Налегке
Сергей поставил ведро с инструментами у двери спальни и тяжело вздохнул. Весь последний час он мучился с капризным замком на старом платяном шкафу, а теперь колени ныли, будто промокли насквозь. Остановился, глядя на перила, что выпиливал еще тридцать лет назад, когда только строили этот дом. Тогда руки были крепкие и точные, а лестница казалась чуть ли не праздничной.
Теперь она была лишь трудностью.
Из прихожей зовёт Вера:
Серёжа, всё нормально?
Да, отвечает он, сейчас спущусь.
Но сразу не идёт. Заходит в спальню, ставит ведро за шкаф, вытирает ладони о поношенные джинсы. В окно видна дача: грядки вскопаны ещё весной, половина уже укрыта бурьяном. Тогда он мог работать на земле до трёх-четырёх часов подряд, но к концу сезона понял: огород его победил. Вера не спорила, только молча собирала морковь и свёклу что выросло само.
Серёжа!
Он разворачивается и идёт вниз, обеими руками держась за полированные перила.
Вера стоит в прихожей, в пуховике, с мобильным в руке.
Риелтор звонила. Говорит, есть хорошая трёшка на Садовой, четвёртый этаж, лифт работает. Предлагает посмотреть завтра.
Сергей кивнул. Месяц они уже обсуждают переезд в город, но каждый раз замолкают, будто боятся наконец решиться.
Ты действительно этого хочешь? тихо спрашивает он.
Вера смотрит на него внимательно, потом отвечает:
Я хочу, чтобы зимой не приходилось махать лопатой до калитки. Чтобы до больницы было десять минут пешком, а не ждала маршрутку полчаса. Хочу жить просто жить, а не только заниматься хозяйством.
Сергей медленно кивает.
Тогда съездим, посмотрим.
Квартира на Садовой светлая, с большими окнами, только что отремонтирована. Вера обошла комнаты, заглянула на кухню, открыла встроенный шкаф. Риелтор рассказывала про коммунальные платежи и соседские порядки, но Вера уже мысленно расставляла их старые кресла, придумывала, куда повесить свои занавески, представляла, как Сергей сложит книги.
Этих комнат было более чем достаточно.
На улице Вера посмотрела телефон пропущенный вызов от дочери. Перезвонила.
Мам, это правда? Алёна говорит быстро и тревожно, Павлик сказал, что вы продаёте дом?
Вера замедлилась на крыльце, Сергей рядом. Неделю назад перекинулась Павлу словом, что думают перебраться в город ближе к поликлинике. Не предполагала, что тот тут же расскажет сестре.
Мы думаем об этом, осторожно отвечает Вера. Нам стало тяжело
Как тяжело? Это же наш дом! Тут выросли мы, сюда ездят внуки
Алён, послушай
Нет, мам! Как вы так можете? Вы просто сдаётесь!
Вера сжала трубку.
Не сдаёмся. Мы выбираем, как дальше жить.
Алёна помолчала, а потом сказала тихо:
Я приеду в субботу. Поговорим дома.
Вера сложила телефон и посмотрела на мужа. Он промолчал, но было видно слушал каждый её ответ.
В тот вечер они сидят на кухне. Сергей заваривает чай, Вера режет чёрный хлеб, но так и не едят.
Может, Алёна права? шепчет Вера. Может, мы поторопились?
Сергей качает головой.
Всё обдумано. Просто пришло время. Я устал рубить дрова, чинить шифер, бояться, что зимой не переберусь к дороге. Хочу, чтобы остались силы выехать куда-нибудь, сходить в театр, просто гулять. А не только делать ремонт и держаться за дом.
Вера кусает губу.
Но дети
У детей своя жизнь. К нам приезжают раз в год и то если получится. А мы здесь каждый день.
Вера кивает, тревога всё равно не отпускает.
В субботу приезжают оба: Алёна с Павлом. Сергей ставит чайник, Вера печёт пироги. Все садятся но за столом напряжённо. Алёна непривычно молчит, Павел хмурится.
Наконец Алёна, отложив вилку, говорит:
Мам, пап, скажите честно. Вы и правда хотите уйти из дома, который сами строили? Куда мы с Павлом всегда возвращаемся?
Вера вздыхает.
Алён, я понимаю, тебе тяжело. Ненадолго замолкает. Но мы не бросаем дом. Мы выбираем, как жить дальше. Нам за шестьдесят. Мне тяжело по лестнице, у Серёжи колени болят. Каждая зима борьба с сугробами. До врача далеко, до магазина тоже. Смотрит дочери прямо в глаза. Хотим, чтобы старость была жизнью, не подвигом.
Павел вмешивается:
Но ведь это наше семейное гнездо! Внуки любят бывать здесь
Приезжают раз в год на неделю, отвечает Сергей. Им и самим неудобно интернет слабый, душ старый, до города ехать час. Мы держим дом не ради них, а потому что привыкли считать дом символом. А пора жить по-настоящему, Паша, а не хранить символ.
Алёна побледнела.
То есть вы решили?
Вера смотрит на Сергея, тот кивает.
Да, мы решили.
Алёна встаёт из-за стола.
Делайте, как хотите. Но мне не понять.
Уходит из кухни. Павел посидел минуту, пробормотал «мне нужно подумать» и тоже вышел.
Вера и Сергей остались вдвоём. Остывшие пироги ждали на столе.
Две недели ушли на оформление документов. Дом купила молодая семейная пара из Ярославля такие же, как лет тридцать назад были сами Сергей и Вера. Влюблённо осматривали участок, мечтали о грядках и парнике. Вера протянула им ключи, отвернулась, чтобы не видеть.
Переезд пришёл в октябре. Грузчики вынесли старую мебель, коробки, вещи. Сергей ходил по пустым комнатам, смотрел на стены, на отпечатки от картин, на старые царапины на полу. Вера стояла в прихожей с ключами от новой квартиры.
Пора, сказала она.
Сергей кивнул, закрыл дверь, сунул старые ключи в карман.
В первую неделю в новой квартире Сергей ночью просыпался и не понимал, где он. Вокруг тихо, ни скрипов пола, ни шороха ветра за ставнями. Он вставал, ходил по комнатам, смотрел в окно на свет фонарей.
Вера тоже скучала. Думала о яблонях, о том, как утром открывала форточку и сразу слышала птиц. Здесь двор, машины, голоса соседей.
Постепенно всё стало привычным. Сергей нашёл поликлинику в пяти минутах, врач принимал сразу. Вера обнаружила библиотеку рядом с домом: стала ходить в читальный зал. Гуляли вечером по парку, он теперь сразу за углом.
Однажды Павел позвонил:
Пап, ладно. Может, вы и правы. Только не пропадайте, слышишь?
Сергей улыбнулся:
Будем часто звонить и ждать вас.
Наступило ноябрьское утро. Вера налила свежий чай, Сергей поставил на стол овсяное печенье. На полке стояла фотография старого дома двухэтажный, с торцом, увитым виноградом.
Красивый был, говорит Вера.
Был, соглашается Сергей.
Потом, помолчав, он предлагает:
Весной можем съездить на юг, в Анапу или в Сочи. Всегда мечтали.
Вера кивает.
А я видела объявление: во вторник в библиотеке литературный клуб. Пойдём вместе?
С удовольствием.
Звонок в дверь. Вера открывает: на пороге Алёна с сыном и дочкой. В руках у неё пакет с пирогом.
Можно войти? спрашивает виновато.
Конечно, отвечает Вера, отходит.
Внуки сбрасывают куртки, Алёна ставит пирог на стол, оглядывается.
У вас уютно, мам, говорит тихо.
Вера улыбается.
Нам нравится, дочка.
Сергей приносит ещё стулья, Вера заваривает свежий чай. Внуки рассаживаются на диване, Алёна присаживается рядом.
Прости меня, мам, шепчет она. Я слишком переживала.
Вера прижимает дочь к себе:
Главное, что мы вместе.
Пьют чай, обсуждают школу детей, работу Алёны, планы на весну. За окном моросит. Вера достаёт с полки фото старого дома, на миг задерживает взгляд и ставит обратно. Сергей подливает ей чаю. Алёна вновь прижимается к плечу матери.
Мам, можно мы приедем к вам на Новый год?
Конечно, с улыбкой отвечает Вера.