«Сегодня вы можете стать моей мамой», сказал сын олигарха простой женщине. Его рука дрожала вовсе не от холода, пронизывавшего Москву, а от страха услышать отказ. Мятая тысяча рублей в его ладони была последней надеждой.
У Александры Козловой в груди все сжалось за свои 29 лет она повидала многое. Похоронила мечты, оставила работу учителя, перебралась из Ярославля в столицу ради больной мамы. Но никогда, ни разу, не видела такой одиночества в детских глазах. «Как тебя зовут?» тихо спросила она, не обращая внимания на деньги. «Семен».
Семен Петров. Фамилия подсказала ей: Петровстрой, объявления о строительстве по всему городу, миллионы на каждом проекте. Но наследник этой империи стоял перед ней нос красный от холода, глаза влажные, предлагал тысячу рублей незнакомке. «Семен», повторила она осторожно.
«Где твои родные?» Мальчик махнул в сторону гостиницы «Метрополь», где окна сияли новогодними огнями. «Папа на встрече он всегда на встречах». Александра посмотрела на свою корзину нанизанные браслеты, серьги из камней, маленькие фигурки из дерева, которые она продавала ради лекарств для мамы.
В хороший день удавалось выручить рублей 2500, а этот мальчик отдавал 1000 за то, что не купишь ни за какие деньги. «Убери деньги, милый». Глаза Семена наполнились слезами. «Значит, вы не согласны?» «Я не это сказала». Александра придвинулась на скамейке, россыпь снега поскрипела под ее старенькими сапогами. Она похлопала по сиденью: «Садись рядом».
Семен сел так близко, что плечи соприкоснулись. Александра почувствовала, как он дрожит сняла с себя шарф и обмотала мальчику шею. «Ты голодный?» Из сумки она достала термос с горячим какао, которое приготовила утром, чтобы выдержать холод в Покровском парке.
«Осторожно, горячее». Семен сделал глоток, закрыл глаза, по щеке скатилась слеза. «Мама тоже так делала какао пока не ушла». В груди Александры пронзило остро. Три года. Этот мальчик три года живет без матери среди богатства, но в абсолютной пустоте.
«Ты очень скучаешь по ней?» Каждый день. «А папа?» «Он о ней не говорит. Говорит, слишком больно». «Иногда взрослые прячут боль, малыш. Мы сами боимся». Семен посмотрел ей в глаза неожиданно взрослым взглядом. «А вы ничего не прячете. Я вижу это». Александра улыбнулась печально. «Вот поэтому я продаю браслеты в снегу».
«У вас нет дома?» «Есть, крохотный, с мамой. Но нужны деньги на лекарства». «Возьмите тысячу», Семен протянул купюру. В этот момент воздух разрезал резкий голос: «Семен!» Александра вскочила, сердце бешено застучало. По парку спешил высокий мужчина кашемировое пальто, неподвижная челюсть, сердитые глаза. Олег Петров решительно взял сына за руку.
«Ты что здесь делаешь? Я ведь сказал не выходи из гостиницы!» «Папа это она» Но Олег уже сверлил взглядом Александру увидел ее потрепанные сапоги, заштопанный пуховик, корзину изделий. Лицо стало еще жестче. «Вы кто такая? Почему разговариваете с моим сыном?»
«Просто предложила горячий какао. Если это преступление, вызывайте полицию». «Папа, она добрая!» Семен тянул его за рукав. «Ты никогда не бываешь рядом, а она была!» Слова сына ударили по Олегу как пощечина. Он опустил руку. «Семен, в машину. Немедленно!» «Я не хочу!» «Сказал, иди!» Мальчик взглянул на Александру она кивнула: «Иди, всё хорошо».
Семен положил тысячу в Александриную корзину, прежде чем побежать к черному BMW, блестевшему у обочины. Олег заметил жест. «Это что?» «Спросите у сына может, узнаете его лучше». Александра собралась уходить, но голос Олега остановил ее: «Это не конец».
Через три дня Олег бросил отчет на стол: Александра Козлова, 29 лет, ярославская, четыре года в Москве с больной матерью. Работала преподавателем труда ушла, когда маме стало хуже. Сейчас продает хендмейд. Никаких долгов, никаких связей с его компанией, а тысячу она вернула на дне корзины, когда Семен убегал. Не взяла ни копейки.
Три дня Семен не говорил с отцом одни молчаливые ужины, слезы ночью. Ты никогда не бываешь рядом, а она была. Олег взял ключи от машины.
Квартира Александры крошечная комната на окраине, в Чертанове. Олег позвонил с чувством стыда. Она не удивилась. «Я знала, что вы придете. Вам нужно извиниться». Олег сжал челюсть: «Я поступил несправедливо». Изнутри донесся слабый голос: «Кто там, Саша?» Александра впустила его, пригласила тише, чтобы не тревожить маму.
Олег увидел: у окна сидит пожилая женщина, Александра опустилась перед ней на колени, с бесконечной заботой поглаживая руки. «Это друг, мама. Поздоровайся». «Может, парень?» улыбнулась старушка. Александра посмеялась «Нет, просто знакомый».
Сцена тронула Олега до глубины души. Эта ежедневная забота именно того не хватало его сыну. «Александра, у меня есть предложение». Она согласилась работать няней-гувернанткой, но с одним условием: «Не нужна благотворительность. Только честная оплата, и если Семену больше не понадобится моя помощь ухожу без лишних слов». Олег кивнул. «Еще одно если увижу вред Семену, просто ухожу». «Договорились».
Через месяц дом Петровых изменился: по коридорам бегали смех и радость, рисунки Семена были на холодильнике, по дому пахло свежим печеньем. Семен говорил о школе, друзьях, любимых сказках, которые Александра читала на ночь.
Олег начал возвращаться с работы пораньше якобы «проверить, как идут дела», но глаза постоянно искали Александру. Однажды вечером, когда малыш уснул, они встретились на кухне. «Знаете, что сказал Семен сегодня?» спросил он, притворившись занятым телефонными письмами.
«Что хочет быть архитектором, как вы?» Александра улыбнулась. Олег поднял глаза это правда. Семен мечтает строить дома, где будут счастливы семьи.
Олег задумался. «Когда умерла Анна, Семену было пять Он всё помнит». Его голос дрожал. «Я ушел в работу, думал, если не чувствовать не будет больно». Александра поставила кружку «Сочувствую Боль не исчезает, она только меняет форму».
«Пожалуйста, зовите меня Олег». Их взгляды встретились, между ними появилась искра. Олег шагнул ближе, почти коснулся ее щеки и тут с грохотом открылась дверь. В комнату ворвалась Инна Петрова буря Chanel и жемчуга. 72 года с абсолютным контролем и грацией. «Где мой внук? Кто эта женщина?»
Олег резко отступил: «Мама, ты не должна была приходить». Инна оценила Александру презрительно: «Очередная прислуга?»
«Я сопровождающая и наставник Семена». спокойно ответила Александра.
Инна рассмеялась: «Я видела, как ты смотришь на моего сына. Это не педагогика». Олег уверенно сказал: «Мама, давай поговорим наедине». Инна достала старый кожаный дневник. «Ты узнаёшь это?» Олег побледнел. Дневник Анны. «Прочти помеченную страницу».
Строчки Анны были как лезвие: «Я живу в пустой квартире. Олег дарит всё, кроме самого главного времени». Семен спрашивает, где папа. Я не знаю, что ему ответить. Я замужем за призраком, который пишет только чеки. Дневник дрожал в его руках. Его жена умерла, чувствуя себя покинутой, а он этого даже не знал.
«Теперь понял?» Инна была мягче. «Бизнес забрал тебя когда-то. Не дай случайной прохожей разрушить всё снова. Если не прекратишь созову совет директоров. Сниму с должности!»
«Ты бы не посмела» «Попробуй меня». Глаза Инны сверкнули. «И если потребуется, у меня есть связи в миграционной службе. Виза этой женщины может закончиться быстро». Олег почувствовал тошноту. «Ты уничтожишь невиновную девушку?» «Семья важнее всего».
Олег всю неделю избегал Александру работал допоздна, ужинал один, отвечал коротко. Когда Семен упоминал ее, Олег тут же переводил разговор. Александра всё понимала: «Мне пора уходить». Олег не смотрел на нее: «Так будет лучше для всех». «Могу проститься с Семеном?» «Нет, так легче».
Александра собрала вещи в тишине. На пороге сказала: «Я никогда не хотела ваших денег. Просто увидела мальчика, которому нужна любовь». Дверь закрылась. Олег закрыл лицо руками.
Три дня Семен не ел, мучился кошмарами и жаром. Домработница в панике. Олег бросился к сыну: тот метался в горячке, звал Александру во сне. «Я здесь, сынок. Это папа». Маленькая рука сжала его ладонь. «Где она?» «Ушла»
«Ты тоже ее любишь?» «Почему отпустил?» Олег не нашел слов.
В шесть утра он помчался в Чертаново. Соседка сказала тихо: «Ищете ту женщину? Она вчера уехала. Везет маму в клинику в Санкт-Петербурге». Мир поплыл. Он её потерял.
Олег застал Инну за утренним кофе будто ничего не случилось. «Дай адрес Александры». «Не знаю. И даже если бы знала, не дала бы». «Мама, Семен болен, он не ест, не спит, плачет по ней каждую ночь». «Дети быстро забывают». «Как я забыл папу, которого ты выгнала?» Инна побледнела, кофе дрогнул в её руке. «Я защищаю семью». «Нет. Ты её душишь». Олег встал. «Я найду Александру, попрошу прощения, и если ты готова отобрать компанию забирай. Семен важнее всех строительных контрактов».
Инна смотрела вслед, впервые за много лет из её глаз потекли слёзы.
Канун Рождества.
Олег нанял частного детектива тот нашёл Александру в маленьком городе под Петербургом. Она устроила маму в бесплатную клинику, работает там волонтером.
BMW мчал три часа по снегу. Семен велел взять с собой одну вещь, которую крепко держал.
«Пап, она нас примет?» «Я не знаю, сын, но мы должны попытаться».
Городской парк был словно открытка гирлянды на елях, романтичные голоса, семьи на снегу. И она на той же скамье, как когда-то, продает изделия, щеки розовые от стужи.
Семен выскочил, бросился к Александре: «Александра!» Она подняла глаза слёзы блеснули. «Семен!» Мальчик обнял её так крепко, будто хотел раствориться. «Мой дорогой мальчик!» Олег приблизился осторожно.
«Зачем вы здесь?» «Исправить свой главный ошибку. Не предлагаю роскошь или золото, только одно Сердце моё разбито, и лишь ты можешь его исцелить».
Семен вынул из сумки маленькую рамку, где была тысяча рублей та самая. «Вы не взяли деньги, но из-за этой купюры всё изменилось Вы изменили меня, папу». Александра дрожащими руками взяла рамку. «Александра, можете быть моей мамой?» на глазах у Семена выступили слёзы. «Не на один день а навсегда».
Снег падал мягко вокруг троих. Александра посмотрела на Олега, потом на Семена и поняла, что обрела семью. «Да», прошептала, «навсегда».
Парк в Москве, где всё началось, расцвел белые цветы на каждой скамье, арка из роз у пруда. Гости элегантно одеты, сидят на позолоченных стульях прямо на хрустящем снегу. В центре, под декабрьским небом, Олег Петров ждал невесту, рядом Семен в синем костюмчике, держит кольца на бархатной подушечке.
«Пап, а вдруг она передумает?» «Нет, сынок». Музыка зазвучала. Александра появилась под руку с мамой, та шла медленно, гордо. Новые препараты стабилизировали болезнь сегодня был удачный день. «Какой у тебя красавец жених», прошептала мама. Александра улыбнулась сквозь слёзы: «Да, мама».
Платье скромное белое кружево, длинные рукава, ни намёка на драгоценности. Александра отказалась от миллионов, что предлагал Олег. «Мне важно, что ты ждёшь меня. Всё остальное неважно». А он действительно ждал, с самым настоящим сиянием в глазах.
Инна Петрова наблюдала из первого ряда. Полгода назад она пришла к Александре на кухню Чертаново. Долгий разговор в тишине, признание: «Мой муж не любил меня, унижал, я клялась, что не позволю мужчинам вредить семье и только навредила сама». Александра кивнула: «Вы ещё можете вернуть всё, что любите».
Сегодня Инна вручала кольца с дрожащими руками, а потом рыдала в объятиях новоиспечённой невестки как не плакала десятки лет. «Объявляю вас мужем и женой». Олег поцеловал Александру под падающим снегом.
Семен бросился к ним: «Семья! Настоящая семья!» Гости рукоплескали. Мама Александры плакала от счастья, даже Инна улыбалась.
Позже, на приёме, Семен взял микрофон: «Год назад я предложил тысячу рублей незнакомой женщине, чтобы она стала моей мамой хоть на день». Он поднял ту самую рамку. «Она не взяла деньги, но подарила мне то, что нельзя купить своё сердце. Я просил Бога маму на день, а Он дал навсегда».
Зал наполнился аплодисментами. Олег обнимал сына и жену, снег продолжал кружить. Никогда деньги не приносили счастье семье Петровых но тысяча рублей открыла для них дверь к настоящей любви.
Бывает, крошечный поступок меняет всю твою жизнь. У Семена была всего тысяча и надежда этого оказалось достаточно, чтобы переплести судьбы троих.
Если надо напомнить кому-то, что лучшее не купишь ни за какие деньги пусть прочтёт эту историю. Иногда судьба посылает ангела в морозный парк, когда совсем не ждёшь.