А что это за суп такой? протянула Надежда Сергеевна своим обволакивающим, чуть скрипучим голосом, взгляд уставился в кастрюлю. Мяса и не видно. Одна капуста да водица. Бедные детки, мать их морит голодом, всё экономит и экономит
Анна вздрогнула, застыв с поварёшкой в руке. В её борще плавали щедрые куски наваристого говядины именно такой любил её муж Игорь. Но Надежде Сергеевне хоть золотого бы петуха на ужин подай всё не то, всё плохо. Её упрёки заполнили хрущёвку точно тяжёлый дух.
Надежда Сергеевна, там говядины больше трети кастрюли, специально для Игоря так густо. И овощи свежие, детям на пользу, Анна сдержанно разливала борщ по тарелкам, не желая заводить скандал при дочке.
Семилетняя Дарья и пятилетний Ваня сидели за столом и тревожно наблюдали за мамой и бабушкой, ловя в воздухе напряжение.
Ладно, не оправдывайся, отмахнулась свекровь, выуживая из своей суровой сумки пакет зачерствевших баранок, твёрдых как булыжник. Вот вам гостинцы, сладкое, повернулась к внукам. А то вас тут не кормят, видно по вам, кожа да кости. Пока мама не заметила, хвать скорее!
Мы же договаривались Сначала суп, потом сладкое. И у Вани аллергия на сахарную глазурь, вы ведь знаете, попыталась Анна аккуратно забрать пакет, но Ваня уже ухватил баранку насмерть.
Ребёнка-то не обижай! воскликнула Надежда Сергеевна, изобразив страдание. Изверг, не мать! Бабушка угостила, а она вырывает из рук! Ешь, Ванечка, ешь. Бабушка любит тебя, жалеет, а вот мамка только командовать да приказывать
Анна сжала губы. Уже третий год они живут в новой квартире на востоке Москвы в ипотеку. Надежда Сергеевна поселилась неподалёку, и почти каждый день являлась «в гости». Ключи от квартиры у неё давно Игорь дал, «на всякий случай». Теперь этот «случай» наступал чуть ли не ежедневно.
Вечером, уложив детей, Анна застыла у окна, пока Игорь листал телефон. Она, наконец, выдохнула:
Игорь, так ведь больше не могу. Твоя мама не просто заходит она разрушает меня. В очередной раз сладостями накормила детей до ужина, меня опять обозвала злой Дети потом словно подменённые.
Игорь потер переносицу, устало выдохнув:
Ань, ну ты же знаешь мать она. Добра хочет, просто характер Внуков любит, тебя по-своему Постарайся не реагировать, ну что тут поделать?
Я не могу не реагировать, если она детям говорит, что я их не люблю! Ты слышишь: Дарья вчера спросила, «А правда, что ты нас не хотела, а бабушка заставила тебя рожать?» Это нормально?
Придумала Дашка, Игорь с досадой махнул рукой. Переврала что-то. Анют, не устраивай разборки. Мне и на работе хватает.
Разговор кончился ничем. Игорь всегда делал вид, что ничего не происходит. Для него мама святая женщина, живущая одной заботой о семье. А что она выталкивает невестку за борт он видеть не хотел.
Напряжение копилось. Дарья, некогда милая и открытая, стала дерзкой и грубой. Ваня, который раньше бежал к маме с любой бедой, теперь, когда приходила бабушка, прятался под её шалью.
Не надо! закричал Ваня, когда Анна захотела подстричь ему ногти. Ты мне пальцы отрежешь, ты ничего не умеешь! Бабушка сказала ты только папины рубли тратишь, а папа корячится на трёх работах, пока ты целый день на диване!
Слёзы подступили к глазам Анны. Она вела бухгалтерию для трёх компаний на удалёнке и ночами работала ради семьи.
Самое страшное случилось на день рождения Анны. Она накрыла стол, испекла пирог, собрала гостей брата с женой, ждали, конечно, и Надежду Сергеевну. Игорь пришёл пораньше с работы, вручил любимой жене роскошный букет и небольшую коробочку золотые серёжки, о которых она давно мечтала.
Дарья, увидев мамины подарки, вдруг мрачно сказала:
Почему тебе подарки, а не папе? У папы ботинки совсем старые. Бабушка сказала, что ты всё золото себе скупаешь! Эгоистка!
В комнате повисла ледяная тишина. Игорь посмотрел на дочку, потом на жену:
Даша, с чего ты это взяла? Мама у меня работает, заслужила подарок.
Нет, не заслужила! буркнула Дарья. Бабушка сказала, что мама всю кровь из тебя выпила, ты от усталости умрёшь, и мама новую себе найдёт!
Анна осела на стул, у неё подкосились ноги. Это уже были не детские фантазии в их доме чужой голос говорил через собственную дочь.
Звонок в дверь. На пороге затребовала внимания сама Надежда Сергеевна: в стареньком пальто, с запахом «Красной Москвы», с дешёвой открыткой.
Ой, именинница! сразу принялась петь она, Сидишь тут, как царица! А детки не причёсанные, не одетые Игорёк, да ты похудел. Опять не кормят?
Впервые за всё время Игорь посмотрел на мать иначе. На жену, слёзы на её лице, потом на дочь.
Мама, пройдём на кухню. Поговорить надо.
О чём? Праздник же! Я тут свой салат принесла, а у Аньки вечно недосол
Мама, на кухню, настойчиво повторил Игорь.
Слышимость отличная. Анна стояла поодаль и слушала.
Ты чего детям гадости про Анну рассказываешь? почти шёпотом спросил Игорь.
Да что ты, Игорёк, крещённый ли! Я только правду говорю! Жалко мне их, внуков, что при живой матери как сиротушки! Анна ведь только себе угождает: себе серёжки, тебе старые ботинки! Она всё на себя записала, детей против меня настраивает!
Мама, хватит! рявкнул Игорь так, что посуда дрогнула. Квартира оформлена на нас обоих! Анна пашет ночами! Перестань разрушать мою семью!
Дверь распахнулась.
Надежда Сергеевна, твёрдо, ледяным голосом проговорила Анна. Положите ключи.
Свекровь остолбенела. Ты меня выгоняешь? прохрипела она.
Я запрещаю вам входить в наш дом. Вы отравляете моих детей, учите их лгать и ненавидеть мать Молчала ради Игоря, ради вашего возраста. Но вы перешли черту.
Игорь! взвизгнула Надежда Сергеевна, бросаясь к сыну. Она нас разделяет! Родную мать гонит!
Он смотрел на неё тяжёлым взглядом. И впервые увидел не жертву, а манипулятора, готового раздавить всё, что мешает её законам.
Ключи, мама, устало сказал он. И уходи.
Свекровь побагровела:
Ну, держитесь! Предатели! Без меня погибнете! с этими словами она бросила ключи, вылетела в коридор и захлопнула дверь так, что стекло зазвенело.
В доме воцарилась тишина. Дети притихли в своей комнате, перепуганные. Анна обняла мужа.
Прости. прошептал Игорь. Я не хотел Не видел
Полгода для семьи стали испытанием. Всевозможные звонки и жалобы со стороны свекрови: давление, сердце, одинокое горе. Родственники посыпались с упрёками, а Анна, как кремень, заблокировала номера и прекратила общение. Детям никаких разговоров о бабушке только тишина и спокойствие.
Лечение детей от бабушкиной отравы шло медленно. Дарья обижалась и кричала: «Бабушка права ты плохая!». Нужно было проговаривать всё по-новому, доказывать любовью. С Игорем вместе стали гулять, играть, показывать живой и честный пример.
Через год, аккурат перед Новым годом, раздался неожиданный звонок. Анна и Игорь переглянулись: в гости не ждали никого.
Мама, губами проговорил Игорь, посмотрев в глазок.
В дверях стояла постаревшая Надежда Сергеевна, сгорбленная, но иная взгляд иной, усталый. В руке пакетик с домашними пирожками.
Игорёша, я тут… пирожки испекла. С капустой как ты любишь Только взглянуть хотела.
Спасибо, мама, взял Игорь. Мы…
Не волнуйтесь, Лена дома?
Анна вышла. Услышала тишину в голосе старой женщины.
Анна, я… много что наговорила сгоряча. Поняла, что могу сына и внуков потерять совсем. Прости меня, дура старая. Можно мне на детей хотя бы одним глазком взглянуть? Обещаю, ни слова…
Анна молчала. Простить такое, отпустить в душе тяжело. Но на пороге стояла не враг, а всего лишь чужая старость, и Новый год уж завтра…
Надежда Сергеевна, не держу зла, но наши правила обязательны. Доверие собрать труднее, чем чайник склеить. Будем общаться только в нашем присутствии, никаких тайн и разговоров за спиной. Ключей у вас больше не будет. Попробуете прощайте навсегда.
Клянусь, Анечка, больше ни слова только при вас только по приглашению.
Проходите.
В тот вечер Надежда Сергеевна сидела тихо, хвалила её пирог («Впервые в жизни!»), с опаской посматривала на внуков. Постепенно Ваня принёс ей машинку, Дарья показала рисунки.
Она не стала идеальной не переделать характер за семьдесят лет. Могла и вздохнуть, и заметку отпустить. Но теперь достаточно было строго взглянуть, и она тут же переводила разговор. Желание не остаться совсем одной оказалось сильнее упрямства.
Шли годы. Всё устаканилось. Отношения стали ровными не дружбой, а вежливой деловитостью. В выходные бабушка приносила пирожки (всегда спрашивая, можно ли детям жареное), гостила недолго, уходила довольная.
Как-то провожая свекровь, Анна услышала:
Ты, Анна, сильная женщина. Я думала сломаю, а нет, ты кремень. Игорю повезло, за тобой он, как за стеной
У него всё хорошо, Надежда Сергеевна. И у вас всё будет хорошо, пока у нас мир.
Двери лифта закрылись за маленькой старушкой в смешной шапке. Анна вернулась к семье, обняла Игоря за плечи.
Спасибо, что защитил нас прошептала.
Нет, тебе спасибо что смогла найти в себе силы простить.
Стены были возведены строгие, но крепкие. Только такие сохраняют семью. Анна теперь знала: ради семьи нужно уметь быть «неудобной» невесткой, уметь сказать «нет», даже если против тебя весь мир и родная бабушка.
Друзья, если вам близка история поставьте лайк и подписывайтесь. Берегите свои границы только вы решаете, кто может жить в вашем доме и в вашем сердце.