Ой, Жанна, ну не начинай, устало отмахнулась подруга. Постоянно эти твои обиды из ничего. Мы теперь по-разному живём, Жанна. Надо это понимать.
У тебя одно, у меня другое. И статус уже другой. Я же не могу каждого первого встречного в свой дом пускать.
Встречного? у Жанны к горлу подкатил комок. Я, выходит, для тебя теперь просто встречная?
Полин, я ведь тебе шторы на ту однокомнатку сшила из своих запасов, когда у тебя и на хлеб не было! Я твоих детей по три года из школы забирала!
И что? Молиться тебе теперь на это? вспылила Полина.
Жанна была ошеломлена: с ней ведь дружили почти тридцать лет
Рысью вытаскивая из кармана старого пальто плоскую пуговицу серую, с четырьмя дырками, Жанна вспомнила, как пришивала аналогичную Поле лет пятнадцать назад. Их дочки тогда бегали по двору, а они сидели на лавке у подъезда, и Поля жаловалась, что муж опять пропил деньги.
Без лишних слов Жанна тогда достала иголку с ниткой и пришила эту пуговицу к Полиной куртке. А потом, заботливо сунув скомканную пятисотку в ладонь, тихо сказала:
Забери, Поля. Детям на молоко. Отдашь, когда сможешь.
Полина не вернула. Ни через месяц, ни через год. Да Жанна и не требовала для подруги, с которой рядом прошла столько лет, могла бы и больше отдать.
Они вместе и огонь, и воду прошли: вместе выводили вшей у детей после лагеря, вместе клеили обои в Полиной облезлой квартире, когда та наконец-то выгнала своего беспутного мужа.
Жанна таскала Полине кастрюли с супом, пока та моталась между двумя работами и закрывала долги по кредитам.
Жаночка, ты у меня ангел, шмыгала носом Поля, утираясь старым полотенцем. Без тебя бы я уже под забором лежала.
Вот увидишь, всё наладится я тебе всё верну. Вместе на Байкал съездим честное слово!
Жанна хихикала, подливая чая: какой там Байкал, тут бы коммуналку заплатить вовремя.
Изменения пришли незаметно: Поля устроилась в сомнительную контору землю продавать.
Голос у неё зазвучал чужо, речи стали короткими. Научилась говорить «я занята».
Поля, заглянешь завтра? спрашивала Жанна. Я пирожков налепила домашних.
Жан, ты чего? отвечала она по телефону. Сделка на носу, какие пирожки? И вообще там один глютен.
Теперь я в фитнес-клуб хожу. Потом, как-нибудь.
И это «потом» так и не произошло.
Полгода спустя Поля купила огромную машину такую, что во дворе никак не разворачивалась.
Подъехала, опустила стекло, поправила солнцезащитные очки и махнула рукой на сиденья:
Смотри, Жаночка. Солидная штука, не то что твой «тазик».
Жанна провела рукой по крыше авто.
Поль, радуюсь за тебя. Честно. Заходи, чаю попьём, отметим покупку!
Не могу, Поля посмотрела на часы. Маникюр в центре, не опоздать бы.
Жанна проводила её взглядом. Осталось очень странное чувство… В душе будто выросла тонкая стеклянная перегородка.
Потом Поля начала строить дом, называла его не иначе как «резиденцией». В мессенджере появлялись пачки фото: заливка фундамента, монтаж окон, плитка квадратный метр такой стоил, как две Жанниных зарплаты.
Приезжай, посмотришь! писала она, но на каждое конкретное предложение встретиться сразу возникали причины: работяги пришли, поехала за материалами, болит голова
Апофеоз случился перед днём рождения Полины. Жанна, как обычно, купила хорошую льняную скатерть, решила поздравить подругу неожиданно.
Знала, что Поля дома только что выложила сторис «тихого утра на новом месте».
Забор высоченный, ворота кованые, видеокамера. Жанна позвонила в домофон.
Да? ответила Поля.
Поля, это я! Заехала с подарком, скатерть тебе льняную взяла ты же любишь…
С той стороны щёлкнули по дорожке каблуками, чуть приоткрылась калитка, показалась сама Поля в шелковом халате, причёсанная. За спиной совершенный газон и новая отделка дома.
Она не пригласила войти, осталась на пороге.
Привет, Жан, сухо, неохотно. Что случилось? Что хотела?
Жанна растерялась, с подарком в руке.
Да просто так Подарок принесла. Подумала может, чаю попьём, покажешь дом, ты же столько рассказывала, фото присылала
Полина даже не посмотрела на пакет.
Жан, сейчас совсем неудачно. Тут уборка, сейчас гости будут, важные люди. У нас всё новое, ещё испортишь чего или запылишь Посмотри, сапоги у тебя грязные
Ты что, пешком пришла? Или твоя «корыта» окончательно развалилась? Давай, отдавай пакет, я сама разберу, а потом как-нибудь созвонимся.
Она протянула руку к пакету, но Жанна инстинктивно прижала его.
Важные люди? слабо переспросила Жанна. А я теперь… уже никто?
Во-от, помахала рукой Поля. Ты вечно копаешься в словах! Опять будешь вспоминать, как помогала мне двадцать лет назад?
Я тебе признательна. По-настоящему. Но всё это в прошлом, понимаешь? Очень в прошлом! Сейчас у меня всё другое, и я добилась сама!
Сама? горько улыбнулась Жанна. Ну, конечно, сама.
Да! Я сама! И мне не надо тянуть за собой хвост прошлого. Это мешает. Долго ещё стоять будешь? Подарок отдашь или как?
Жанна посмотрела на неё: перед ней стояла чужая женщина холодная, ухоженная, равнодушная.
Где та Поля, которая делила с ней одну шоколадку пополам? Где та девочка, что клялась дружить до старости?
Знаешь, Поль, Жанна аккуратно опустила пакет к порогу, не надо мне звонить больше. А скатерть делай со скатертью что угодно. Можешь полы ей мыть или под ноги своим «важным гостям» стелить.
Да и отлично, буркнула Поля. Вечно ты всё утрируешь.
Калитка хлопнула с металлическим грохотом. Жанна постояла, послушала удаляющиеся шаги.
Побрела к своему старому «Логану». В машине на заднем сидении валялся детский мяч, внук недавно забыл.
Смахнув слёзы, откуда-то взявшиеся, Жанна завела мотор и поехала домой.
***
Прошло три месяца. Жанна жила своим привычным ритмом: работа, дом, дача на выходных.
Полинин номер заблокировала не со злости, просто чтобы не поддаваться искушению проверить: не написала ли.
Но та и не писала.
Грянул гром поздней осенью.
Жанна, чистя картошку на кухне, вдруг услышала звонок в дверь. Вытерла руки о фартук, взглянула в глазок на лестнице стояла Поля.
Не прежняя «королева жизни», а осунувшаяся, потрёпанная женщина. Пальто нараспашку, тушь по щекам, волосы растрёпаны, руки дрожат.
Жанна открыла.
Жаночка Поля судорожно держалась за дверной косяк. Пусти домой, прошу тебя
Жанна не двинулась с места. Стояла в проёме так же, как три месяца назад Поля у своей калитки.
Что случилось? спросила нейтрально. Чего пришла?
Полина вздрогнула, будто услышала чужие слова. Закрыла лицо руками и разрыдалась.
Жан, у меня беда Квартиру старую я продала вкладывать надо было в дом. А оказывается, участок этот по поддельным бумагам оформлен Проверки пошли, всё арестовали и дом, и счёт, и машину Сегодня выгнали меня. Вот только вещи собрала. Настояли, чтобы освободила помещение. А мои «важные» связи все исчезли, никто не подходит к телефону Идти мне некуда. Дочь сказала «разбирайся сама»
Жанна молчала. Внутри пустота: ни жалости, ни злорадства.
И что ты хочешь, Поля? спокойно переспросила она. Мы ведь теперь в разных мирах. Я простая, тут всё скромно, частенько пылища Это не твой уровень.
Прости меня Поля опустилась на колени, прямо на истоптанный коврик. Дура была! Заелась, обозналась Ты ведь единственная у меня подруга Помнишь, как мы девочкам нашим волосы керосином мыли?
Помню, кивнула Жанна. И пуговицу помню, и тот день, когда ты в дом меня не пустила. Ты сказала, что я «встречная». Что я хвост из прошлого.
Я без злобы! Просто Полина захлёбывалась в плаче. Жан, ну хоть на ночь пусти На улице ж мороз
Жанна глянула в окно за ним сгущались сумерки и сильно мело.
Нет, Поля, твёрдо сказала Жанна. Не пущу.
Ушла в квартиру, но спустя пару минут вышла с аккуратно сложенной скатертью в руках.
Вот, тут твоя скатерть. Я её постирала, хоть и новая. А под уголком пять тысяч рублей. Это всё, чем могу тебе помочь.
Жанна тянулась к ней Поля.
Не надо, аккуратно, но сдержанно Жанна отступила. У меня сейчас, понимаешь, не подходящий момент. Домашние хлопоты, семья. А ты у нас сильная, всё умеешь сама. Вот и теперь справься сама. Ведь мы теперь на разных уровнях.
Спокойно закрыла дверь. Щёлкнул замок. Жанна прислонилась к двери, прикрыла глаза.
За дверью слышалось жалкое царапанье, тихий плач, мольбы, а потом отборные ругательства.
Через десять минут всё стихло.
***
Поля пристроилась у дальней родственницы в деревне. Рассказывали, что сильно сдала, работает на почте, вечерами рассказывает всем о том, какой шикарной была у неё жизнь и какой бессердечной оказалась её лучшая подруга не помогла, бросила.
Жанна знает об этом, но молчит. Зачем что-то объяснять? Жизнь уже сама всех расставила по местам.