ты только не волнуйся. Я тебе всего накупила: холодильник ломится и сосисок, и пельменей, и кефир, и творог. Дожди льёт, можно из дома ни ногой, лежи, отдыхай, телевизор смотри. А там уж скоро лето опять свои клумбы, картошку будешь сажать, ну зачем оно тебе, бабушка? Всё, Витя мне СМС прислал, подъехал. За вещами сейчас зайдёт. Ты, бабуля, не плачь только. Время быстро летит, через десять дней мы вернёмся, не заметишь даже. Может, и не захочешь потом в родную деревню возвращаться, так у нас понравится!
Дверь будто растаяла вошёл муж моей внучки, Виктор. Здравствуйте, Евдокия Денисовна, спасибо, что поживёте у нас, пока мы на отдыхе. А то Аня за кошку, за свои цветы переживает, и к Ане обратился: Готова? Аня кивнула, сумку застегнула, накинула плащ. Пока, бабулечка, как приедем, я сразу позвоню. Евдокия Денисовна внучку и Виктора крепко обняла, тихонько перекрестила на дорожку. Пусть едут, пусть развеется Анюта, всё о работе думает. Слава богу, муж появился. Пусть и поженились без свадьбы, мол, ждать нечего, уже тридцать им. Денег мало, да и не до гуляний. Главное, жили бы, может детки будут. Виктор парень вроде хороший, жалко, что не наш, городской, не деревенский. Евдокия Денисовна вздохнула, прошлась по квартире, в кресло вдавилась, будто оно обнимало её. На колени прыгнула кошка Муська, уши торчат, глаза зелёные. Ну вот, Муська, остались с тобой вдвоём. Как они тут живут-то? Вчера из квартиры вышла, сосед слева выскочил ни «здрасте», ни «до свиданья». Пока до первого этажа дошла, смотрю все будто тени, никто слова не скажет. Как будто не люди, а роботы какие.
Неприветливые какие-то Совсем не как у нас, Муська, слышишь? У меня сосед Григорий Васильич уж как мне надоел, а и то скучаю теперь. Куры его забегают ко мне, на грядках роются, я их гоняю, Гришку ругаю. А тот придёт, виноватый, гостинец принесёт и всё по-человечески. А тут тоска зелёная, слова вымолвить не с кем, не знаю даже, как здесь живут.
Через три дня вдруг солнце выкатилось дождя как и не бывало. Решила Евдокия Денисовна выйти, пройтись, хлеб да молоко купить, а то у них всё йогурты и сливки, каши не из чего сварить. Из подъезда вышла слепящее солнце, будто на сковороде город лежит. До магазина дошла, хлеб выбрала, молоко плюшки увидела, решила взять. Кассирша вдруг: Платите или в сторону отойдите, очередь создаёте! и хлеб отодвинула. Евдокия Денисовна растерялась: по карманам, по авоське нет кошелька. На людей смотрит неужели вытащили? Или сама обронила?
Горько стало, чужое всё вокруг. В деревне у Гали продавщицы, если что, дала бы хлеб, потом расплатишься тут и не увидят, будто прозрачная. Слезы глаза застилают. Вдруг парнишка, как из света, кассиру деньги протянул: Пусть бабушка свой хлеб и молоко заберёт, я заплачу, и ей в сумку всё сложил. Давайте провожу вас. Евдокия Денисовна спасибо говорит, обещает вернуть, он даже смутился: Да что вы, бабушка, я работаю уже, не нужно, не переживайте.
К дому подошли, у подъезда на лавке сидит пара пожилая, словно из старой фотографии. Услыхали, что случилось, охнули. А много ли денег было? спрашивают. Нет, нигде кошелёк не попадался. Пришла домой, села в коридоре грустно так, спасибо парню, выручил. Вдруг звонок Аня ведь говорила не открывать никому. Звонят опять неудобно стало, открыла: та самая пара с лавки. Здравствуйте, мы соседи, живём под вами, я Василий Иванович, а это жена, Татьяна Петровна. Мы тут подумали, всякое бывает, вот возьмите, не отказывайтесь, и купюру ей протягивают в гривнах. Хотела отказаться, но нет настояли. Евдокия Денисовна пригласила на чай, тут уж сразу согласились. Через полчаса опять звонок ещё одни соседи пришли, помощь предложить. Слышали как-то, вот уж удивительно.
За день до приезда внучки Евдокия Денисовна даже грустить стала уезжать не хочется. Вот как, Муська, оказывается, везде хорошие люди есть. Теперича я носочков да варежек всем Анюткиным соседям навяжу. Огурцов на солю, по осени с гостиницами к вам опять приеду. И ты, Муська, жди меня по тебе буду скучать.
Анна и Виктор вернулись довольные, сияют после отдыха. Аня Евдокию Денисовну обняла: Спасибо, бабушка, и шепнула, не сдержавшись: Ба, по секрету скажу, у нас скоро будет ребёнок, представляешь? Ты же к нам приезжай почаще, подскажешь мне что, а то я ничего не понимаю, бабушка!
Евдокия Денисовна внучку крепко обняла: Конечно буду приезжать, куда ж теперь денусь? Теперь у меня здесь и друзья есть. Обязательно приеду, у вас хорошо, и люди добрые вокруг.
Такие удивительно добрые, приветливые соседиВиктор засмеялся: Вот, Евдокия Денисовна, вы точно нашу Муську избаловали и нас тоже. Как не приезжать? Мы теперь вас ждали больше, чем отпуск.
Евдокия Денисовна рассмеялась, а Муська ткнулась носом в её руку: Ну что, семья, пусть всё к лучшему. Мне теперь все дороги открыты и в деревне ждут, и здесь.
Аня заварила чай, соседи набежали поздравить у кого варенье, у кого яблоки, кто хлопками по плечу да добрым словом. Город вдруг проснулся, заиграл теплом, будто кто-то открыл в нём новые двери.
Везде свои люди, подумала Евдокия Денисовна, глядя на внучку. Главное, сердце открытое да слово доброе. А остальное всё сложится.
За окном вечер разливался золотом, а внутри квартиры стало уютно, словно родной дом. И только Муська ловко прыгнула на подоконник, мяукнула как будто просила бабушку остаться подольше.
Хорошо, Муська, я ещё побуду, улыбнулась Евдокия Денисовна. И тепло наше никуда не денется. Оно всегда с нами где бы ни были.