Была я женой Ильи восемь лет. Всегда думала, что он обычный человек, нормальный муж, но когда дело дошло до развода вся его гниль вылезла наружу. Сейчас мне даже противно вспоминать, что столько лет жила с таким человеком, но теперь, по крайней мере, я свободна, и это огромное облегчение.
С Ильёй мы встречались почти год, прежде чем поженились. В итоге вместе прожили девять лет. За это время было разное: и ссоры, и примирения, и радости, и трудности. Мне казалось, что всё это обычное дело, что у всех семей свои взлёты и падения. Мои родители тоже многое пережили, но вместе уже пятьдесят лет, и ужиться смогли.
У нас есть сын, Сашенька, ему сейчас шесть лет. Когда оформляли развод, ему было пять. Илья практически не участвовал в его жизни. Говорил, что маленький ещё, вот подрастёт тогда и будет с ним время проводить.
Дома он тоже ничем не помогал. Максимум посуду помоет да мусор вынесет. Его воспитывали так, будто домашние дела исключительно женская забота, а мужчина тут ни при чём.
Про свекровь вообще отдельный разговор. Слава Богу, живёт она в Харькове и приезжала редко раза три в год. Каждый её приезд становился настоящим испытанием. Как только мы с Ильёй начинали хоть как-то договариваться относительно домашних обязанностей, появлялась его мать со своими устоями, и всё шло наперекосяк.
Больше всего раздражала её болтовня о «кормильце» и «иждивенке». Но ведь по факту главным кормильцем в нашей семье была я: моя зарплата вдвое выше, чем у Ильи.
Последний год стал особо тяжёлым. Илью уволили: фирма закрылась из-за всей этой пандемии, хотя поначалу нам казалось, что они держатся на плаву. Всё рухнуло остались без работы все сотрудники. Илья начал искать новую работу.
Но всё ему не нравилось: то мало платят, то добираться далеко, то опыта не хватает, то работодатель подозрительный. Короче говоря, целыми днями сидел дома, «искал вакансии», а я пахала на двух работах: днём в офисе, вечером фриланс. После первой смены забирала Сашу из садика и бегом на второй заработок. У Ильи тоже не было времени помогать по дому, «он же работу ищет, собеседования проходит».
Но почему-то ни одну работу так и не нашёл, где бы ему действительно хотелось трудиться. Домом он по-прежнему не занимался, мне помощи от него никакой. Я устала, честно. Начала устраивать сцены, ругаться началось: хлопанье дверьми, ночёвки у друзей Давала «последние шансы» да сколько уже можно?
В какой-то момент я поняла: хватит. Собрала его вещи, выставила за дверь моей квартиры, которую мне родители подарили до свадьбы, и подала на развод. Илья ещё несколько раз приходил «мириться», но я уже была на грани: совершенно не верила ни словам, ни обещаниям.
Развелись. Но и после этого он не остановился: по сей день выливает на меня грязь и сам, и его мать. Говорят обо мне гадости всем, кому могут, хотя мне, в сущности, плевать на чужих людей. Но он принялся оскорблять моих родителей, нести чушь и мерзость. А мои родные люди в возрасте, им такие нервы ни к чему.
К тому же, когда меня не было дома, он использовал свои ключи: вынес ноутбук, пальто, микроволновку, золото Конечно, чеков на всё это у меня не сохранилось смысла в полицию идти не было, доказать ничего невозможно. Это моя ошибка: надо было сразу менять замки, но и мысли не было, что он на такое способен.
Самым шокирующим оказался момент на судебном заседании по алиментам Илья внезапно потребовал тест ДНК, мол, не уверен, его ли это сын. Я отказалась, просто сказала: да, не твой. Видеть бы вам их лица того стоило! Конечно, это было враньё, но выражение лиц Ильи и его матери простительно подняло настроение.
В итоге бывшего мужа вычеркнули из свидетельства о рождении ребёнка, а я обрела полную свободу. Я как-то читала истории, как такие «отцы» ограничивают женщин не разрешают выехать за границу с ребёнком, угрожают, контролируют Но у меня всё вышло иначе всё сложилось в мою пользу. В конце концов, Илья сделал мне шикарный подарок: теперь он и его мать по документам чужие люди моему сыну.
Они прекрасно понимают, что Саша его копия, но мне не нужно, чтобы эти люди появлялись в нашей жизни. Теперь я защищена законом. И ни помощи их, ни алиментов мне не нужно.