– В смысле разводимся? Денис, ты что, издеваешься?
Ольга смотрела на мужа как на чужого, вообще не могла поверить в происходящее. Какой, к черту, развод? Почти четверть века вместе прожили! Через две недели годовщина серебряная свадьба, всё уже было распланировано… Или теперь и отмечать нечего? Каша в голове. А банкет, гости? Все приглашения разосланы, народ собирается… Семья, родня, друзья целый месяц только и делают, что спрашивают, что подарить. А некоторые, как Светка, уже и подарки отправили. Жалко, что Света не приедет она теперь в Запорожье, на седьмом месяце, куда ей лететь? Пусть дома сидит, потом ещё отметим, отдельно. Светка вообще не последнюю роль сыграла это она Ольгу с Денисом познакомила. Потом ещё на свадьбе громче всех «Горько!» орала, букета не дала кинуть сразу себе забрала.
– Только не пойму, чего твой Серёга тянет, Свет? Вот упустит такую девушку…
– Не денется никуда, Светка поправляла Ольге причёску. Всё придёт со временем, Оль. Нечего мне незрелым мужем обзаводиться, чтоб развестись потом неспешно? Сначала детей, квартиру, родню, собачку на всех поделим? Лучше дозреет, потом женюсь.
– Много на два года планов, Ольга ржала, глядя, как подруга пудру размазывает.
– Я не умею наполовину, отвечала Светка. Или сразу всё и много, или нечего и начинать.
– Свет, а дети? Сразу и двойня? Или по одному?
– Да хоть тройня! Измучилась залпом и свободна!
– А воспитывать потом?
– Да двух проще, чем одну!
– С чего это? Ольга хмыкала Света всегда удивляла умом и рациональностью. Из детства ещё помнила: если что Светка все провернет так, что виноватых не найдёшь, и сама уже идеальная
– Всё из-за конкуренции! Играют друг с другом, мне легче. Да и звучит красиво я мать года, троих воспитала. Еще нужны причины?
– Хватит! Ольга ржала, почти не сомневаясь: у Светки всегда всё получалось.
Смешно только, что сверху у кого-то оказалось чувство юмора крепче и вместо двойни Светка получила сразу троих. Прошлась она через всё, справилась что уж там. Родня мужа к тому времени её прямо обожала: гордая, независимая, но всегда в помощь умеет организовать мужа так, что спасёт полдеревни, сам не заметит как.
– Денис, поедешь к маме собирать шкаф? Хочешь на ужин картошки с грибами маме сделай приятно. Окна я на выходных сама помою.
А когда родились дети, две бабушки и один дед были тут как тут готовы помогать 24/7. Юлия детей выкормила и выкрутила, потом подумала и снова поступила в вуз.
– Светка! Ты с ума сошла? Когда ты все успеваешь? Ольга только головой качала.
– А кому взбредет в голову завалить экзаменом мать троих детей? Мозги не зарастают, потом ещё пригодится широкого профиля работник!
Диплом Светка получила без труда, и устроилась тоже удачно. Зарплата едва на няню, зато опыт набирается.
– Да ты ж в ноль работаешь, что остаётся?
– Пока няни не надо, бабушки тянут. Главное опыт! Чтобы потом выбирать где работать, а не ждать, у кого лишние копейки найдутся.
Ольга смотрела на жизнь подруги как у неё всё складывается, и дивилась. Как женщины всё успевают? Она, Оля, с решением даже колготок с утра маялась красные или серые. Вся жизнь так неуверенность, слова Юлии будто в утешение:
– Ты зато надёжная, Оль. Если решишь будет идеально. Я вечно мечусь, ты на месте стоишь и не промахиваешься.
Надёжная И вот теперь Денис, оценив, уходит. За что? Ведь всё шло нормально, пусть не без проблем… Детей им с Денисом Бог не дал, смирились Ольга пыталась работать с детьми, волонтерила в детдоме, но поняла: чужому не станет настоящей матерью. Нет силы такой. Не всякую боль переварить получится.
– Просто не встретили своего ребёнка. Вот увидите не отойдёте от него, уверяла её Маргарита Ивановна, директор детдома. Только увидите сразу поймёте
Если не встречу? мрачно думала Оля.
– Значит, не судьба. Лучше честно себе признаться, чем взять и не справиться. Здесь такие истории Вон Мишутку дважды возвращали, и оба раза не прижился Ему шесть, а уже как старичок. Таким нужны такие запасы любви не знаю, есть ли такие на земле.
Этот разговор всадил Олю в пропасть чуть не оформила документы на Мишу. Остудила Светка:
– Ты уверена, что готова быть матерью? Любовь не жалость, иначе только навредишь
С тех пор Оля в детдома больше не ездила, помогала издалека, но Мишу вспоминала как символ, что нельзя давать пустых обещаний.
И вот, в родной квартире, холодно… Осень, отопление работает, а внутри леденяще. Денис собирает вещи. Оля застывает: помочь ему? Собрать тёплое? Лето здесь короткое, осень пролетит. У мамы бы, в Симферополе, не знала бы, что такое мёрзнуть. Как хочется к маме В горы. Но мамы уже нет. И Денис уходит. Свобода ей не нужна ей нужен был муж рядом, чтобы всё как раньше Кофе среди ночи, короткие вылазки за город Лучшие дни спонтанные, импровизация. Денис мог позвонить:
– Оль, ты где? Поехали гулять?
– Всё брошу, отвечала, и через час они шли по лесу
Теперь эти «лучшие» уже только её память. У Дениса новая жизнь, с новой женщиной и ребёнком. Ребёнок Вот так всё просто? Или просто их брак был ошибкой? Быть пустым местом после 25 лет кто-то не справился. Ей больно признавать, что не удержала счастье одного человека.
Ольга стояла у окна с коленями на батарее, слышала, как хлопают двери, как Денис пересчитывает частицы новой жизни. Она не могла шевельнуться. Когда он ушёл, хлопнув дверью, Ольга сжала пальцы на подоконнике так, что чуть не треснул пластик, уронила цветочный горшок и закричала. Сначала не полегчало только тёмная земля с осколками на кухне, всё так же черно и беспомощно.
Ольга прошла босиком по битым осколкам (даже не почувствовала боли), добралась до спальни и взяла телефон.
– Светууууль
В голосе вой, не плач. Света поняла без лишних слов.
– Он ушёл?
– Дааа
– Хорошо. Жди меня завтра.
– Ты совсем? Не смей! Светка, пожалуйста! Если что себя не прощу, родишь по дороге! Подожди Оля вдруг подозревает неладное. Ты знала?!
– Не знала, но чуяла. В последний раз Денис не смотрел мне в глаза. Всё к лучшему, Оль!
– Как к лучшему? Мне вообще жить не хочется! Всё коту под хвост
– Купи себе платье!
– Что?
– То самое, на которое жалко было гривен. Прямо сейчас иди купи, потом мне пошлёшь фотку. Не сиди дома, не реви. Это всё только хуже делает! Потом бери билет прилетай ко мне, воздухом подышим в горах.
– Какие горы?! Ты скоро рожать!
– И что, мне лежать и киснуть? В гостинице остановимся, не по палаткам. Просто подышим, не будь эгоисткой, мне это тоже вообще надо. Через полчаса жду номер рейса.
Светка отключилась, а Ольга долго смотрела на телефон. И вдруг почувствовала: надо. Пошла к зеркалу, смотрит не девочка уже, но и не бабка. Решила не для Дениса, для себя. Мол, если кто-то думает, что она пропала и уже разваливается не дождётся!
Платье красное, яркое прямо для новой себя. Раньше бы не надела. Теперь почему бы и нет?
Рейс с пересадкой, но и хорошо: забылась, отвлеклась. А поездка прошла замечательно. Со Светкой по горам, трепались, болтали изо всех сил, или просто молчали рядом. Юля умела так расставить акценты, что все тяжёлое становилось пылью, а чужое вдруг выходило на свет.
– Возвращайся, Оль. Чего там мучиться? Детские центры открой и здесь, и отца к себе забери.
Ольга задумается да, верно. Развод, продажа квартиры и авто, куча бумажек… Всё оформила и закрыла, с Денисом встретилась пару раз, но себя держала железно. Потом его номер стерла и точка.
Симферополь встретил весной, яблоневый цвет, солнце дышать стало легче. Ольга квартиру купила рядом с домом отца пусть мужчина будет счастлив с Любой Валерьевной: радость отцу, и ей уже хорошо.
– Наш-то Игорь ничего себе, Оленька, а? Люба смотрела с такой любовью, что Ольге стало ясно: бывает счастье и после пятидесяти…
Они с папой чай пили, в саду яблоки собирали жизнь налаживается. Значит, и для неё кто-то найдётся, только надо дождаться.
Год промчался незаметно. Ольга детские центры запустила, забот полно. Даже собаку наконец завела! Но по вечерам сердце всё равно саднило: вот бы Денис заглянул, чаю сварил, спросил как ты, Оль? Но нет такого больше не будет…
Спустя почти два года после развода вдруг вышли «хвосты» по налогам. Поехала разбираться и, решив все за день, поняла: есть время до обратного вылета. Как-то ноги сами понесли в старый район хочется взглянуть, где была счастлива (или несчастна?). Один из её центров стоял зашла, посмотрела, как дети рисуют, учитель с мишкой на руках рычит, дети в восторге. Ольга улыбнулась хорошо, пусть продолжается.
Шла на остановку увидела их старый подъезд, детскую площадку, парк… Ну и ноги сами занесли в парк. Села на лавку, увидела мужчина с коляской, толкает туда-сюда… Денис. Морщинистый, седой, чуть согбенный. Что-то в груди щёлкнуло: он страдает. Ольга не могла удержаться:
– Денис…
Он вздрогнул, опустил голову.
– Привет, Оля…
Села рядом.
– Как дела?
Глупо даже спросила, но осталась.
– Плохо, Оль. Совсем всё плохо.
– Почему?
– Остался один. Всё потерял. Глупо, бессмысленно, всё из-за случайности.
– Не врёшь ли ты, Денис? смотрит на коляску. Дочка или сын?
– Дочка. Кира.
– Молодая жена, ребёнок, что ещё для счастья?
– Нет жены. Кати больше нет. Роды были тяжёлыми.
Ольга потеряла дар речи даже жалко стало ту девушку, хоть из-за неё всё и накрылось. Как получилось сам Денис не знает. Корпоратив, выпил, Катька всё сама… А теперь вот только дочь осталась, и Responsibility полная.
Они долго молчали, потом долго говорили, пока девочка не проснулась. Ольга посмотрела на малышку с чего-то вдруг вспомнила Маргариту Ивановну: “Когда встретите своего ребёнка всё поймёте”. И правда
Через полгода та самая Маргарита Николаевна ввела к Ольге в кабинет мальчишку, лет семи.
– Миша, ты понимаешь, зачем я пришла?
– За мной…
– А хочешь жить со мной?
– Не верю, что возьмёте…
– Это не потому, что я тебя жалею. Я хочу любить тебя. Я хочу, чтобы у Киры был большой брат, сильный, смелый чтобы не дал её в обиду.
Миша долго смотрел ей в глаза, потом погладил красное платье.
– Мне нравится…
– Мне тоже. Я купила его, когда было плохо, стало полегче. Теперь люблю этот цвет. Давай попробуем начать жить вместе?
– Хочу попробовать.
– Не попробуем будем просто жить. Никаких возвратов. Ты мне поможешь, потому что я не знаю пока, как стать хорошей мамой. Но хочу.
Миша кивнул.
А потом по крымской тропке шла семья: Миша, хитрюга, за Кирой бегает. Та вечно кидалась куда-то, пакостничала…
– Кира, там волки!
– Нет!
– Да! И медведи!
– Нашей мамы им каши не хватает, хохотала Кира.
– Мам, Кира говорит, медведям каши свари!
– Манной? Ольга, запыхавшись, догнала детей.
– Манную не люблю! Кира возмущается.
– Это ты не любишь, а медведи рады любой, подхватила на руки, чмокнула.
– Мам, а может пусть Миша им кашу сварит? Кира устроилась поудобнее.
– Нетушки, я его сама люблю. Скажи, Кир, так и будешь на руках ехать?
– На ручках!
– Тогда к папе! Ольга передала девочку Денису, потрепала Мишу по голове. Михаил, а ты как думаешь по поводу медведя и каши?
– Мам, домой не хочу! Мы не все посмотрели. Если Кира начнет всех прикармливать из гостиницы не выйдем. Пусть пока голодными побродят.
Ольга рассмеялась, посмотрела по сторонам.
– Потом накормим, Кир. Я научусь вязать кашу как надо.
– Ладно! Кира тут же согласилась.
– Ой, мама… Миша покосился на сестру.
– Ой, сын… подхватила Ольга. Держи её, не выпускай. А то с такими у нас потом зверинец дома будет: и медведи, и ёжики, и всякие таинственные звери, которых только Кира выдумает…
Смех накрыл поляну, унесся эхо и растворился над зелёными холмами. День только обещал но уже светел, как новая жизнь.