Судья, облачённый в мантии цвета зимней ночи и с усами, как заснеженные ветви, нараспев вынес свой приговор: четыре дня в неделю огромный пушистый кот Матрос живёт у жены, а оставшиеся три дня у мужа вместе с дочкой Полиной. Развод признать не состоявшимся и отложить слушание аж на целый год
Такого рода чудеса случаются почти в каждом втором доме под серым небом мегаполиса, похожего то ли на Москву, то ли на вымышленную Костомуху. Люди вдруг pronikayut в ощущение: стало тяжело быть вместе, без громких криков, без измен, без трясущих стекла катастроф просто ветром усталости выдувает тепло и радость. Воздух становится мокрым и ватным, и в воздухе плавают мелкие обиды, недосказанные слова, взгляды украдкой через плечо.
У супругов Антона Ларионова и Веры Ларионовой всё это сгустилось, как утренний туман над МКАДом. Они уже не различали, с чего начался невидимый разлом: то ли косые взгляды, то ли мечты, что не выросли в поступки, то ли недели разочарования друг в друге. Разговоры выцветшие, надежды, сказанные полусном. Что сломалось никто не скажет.
В один промозглый вечер, когда Вера страдальчески перечисляла невидимые вины и жалела о прожитых впустую годах, а Антон сжимал виски, словно хотел выдавить тоску, из его уст тихо выползло предложение: «Может, пора нам разойтись по своим дорогам, раз так невмоготу вместе» Вера сперва не поверила, даже не поняла, что услышала, а потом медленно опустилась на край деревянного стула и кивнула.
Дальше всё потекло как в мутной воде: два адвоката, звонки, кипы бумаг, поиски причины, объясняющей судье зачем развод, если катастрофы нет? Формально все требуют разводись, а по сути не к чему придраться. Антон переселился в крохотную комнатушку на окраине, согласился платить алименты дочери, оставил Вере всю квартиру в Хрущёвке и совместные сбережения в российских рублях.
Юристы растерялись: чем же кормить судью, если у сторон никаких обвинений? Только нежелание жить под одной крышей. Всё шло скучно до обсуждения главного героя кота.
Матрос был непрост: огромный, наглый, лоснящийся серебряным мехом котяра, почти как барин. Его однажды подхватил Антон во дворе и притянул домой. Кормила хвостатого Вера; Антон же следил за здоровьем таскал Матроса гулять по заснеженным дорожкам парка им. Баумана, иногда и сам пробегал с котом круг-другой. Матрос привык, стал сам проситься гулять и подначивать собак трёх окрестных домов. Вере он был благодарен за запечённую рыбку, Антону за озорные приключения, а Полина смотрела на зверя без особых эмоций.
Неожиданно главной точкой раздора стал не рубль, не квартира, не старенькая «Лада», а именно он Матрос. Антон заявил через адвоката, что оставляет Вере всё, лишь бы котик жил с ним. Вера, напротив, соглашалась на алименты и машину, но кота не желала уступать.
Вспыхнула истинно русская упрямость. Старые обиды всплыли, адвокаты наконец-то оживились: спор за кота обещал и работу, и неплохой гонорар. Город всколыхнулся от слухов: дело абсурдное! В суде яблоку было негде упасть. В коридорах очередь, всюду перешёптывались, слушая заседание по громкой связи. Судья-старик пытался удержаться от смеха, а адвокаты соревновались, будто спорили о судьбе Эрмитажа. В конце концов судья не выдержал сказал, что четыре дня кот у Веры, три дня у Антона с Полиной; развод на год откладывается.
Никто не ушёл победителем. Антон не рассчитывал на уход за дочкой его каморка была похожа на пенал. После суда пригласил бывшую жену в «Шоколадницу», и, к их удивлению, болтали спокойно, без обид. Договорились: он по выходным будет гулять с Полиной и котом в парке, а деньги пусть останутся Вере.
Через неделю Вера сама пришла в парк, присела на лавочку и засмеялась, наблюдая, как Антон, Полина и Матрос догоняют друг друга среди лениво кружащих воробьёв.
На третьей неделе Антон принёс бутылку сливочного вина и букет рябиновых веток, застенчиво вручая подарок. Вера, фыркнув, пригласила его в дом мол, разучился ухаживать. После бокала вина Антон вдруг побледнел, задышал тяжело, упал на пол будто кто выдернул у него пробку из груди. Оказалось аллергия, вино оказалось с экстрактом апельсина, Вера, медсестра со стажем, знала, что делать. Она ловко уложила Антона в такси и отвезла в приёмник городской больницы, где милиционер помог донести его почти без чувств. Антона откачали успели. Через неделю вышел из больницы живым, только бледным как первый майский дождь.
Веру с Полиной было не переубедить забрали Антона к себе «на недельку», чтобы не случилось беды снова. Неделя превратилась в месяц, а потом никто уже не вспоминал о раздельном жилье. Прошёл год, супруги снова появились перед судьёй. Он сурово спросил есть ли ещё претензии. Адвокаты были наготове, но Антон с Верой одновременно встали и ответили, что претензий нет. Вера держалась за живот она была в положении.
Судья с трудом сдержал улыбку: пригрозил, что если ещё раз появятся по такому поводу, отправит обоих в Сибирь за насмешки. Все в зале смеялись и аплодировали.
А в этой истории, даже когда всё завертелось сплошной загадочной круговертью, победителями вышли, конечно, адвокаты как ни крути.