Отстриги, мама, или я сама сейчас возьму ножницы, рыдала девушка, сидя на старой табуретке. Мягкие русые волосы волнами скатывались по её плечам, почти касаясь пола. Опять мне из-за брата век девицей маяться, что ли?
Раиса Васильевна безмолвно взглянула на мужа, ножницы не подняла.
Ладно, хватит, не выделывайся, пробасил отец, отобрав инструмент, устроила сцену. Я же не говорил, что вообще замуж нельзя, просто хорошего человека найти надо, а уж потом в загс идти.
А решать-то что? Мария упрямо вскинула голову. Всё давно решено.
Тебе только восемнадцать, ума палата, а опыта кот наплакал.
Паспорт у меня есть, могу всё по закону, Мария вызывающе вздохнула. Сама тогда косу подстригу.
Раиса, ну поговори с ней как с женщиной! На лавке-то не пересиди.
Мать сдержанно улыбнулась, вспомнив свои восемнадцать. Стояла она у окна, подпирая рукой щёку, в любимом стареньком ситцевом халате. Ей предложение сделали сразу после выпускного бала. Осенью уже свадьбу сыграли Раиса тогда сыном была беременна.
А Николай Николаевич отец всё ещё видел в дочке веселую пятилетнюю Машеньку с бантами. В школу первой провожал, она шла, подпрыгивая от счастья. Когда она выросла, в кого она так по-взрослому влюбиться успела?
Вскоре отец махнул рукой и, не выдержав, вышел во двор.
Чего ты его так мучаешь, Маша? У него забот хоть отбавляй, а ты с сарафаном своим… Успеешь замуж, но приданого никакого, а аттестата ещё не имеешь.
Легко тебе говорить, твой отец всегда был рядом. А у меня Костя любят женить, уведут, а я что? Останусь одна?
Другого жениха найдёшь, успокоила мать. Чтобы с характером и надёжный. Если твой Костя как мерин, туда-сюда пойдет и не нужен такой кавалер.
Мария долго сидела на табуретке, глядя в пол. Между ней и братом Игорем всегда была разница в шесть лет; казалось, он так до конца жизни и будет считать её мелкой.
В семье Поляковых было двое детей. Старший Игорь и младшая Мария.
С Игорем дел никогда не хватало он с отцом механизаторами работал, коров доил, гусей с курами пас, хозяйство держал, всё на себе. Потому Мария мечтала вырваться из этого круга, сменить труд на что-то более лёгкое: Костя звал переезжать в Киев, а ей всё мечталось аллеи, скамейки, прически, маникюры.
Поэтому Мария о свадьбе говорила часто, но всерьёз родители уже не воспринимали.
***
Поляковы, вам газета! улыбаясь, позвала Марию соседка, протягивая сложенный выпуск.
Мария поблагодарила и пристально посмотрела на новую почтальоншу.
«Молодая, серьёзная, невзрачная, только лица чистого, на пальцах колец ни одного». Надменная, в глаза не смотрит, всё спешит куда-то.
Старая почтальонка тётя Зина уже давно умерла, остался только велосипед и сума. Новенькая по-своему была, всё молчком, деловая, но никакой деревенской болтовни.
Игорёк, иди сюда! позвала Маша брата.
Чего опять?
Вот глянь: понравилась бы такая невеста? Глянь, без дела не стоит, вон как крутит педали…
Опять ты за своё. Лучше иди, помоги гусей накормить.
А ты опять прозеваешь своё счастье, засмеялась Мария.
Она же старая, и с ребёнком, буркнул Игорь.
Вот и врёшь, ты ж уже всё про неё узнал! Не старая она отнюдь, просто одета тепло, платком голову обвязала ветер же холодный. С братом она живёт, четырнадцатый год парню, ты бы подумал лучше.
По-твоему, если женщина с ребёнком, счастья ей уже не положено?
Положено. Но и ты, брат, не забывай хороших быстро разбирают.
Игорь хотел уколоть в ответ, что сестра тоже засиделась, а женихи не выстроились, да промолчал. Любил он Марию.
Сестра была вся в отца: высокая, худая, с длинными ногами. Для села тяжело, а для города красота. Игорь в мать: крепкий, коренастый, работяга.
Весна пронеслась в заботах, настало лето. Поляковы готовили технику к уборке. Отец отправил сына в Киев, за нужными деталями.
Дорога асфальтировалась влево, а Игорь поехал прямо через село. На пригорке заметил почтальоншу. Велосипед лежал возле неё, она, задумчиво глядя на лес, платок сдвинула на лоб.
Сергей остановился:
Здравствуйте, нужна помощь? Могу подбросить заодно, махнул на старенькие «Жигули».
Нет, спасибо, ответила она и ногой задвинула колесо, чтоб не видно было, что сдут.
Да у вас же колесо спущено!
Правда? удивилась она и потянулась снимать платок.
Пока она сбивала с головы платок, её тёмные волосы рассыпались по плечам. Серые глаза засияли зелёным. Она улыбнулась. Игоря как током ударило.
В тот час ему стало всё равно: сколько ей лет, был ли муж, ребёнок ли у неё. Только чувство, переполнявшее грудь, имело смысл.
Я колесо могу подкачать, неуверенно предложил он.
Не надо, брат сам справится, твёрдо ответила Александра.
Он встал, чтобы скрыть дрожь в руках, подхватил велосипед, хотел донести до машины.
Почтальонша резко вырвала велосипед, но Игорь чуть улыбнулся:
Пешком тебе до деревни не дойти, тут семь километров, я довезу.
Напрямик пойду, там ближе.
Болото там, буркнул он и ушёл к машине.
Проехав до почты, Игорь зашёл купить воды.
Игорь, с Киева приехал? спросила тётя Нина, разливая чай.
Да Почтальоншу вашу видел. Колесо проколола, предложил помочь, она чуть велосипед не отхватила.
На неё не обижайся, вздохнула тётя Нина. У неё родители ранe загинули в ДТП. Одна с братом осталась, вот и боится машин.
Не знал смутился Игорь.
Поехали телеграмму Алексеевым занесём, ты за руль.
Игорь исполнил поручение, отвёз тётю и детали доставил домой. Но мысли всё равно были о ней, Александре.
Позже отец кликнул его на работу, но Игорь попросил пару часов. По ухабистой дороге промчал он, увидел: Саша снова идёт вдоль трассы, велосипед толкает.
Давай сюда, взял велосипед,
Не сяду!
Садись, не уроню. Или хоть поведу.
Веди, кивнула она и пошла с ним рядом.
Я Игорь.
Александра, смягчилась она. Про телеграмму знаю, спасибо.
С меня пирог, робко пошутил он.
И пирог, и блины люблю, только лук в супе не ела бы лишь пассерую и морковку.
Как моя мама! засмеялся Игорь.
Дорога прошла незаметно. Подошли к почте, Саша скрылась за дверью.
Через минуту выглянула:
Велосипед завтра починишь, а сейчас иди домой.
Игорь не уходил бы вообще, хотел стоять и ждать её всегда. Это уже больше чем симпатия.
Машину в лесу не забудь! подмигнула она.
Игорь с отцом сбегал за машиной. Вечером, за ужином, мать внимательно вгляделась в сына. Мария хмыкнула:
Говорила я заметил.
Мать села с чаем к столу, улыбаясь задумчивому сыну.
Можем теперь сватов присылать? Или будем ждать, когда твой орёл сознается?
Серёжа показал сестре кулак, глаза смеялись.
Мне уж вороны на хвосте новости приносят, пошутила Мария.
Мать коснулась её руки:
Костя давно к нам не заходил. Как у него дела?
В Киеве работу ищет, свадьба без денег не бывает, Мария глянула на брата.
На уборке да на стройке с нами мог бы на гривны заработать, буркнул отец, не совсем понимая разговор.
Мать тихо кивала.
Вечером Игорь вышел в темноту, поднял голову к звёздам. Стоял уже двадцать минут. Мать подошла осторожно, обняла за плечи:
Спать давай, сынок. Завтра трудный день.
Глаза не могу сомкнуть…
Не сомневайся, Игорёк. Это самое настоящее чувство, оно только крепнет. У меня так с твоим отцом было, шепнула мама.
Игорь вздохнул,
Не думал, что такое бывает, когда только всё начинается.
А она? спросила мать.
Не знаю Но она лук только пассерует как ты.
Мать улыбнулась:
Уже больше всех о ней знаешь. Радуюсь за тебя, мальчик.
Она вернулась в дом. А Игорь ещё долго стоял на крыльце под тихим киевским небом, вдыхая запах родной ночи, думая об одном только лице.