НАВОРОЖИЛА
Екатерина вышла замуж в восемнадцать лет. Хотя, если подумать, какой там был брак Всё окутано странностью, как осенний туман в Твери. Местный парень, словно главный герой в ночном сериале: все девушки в округе мечтали попасть в его объятия. А Катя, решив затмить всех, загадала “пусть обратит на меня взор”. Так всё и завертелось
Она вдруг поняла беременна, словно это случилось не с ней, а с кем-то в соседнем сне. Эту неожиданную новость она обрушила на своего избранника без предупреждения, как гром среди ясного неба. Катя была совершенно уверена: тотчас женится, ведь так делают. Но жених был, как весенний лёд на Оке, хрупок в своих обещаниях и холоден: “Докажешь тогда поговорим, а пока я ни при чём”.
Екатерина поплакала в заспанную подушку, а после призналась матери. Мать, умудрённая жизнью, посоветовала: “Что слёзы лить? Пусть народ судачит, да не на каждого рот наденешь косынку Собирайся-ка в Санкт-Петербург, там сама судьбу построишь”.
В срок у Кати родилась девочка нарекли её Лидией, и с первым январским снегом Катя поняла: пора отправляться искать своё место в жизни. Мама обещала присматривать за внучкой, пока дочь упрочнится в городе.
Едва сойдя с поезда на Ладожском вокзале, Катя вдруг столкнулась с цыганкой, чья одежда переливалась словно новогодняя мишура:
Позолоти ручку, дорогая! Всю судьбу открою, прошептала та, вытянув руку.
Катя протянула ладонь:
Гадай, потом заплачу
Цыганка долго рассматривала линию жизни на Катиных пальцах и загадочно пророчила:
Вижу, красавица, четыре ребёнка у тебя! Перелом ждёт. Церковь видна. Счастье после сорока придёт.
Катя сунула цыганке пару железных гривен, недоверчиво буркнула:
Все врёшь! У меня одна Лида!
Но женщина исчезла, растворилась в клубах пара, будто была только тенью.
Катя брела по утреннему Питеру, размышляя: где там церковь в жизни ни разу не бывала, и о каких четырёх детях речь? Хоть одну Лиду вырастить, устоять самой, не упасть в пропасть
Забыла Катя об этой встрече.
В первые годы ей приходилось не сладко: работала продавцом на рынке, получала копейки гривенник к гривне, вставала до рассвета, приходила домой за полночь. Уставала так, что иной раз казалось сон и явь сплелись в одно. Про личную жизнь забудь бы добраться до кровати, провалиться в сны.
Но однажды весной, когда небо над Невой осветилось золотым светом, Катя посмотрела в зеркало, увидела в отражении забытый взгляд. “Что-то совсем я на себя махнула рукой… А ведь привлекательная была, даже в том, другом сне…” Так и решила пора думать о высоком, о чувствах. С завтрашнего дня начну улыбаться начальнику цеха. Холостой, обаятельный Сергей, хоть и любил рюмку, Катя была уверена женишься, забудешь о водке, домашний уют всё исправит.
Сергей знал о Лиде, но это не отпугнуло. Служебный роман в закрученном калейдоскопе привёл к свадьбе, и вот уже пятилетняя Лида приехала к Катерине в Питер. Сразу приросла к Сергею получилась семья, как из другого сна. Через год Катя стала мамой во второй раз родился сын, Тимур.
Взяли кредит гривен на квартиру, автомобиль. Чудеса ремонта, мебель выбирали всей семьёй. Катя была довольна: дом, полный чаши счастья о чём ещё можно мечтать?
…Но тут в цехе появилась новая загадочная сотрудница. В её взгляде было что-то волшебное, не по-земному притягательное Сергей стал задерживаться на работе, исчезать в командировках. Катя пыталась говорить: “У тебя же дети, жена…”, но пространство между ними становилось всё шире дело кончилось разводом. Сергей ушёл к новой страстной женщине.
Катя осталась одна 34 года, двое детей, кредит, пустая большая квартира. На работу ходить не могла встречаться с бывшим не хотелось. Она искренне не понимала своей ошибки: была ли она плохой женой? Не любила ли? Разве не из-за неё муж перестал пить? Казалось, всё было правильно, но что-то ушло.
Подруга, мудрая как старая берёза в мороз, объяснила:
Пойми, Катя, страсть пожирает любого, не разбирая, плохой или хороший. Твой попал. Страсть разрушает, а любовь созидает. Ты страдаешь, дети страдают значит, у него не любовь, а грязь и тоска. Может, одумается, в следующий Новый год вернётся. А может, и всю жизнь так и проблуждает… Держись, Катюшка!
Катя вздохнула, как если бы выдохнула из себя целый вихрь, если вернётся, я прощу. Любовь во мне живёт. Не умерла.
Прошли годы, седьмой раз выпал февральский снег в Киеве, где теперь жила Катя. Лида и Тимур выросли, стали самостоятельнее, а Катя вдруг поняла: огонёк внутри всё ещё теплится.
Подруга предложила познакомить с братом развёлся недавно, пять десятков лет, солидный. На дворе был декабрь, в воздухе пахло приближающимся Новым годом, и Катя, словно взлётная птица, в сапогах на каблуках выскочила на улицу. Спешила, волновалась: как всё сложится?
На улице гололёд и вдруг, точно во сне, Катя оказывается в мягком сугробе. Каблук остался где-то сбоку, нога ноет, а вокруг ни души. Тут же церковные ворота, под которыми она сидит, как растерянная птица.
Девушка, вам помочь? подошёл мужчина, загадочный, как персонаж из старого фильма.
Катя попыталась подняться, но боль пронзила так, что слёзы сами потекли. Мужчина сказал:
Тут похоже на перелом! Давайте отвезу в клинику, я врач.
Катя очутилась в автомобиле, словно в другой реальности. Он, Дмитрий, хирург, переносил её на руках как героиню забытого романа Её мутило, мысли путались вспомнила Сергея, прежний дом, исчезнувшую любовь.
Весеннее солнце уже проглядывало, когда гипс сняли. Всё это время Дмитрий ухаживал за ней: заботливо, по-настоящему взрослым способом.
Однажды Катя спросила:
Дима, что ты делал в церкви в тот день?
Молился, тихо ответил Дмитрий.
Врачи и в церковь? удивилась Катя.
Все мы ищем помощи свыше. Врачи ответственны за чужие жизни, а хирурги не имеют права на ошибку. Молитва иногда единственный путь к мудрости
Я вот Бога не искала, да и не знала А мне, между прочим, 42.
Всё наладится, Катя. Вылечишься поскорей, обнадёжил Дмитрий.
У нас? неверяще переспрашивает Катя.
А ты против? хитро улыбнулся Дмитрий.
Я согласна!
Вскоре Катя перевезла Тимура в дом Дмитрия. У того двое сыновей, 14 и 16 лет. Так получилось, бывшая жена исчезла с горизонта. Катя подружилась с мальчиками, Тимур полюбил играть с ними в футбол командой новомодных братьев.
В мае, среди ярких соборов Киева, венчались две пары: Дмитрий с Екатериной, Олег с Лидой, её дочерью.
Выходя из-под церковных сводов, об руку с мужем, Катя улыбнулась и неожиданно вспомнила цыганское гадание. Всё сложилось, как загадочный узор на русском платке: четыре ребёнка, церковь, перелом, счастливое созвездие Словно сон, в который она и не верила, стал явью наяву.