21 декабря
Сегодня я опять стояла возле нашей старенькой ёлки в коридоре санатория. Как-то тепло возле неё на душе становится, особенно когда смотришь на эти потёртые игрушки из моего детства: стеклянная шишка, зайчик, и особенно белочка с облезлым хвостиком она мне больше всех по душе. Я и не думала, что когда-нибудь снова буду наряжать ёлку: зачем, если никого рядом нет? Но вот стою и вспоминаю, как когда-то у нас с Гариком дома всегда всё было украшено… тогда ещё был праздник светлый, семейный.
Я живу одна. Мой Васечка погиб много лет назад на шахте трагедия случилась. Гарик, сыночек мой, на заработки укатил в Москву, а потом всё реже звонил, письма не писал. Я сперва радовалась деньги присылал, даже подарки. Но как-то в разговорах стала замечать взгляд мутный, голос глухой, будто не с ним разговариваю. Бедная моя душа тревожиться начала что-то не так с ребёнком. Соседка Катя из пятой квартиры прямо тогда сказала: «Твоя беда, Шурочка, что веришь ты людям, а Гарик, видать, в плохую компанию попал». Я ей тогда ответила резко люблю своего сына, знаю, что он не такой. А кого мне больше слушать, если не своё материнское сердце
Однажды Гарик исчез. Неделями ни слуху, ни духу. А потом страшное. Вызвали меня в милицию. Нашли его на автобусной станции в Подмосковье. Говорят, документов при нём было достаточно, но внешность не узнать. Просили экспертизу ДНК сделать, а я отказалась. Сказала: это не мой мальчик, Гарик мой где-то жив.
Все жалели меня, качали головой мол, не может Шура смериться, горе совсем умом лишило. А я сама себе твержу: сердце материнское иначе говорит. Если бы погиб почувствовала бы я, разорвалось бы что-то внутри! А так жду звонка.
Так десять лет и молчал телефон. Но всё равно каждый вечер шептала себе: «Сыночек мой, вернись, я никого, кроме тебя, не жду. Буду ждать всегда». Кате, бедная моя, уже, наверное, надоела со своим нытьём: «Да забудь ты его, хуже себе делаешь!» говорила она. Но не послушала я. А как иначе? Любовь материнская ведь без границ.
Недавно мне тяжело стало, сердце прихватило. Катя скорую вызвала, и оказалась я в этой больнице, среди ёлок и чужих людей. Спасли, хоть и совсем сил нет. Стою вот у ёлки, смотрю на белочку и будто Гарик рядом. Как маленьким был, так любил с ней играть. Дома, кстати, с тех пор ни разу ёлку не ставила.
Сегодня позвали нас в столовую на праздничный обед Рождество Я как услышала «праздник» и снова сердце сжалось: праздник ведь, вдруг чудо случится? Вдруг Гарик позвонит? И пока поднималась, в кармане телефон зарычал, номер незнакомый, сердце выпрыгнуло чуть не в пятки…
Алло… голос у меня едва шевелится, а руки трясутся так, что телефон держать не могу.
Мама раздаётся в трубке. Прости меня, мамочка!
У меня ноги подкосились, стену нащупала чтобы не упасть.
Гарик?! Сынок! Ты живой?! я не верю, по щекам текут слёзы.
Прости меня, мама. Я пропал тогда, сам себя не узнал Всё плохое позади, я справился ради тебя. Хочу домой, хочу к тебе. Можно? Я теперь совсем другой!
Приезжай! Конечно, приезжай! Я так ждала тебя!
Я даже Катю сразу набрала ты представляешь, говорю, мне Гарик позвонил! Десять лет как пропал, а тут, на Рождество чудо!
Сегодня меня выписывают. Выхожу из больницы вокруг снег, мороз хрустит под ногами. И вот он бежит ко мне навстречу мой сын, худой, постаревший, но глаза те же чистые, синие, добрые. Обнимает, чуть не поднимает меня на руки, я даже посмеялась: «Не сломаешь меня, сынок?»
А потом сестры из больницы вынесли мне ту самую белочку с ёлки: «Пусть у вас праздник будет», сказали. Я протянула игрушку Гарике:
Помнишь, сыночек? Ты маленьким был, обожал её.
Он только кивнул и тихо заплакал.
Мам, я работать теперь буду в благотворительном фонде помогать тем, кто сбился с пути, чтобы не мучились, как я, сказал Гарик. А сегодня пойдем с тобой в храм, стол накроем, я всё купил тебе вкусненькое, будет у нас настоящий праздник! Тебя я больше не оставлю, мама.
Я шла и думала: вот ведь как бывает в жизни. Десять лет ничего не было, а потом один звонок всё изменил. Главное ждать и верить, даже если все вокруг уверяют напрасно, не вернётся. А чудеса случаются. И даже самая заблудшая душа может найти дорогу домой, к матери… С Божьей помощью!