Без права отказа
К полуночи я дома буду, точно, пробубнил я, застёгивая ремень и смотря на Иринку. Ну максимум часиков до девяти-десяти за рулём и всё. Пару часов поработаю и довольно.
Ирина уже даже не спорила просто поправила салфетки на столе, придвинула миску с оливье. Сашка сидел уткнувшись в телефон, один наушник в ухе, но вроде бы краем внимания слушал меня.
Ты это и в прошлом году говорил, спокойно напомнила Ирина. И в позапрошлом.
Сейчас тарифы вообще космос, попробовал я пошутить. Грех не выйти. У нас ипотека не сама себя выплачивает.
А праздник нам кто устроит? совсем тихо спросила она.
Сашка в этот момент поднял глаза.
Пап, ну правда. Я хоть в этом году дома, не у бабушки же, не в лагере. Может, хотя бы раз посидим нормально, без твоих “ну я сейчас вернусь”?
Я поморщился. В сорок пять лет уже знаешь, как выглядит разочарование близких, и как потом ходишь неделю по квартире, пытаясь как-то загладить вину.
Я ж не на ночь, смягчился я. До десяти максимум. Потом по домам все разъедутся. В одиннадцать точно буду. Посмотрим президента, откроем шампанское как у всех.
Да ты не как у всех, хмыкнула Ирина грустно. Ты как приложение: включил он поехал, выключил пришёл.
Хотел было что-то сказать в ответ, да прикусил язык. Пошёл в коридор, натянул пуховик. В зеркале уставший мужик, щетина, под глазами мешки. Водитель с рейтингом 4,93 и постоянным ощущением, что кто-то всем вечно недоволен.
Возьми шапку, крикнула Ирина из комнаты. И пьяных не бери. А то опять будешь рассказывать, как тебя в салоне вырвали.
Я уже фильтр поставил, буркнул я.
Сашка подошёл к двери, привалился к косяку.
Слушай, давай так. Если не успеваешь, просто напиши заранее, ок? Без вот этих «ещё пять минут и еду». Договорились?
Я кивнул. Он протянул кулак, я символически стукнул своим.
Успею, упрямо повторил я.
Во дворе уже трещали одиночные петарды, люди с пакетами суетились, по окнам журчали гирлянды. Я сел в свою старую “Шкоду”, завёл. На панели мигнули лампочки, телефон отрапортовал: приложение готово. В углу уже висело: “31 декабря. Повышенный спрос. Коэффициент до 2,8”.
Вздохнул, открыл смену. Мгновенно первый заказ.
Ну, поехали, пробормотал себе под нос.
Первый же заказ коэффициент 2,5, подача три минуты. Вырулил во двор, вклинился в поток, поймал зелёный. Клиентка в чате: “Пожалуйста, быстрее, очень надо.” Ни смайликов, ни восклицательных.
Возле подъезда старой пятиэтажки уже суетился мужик в расстёгнутой куртке, метался по снегу, оглядываясь. Тут же рядом беременная, держится за живот, под пуховиком и так очень видно.
Я резковато затормозил, выскочил.
Вы вызывали?
Да-да, мужик открыл заднюю дверь. В роддом, как указано. Пожалуйста схватки у неё.
Женщина осторожно села, поморщилась.
Не ной, пробормотала мужу. Всё ещё… а-ай…
Я сел за руль, посмотрел маршрут: роддом на другой стороне района, в будний день двадцать минут, сейчас навигатор показывает тридцать пять.
Пристегнулись? спросил. Я попробую по-быстрому.
Мужик сел вперёд, не сводил глаз с женщины в зеркало.
Третий ребёнок, чуть оправдываясь, сказал. Раньше всё нормально было а сейчас всё как-то резко.
Всё под контролем, отвечаю, хотя сам ухо горит тревогой. Сейчас на проспект выйдем, там проскочим.
Вот только никто нигде не “проскакивал”, машины ползли в обе стороны, где-то бахали салюты, всё отражалось в лобовых.
Я протиснулся между маршруткой и внедорожником, дернул на обочину, вклинился в полосу для общественного. В зеркале камера моргнула.
Ну, привет штраф, проворчал тихо.
Я оплачу, сразу мужик. Только быстрее, пожалуйста.
Женщина снова зашипела, голова в шапке упёрлась в стекло.
Сколько ещё? спросила.
Минут через двадцать должно быть, отвечаю. Постараюсь выжать всё.
Выжил, как мог. Каждую дыру ловил, ругался на тех, кто тормозит на ровном месте, редкие зелёные ловил. Всё мелькало в голове: если что-то прямо сейчас случится сзади кто виноват, я, муж, приложение?
На светофоре пискнул телефон. Ирина: “Всё готово. А ты когда?”
Не ответил. Тут и так всё: и пробка, и схватки, и мужики, которые дышат так, будто сами рожат.
Давайте, дышите, как учили, бормочу. Вдох… выдох…
Вы что, тоже рожали? сквозь зубы женщина.
Нет, но жену три раза возил, улыбаюсь. Уже почти профессионал.
Муж первый раз за пять минут хмыкнул.
А всегда успевали?
Два раза да, один раз успели только до приёмного. Но всё хорошо закончилось.
Вспомнилась ночь: жена хрипит на заднем, я ору на пробку, будто машины разъедутся по моей команде. Тогда ещё на заводе работал, за рулём служебки был; родился Сашка, прямо на пороге.
В роддом влетели через семнадцать минут. Прямо к шлагбауму, охранник сначала чуть не начал размахивать руками, а увидев пузо махнул, проходи.
Всё, приехали, говорю.
Мужик открыл дверь, помог жене, а я пожелал им лёгких родов.
Спасибо, выдохнула женщина, с наступающим.
Муж всучил мне в руку тысячу рублей сверху приложения. Я даже хотел отказаться, но рука сама взяла.
За штраф и… за то, что не отказались, объяснил мужчина.
Кивнул им и внутренне облегчённо выдохнул, когда они скрылись за дверями приёмного. Телефон сразу: “Отличная поездка! Клиент оставил чаевые.” Затем “Повышенный спрос в вашем районе. Не отключайтесь!”
Посмотрел время: без двадцати девять. Три часа в запасе. План вроде держится.
Пишу Ирине: “Катнул только один заказ в роддом, не мог не взять. До десяти максимум.” Хотел смайлик поставить, стёр.
Ответила быстро: “Всё понимаю. Просто помни про нас”.
Выдохнул и “Свободен”.
Сразу прилетел второй заказ. Подросток, подача у ТЦ у метро. Коэффициент 2,8, ехать до клиента пять минут.
Хоть не роженица, буркнул я.
У ТЦ, как всегда, столпотворение. На лавке у входа худющий мальчишка в лёгкой куртке, телефоном хлопает, рюкзак рядом.
Ты вызывал? открываю окно.
Да, подходит ближе. Можно минутку подождать? Маме звоню, не берёт.
Глянул на таймер и очередь у ТЦ, на мальца.
Садись, говорю. По дороге дозвонишь.
Мальчишка уселся назад, застегнулся, телефон сжал в руке.
Маршрут в соседний район, ничего особо. В комментариях: “Ребёнок едет один. Позвоните маме при подаче”.
Поморщился. Такие поездки люблю меньше всего.
Сколько тебе лет? щурюсь, выезжая.
Четырнадцать, почти пятнадцать, отвечает.
Почему один?
Мама на смене. Сказала приедет, а её не отпустили. Я сам поехал, она мне такси вызвала. Праздник у нас сегодня мялся. Ну, типа вместе быть обещала.
Тут у него телефон зазвонил, смотрит:
Вот, она. Алло, да, всё, уже еду, и мне: Мама хочет с вами поговорить.
Протянул мобилу вперёд.
Добрый вечер, говорю.
Вы взяли его? торопливый женский голос, на фоне шум, Всё нормально?
Да, уже везу, минут двадцать если не встрянем.
Довезите, пожалуйста, до двери, ключи у соседки, он знает куда. Просто голос дрогнул. Я на смене, не успеваю Обещала ведь.
Всё сделаю, не переживайте. У меня тоже сын примерно такой.
Почему-то опять поймал себя на этой фразе. Как будто это хоть что-то значит.
Спасибо вам огромное С наступающим, добавила она.
Вернул телефон мальчишке.
Мама в «Пятёрочке», да? уточнил я.
Ага, до десяти работают. Потом ещё с автобусом повезёт или не очень.
Праздник у вас сегодня?
Ну Я в этом году без двоек. Мама обещала, что мы не у тёти будем, а вдвоём дома. Ну, втроём, с котом Рыжим. Но начальница сказала: не выйдешь вычеркну из графика. Вот.
Я кивнул. Как будто глянул в зеркало: только у меня приложение, у неё начальница.
Помолчали. За окном ёлки, окошки светятся. На перекрёстке опять от Ирины сообщение: “Мы с Сашкой оливье режем. Он пообещал, если не успеешь лично тебя забанит в приложении.”
Усмехнулся, написал в ответ: “Передай, что у меня рейтинг всё равно выше, чем его оценки за квартал”. Стер это, заменил “Стараюсь. По плану всё.”
У вас семья дома? спросил мальчик.
Да, жена и сын, твой ровесник почти.
И вы работаете в праздник? удивился он.
Бывает работы море.
Моя мама тоже так говорит. А потом валяется весь день, а я с котом сижу.
Не нашёлся, что ответить. Хотелось бы его вернуть к матери в ту самую «Пятёрочку», но понимаю это уже не мои правила.
К дому подъехали без проблем. Мальчик ткнул пальцем: вот сюда. Домофон, код, через минуту женщина в халате. Видимо, соседка. Он ей что-то говорит, та кивает и машет мне рукой.
Говорю «Счастливо», завершаю поездку. “Отличная поездка. Не выключайтесь, чтобы заработать больше”.
Время без десяти десять. До курантов два часа и чуть-чуть.
Тут звонок Ирина.
Ну что, живой? сразу с порога.
Всё норм, еду почти домой. Сейчас ещё один короткий и всё, я на районе.
Сам себе веришь? спокойно.
Молчу.
Я не ругаюсь, говорит. Просто лучше бы знать. Мы уже всё приготовили, Сашка с гирляндой сцепился. Видно же, что ждёт…
Я успею, обещаю. Честно.
Ладно. Только если понимаешь, что не успеваешь напиши, а не исчезай.
Кивнул, хотя она этого не видит. Бросил.
Внутри опять всё сжалось клубком. Всем известно, как бывает: “ещё короткий заказ”, “ещё пара минут”, а потом двенадцать без трёх, а ты где-нибудь на Кольце с компанией, которая орёт “В лесу родилась ёлочка”.
Открыл заказы. Кнопка “Без права отказа” горит красным. Тут больницы, дети, бабушки. Не всегда больше платят, но если включился выключиться уже не можешь. Включил год назад “по доброте”, до сих пор попадаю из-за этого в такие истории, после которых сам неделю как выжатый лимон.
Экран мигает новый заказ. “Без права отказа”. Подача семь минут. Поликлиника на проспекте. Комментарий: “Пожилой мужчина, забрать у аптеки и домой. Срочно”.
Вот так всегда выдыхаю.
Если сейчас выйду может, другой возьмёт. А может, заказ просто повиснет, дед замёрзнет, аптека закроется. Вспомнил, как возил лекарства отцу после смены, а опоздал, он потом шутил, что выжил из вредности.
Ладно, говорю вслух.
Заказ беру.
У аптеки дедок лет семидесяти, щуплый, в поношенном пальто, сумка через плечо, в руке пакет с логотипом аптеки, на часы смотрит.
Вы ждали? торможу.
Я, дед кивает, осторожно садится вперед. Ногу тянет, извините.
Поехали, проверяю ремень.
Дом рядом, двадцать пять минут по пробке, десять двадцать на часах.
Успеем, тихонько.
Чего? дед не расслышал.
Всё хорошо, улыбаюсь краешком рта. Доедем быстро.
Дед молчит, потом вдруг начинает рассказывать. Про давление, сердце, про то, как дочь чуть скорую не вызвала. “Я сам, говорит, что врачам в такую ночь мешаться. Вот, дошёл, но назад теперь не осилю. Дочь такси вызвала.”
С дочерью живёте? спрашиваю, хоть просто поддержать разговор.
Да. Сыновья разлетелись, муж у неё умер, вдвоём остались. Всё боится, что со мной что-то случиться. Паникёрша она.
Понимаю. Моя Ирина тоже постоянно напряжена. ДТП там, пьяные, аварии
А вы почему в такой день работаете? Семья же, интересуется дед.
Куда деваться, вздыхаю. Кредит не ждёт.
У всех, дед вздохнул. Думал на даче встречать Новый год, картошкой заниматься
Телефон вибрирует. Сашка на линии.
Пап, где ты?
Везу дедушку домой, поеду сразу к вам.
Сколько это “сразу”?
Минут тридцать-восемь, наверное.
Ты снова будешь не дома, когда куранты? спокойно, но пальцы дрожат.
Я не хочу, но
Всё, перебивает. Скажу маме, что ты занят. Мы тут уже лимонад открыли, я за тебя тоже налью.
Саш, ну…
Трубку уже положил.
В груди комок. На секунду захотелось просто выключить всё, высадить деда, сжечь телефон, мчать домой. Но смотрю на деда он держит свой пакет, как спасательный круг.
Всё в порядке? он заметил.
Да, соврал. Дом ждёт.
Это счастье, тихо сказал дед. Жена у меня в Новый год умерла. Тоже стол, куранты, салаты. Вышла на кухню через минуту уже махнул рукой.
Извините, что сказал…
Молчание повисло.
Впереди пробка какой-то умник прямо на проезжей салют запускает, все стоят ждут. Я начал петлять по дворам, старик подсказывал старые лазейки, знали когда-то он сам на автобусе катался ещё те маршруты! На удивление реально сэкономили минут десять.
Вот, кивнул он, не зря целую жизнь по этим дворам колесил.
Подъехали к дому, пока дед копался в кармане, я сказал, чтоб не платил.
Я плачу не за дорогу а потому что не отказали, упрямо сунул купюру.
Вышел, помог подняться, открыл двери в подъезд. На пороге женщина лет сорока пяти, в футболке, телефон прижат ухом.
Папа! Я уж думала, где ты там!
Да всё нормально, не падаю, проворчал он. Водитель хороший попался.
Спасибо вам большое, с праздником, сказала она мне.
Я кивнул и побежал обратно.
На часах: одиннадцать ноль три, до дома по прямой двадцать минут. С учётом светофоров фифти-фифти.
Сел, глянул на экран: “Вы находитесь в зоне повышенного спроса! Не выходите из смены!”
Кнопка завершения серая, свободен зелёная, но “без права отказа” всё равно красное.
Рука сама потянулась было выйти. И тут прилетает новый заказ снова “без права отказа”. Три минуты подачи. “Ребёнок потерялся. Нужно отвезти в полицию.”
Пауза. Голове голос Сашки: “Скажи честно!”. Голос Ирины: “У нас всё готово”. Дед говорил: “Если ждут это счастье”.
Если сейчас приму к двенадцати не успею. Если откажусь может, другой возьмёт, а может ребёнок будет ждать неизвестно сколько.
Пальцы вспотели. В сорок пять мне казалось выбранность давно выработал, а вот сиди, смотри на экран и не можешь ни на одну кнопку нажать.
Три две одна
Приложение само берёт заказ. Автоматически. Такая политика.
Вот чёрт, выдохнул.
Отменить значило понизить рейтинг, потерять приоритет. Но главное внутри же уже не отказаться. Уже знаешь: если сейчас оставлю, потом душить будет этот взгляд кого-то, кому ты мог помочь.
Ладно, вздохнул. Поехали спасать очередного.
Девочку восьми лет нашёл на лавке рядом с домом, плюшевый заяц в руках. Рядом женщина в шапке с помпоном, болтает по телефону.
Вы за ней? увидев меня, спросила.
Да. Что случилось?
Потерялась, пока гости были. С собакой гуляла, потом нашлась тут у соседей. Родители уже мчат к отделению в машине друга, а меня попросили везти Вику туда, чтоб не ждать полицию. Ничего?
Я хотел сказать “ничего”, но при взгляде на девочку ком в горле. Глаза испуганные, веки красные, нос в рукав стёрла.
Поедешь со мной? спрашиваю.
Кивает и ещё крепче сжимает зайца.
Я поеду с вами, добавляет женщина. Нашла Вику, отдам туда родителям.
Сели. Вика сзади, женщина рядом. Часы одиннадцать десять.
Полиция десять минут, но это без пробок и салютов. Вся дорога уставлена машинами, все куда-то мчатся, хлопушки летят.
Как зовут? спрашиваю.
Вика.
Не бойся, Вика, мама с папой ждут в отделении.
А я не боялась упрямо шепчет. Я просто не знала, куда идти.
Женщина тяжело вздохнула.
Всё дворы перекопали, ремонт, она совсем закрутилась. Повезло у неё адрес на бумажке был.
Киваю. В детстве мама тоже клала мне такую бумажку. Сейчас это кажется не глупо совсем
Звонит телефон Ирина.
Ты домой едешь?
Везу девочку в отделение, потерялась.
Пауза.
Конечно Кто ж ещё, кроме тебя. вздох.
Я не могу её оставить, чуть не сорвался голос. Там же родители
Я понимаю, перебила она. Правда понимаю. Просто
Сквозь трубку слышно, как Сашка где-то салют взрывает.
Мы уже начали, говорит Ирина. Давай, спасай дальше.
Попробую успеть не верится самому.
Только не обещай, тихо.
Связь обрывается.
Ощущаю, как внутри что-то сломалось. Как будто ещё одна пружинка перестала держать.
Вы не против, что из-за нас задержались? сзади женщина.
Уже да, честно ответил. Но не из-за вас.
Доехали быстро. У полиции уже ждали родители мать бросилась к машине, едва остановился.
Вика! крикнула.
Девочка сразу выпала из машины прямо в маму, отец с пакетами и глазами в луже был рядом.
Спасибо вам огромное, отцу едва речь даётся. Если бы не вы…
Это не я, это водитель, объясняет женщина.
Спасибо вам, с Новым годом, сказал он.
Посмотрел на время: одиннадцать двадцать восемь.
Если всё будет идеально, то домой как раз к полуночи. Нажал “Завершить смену”.
Система сопротивляется: “Вы в зоне высокого спроса! Уверены?” “Да!”
Уже поздно, улыбаюсь. Но успею хоть как-то.
Дорога домой была, как в тумане: пробки, хлопушки, народ везде. Одиннадцать тридцать пять, сорок, сорок пять застрял за автобусом, на каждом углу кто-то сигналит, празднует жизнь.
В одиннадцать пятьдесят въехал во двор, уже гремит, народ пускает салюты с бутылок, дети скачут. Припарковался, даже не на своё место. Быстро бегом в подъезд, на лестнице запах курева, кто-то песни орёт. Третий этаж даётся тяжело.
Дверь в квартиру приоткрыта, из комнаты голос президента.
Вошёл.
Всё сверкает: оливье, шуба, мандарины. Ирина у стола оперлась на локти, Сашка у окна с бокалом лимонада.
Поворачиваются ко мне.
Ну, пытаюсь войти с лёгкой улыбкой, говорил же: успею.
Сашка глянул на часы: без трёх минут двенадцать.
Почти, хмыкнул.
Ирина поднялась, налила в мой бокал шампанского.
Давай, сказала. Две минуты есть сделать вид, что мы обычная семья.
Я взял бокал, руки ещё тряслись.
Президент что-то говорил про испытания и семью.
Символично, кашлянула Ирина.
Ты злишься? спросил.
Я устала, вздохнула. Это другое.
Сашка подошёл, стукнул своим бокалом.
Пап, сказал, хотя бы в этот раз не в машине встретил.
Улыбнулся.
Прогресс.
Выпили. Шампанское уже тёплое, но всё равно.
После тоста телек заглушился. Сидели, ели молча, временами Ирина спрашивала Сашку про каникулы, тот коротко отвечал. Висело нечто невысказанное.
Вдруг Сашка встал.
Пошли, пап.
Куда?
Покажешь свои приключения на регистраторе.
Какие приключения?
У тебя же камера. Посмотрю, кого ты сегодня спасал.
Ирина даже улыбнулась.
Пошли в мой маленький кабинет-кладовку. Флешка к ноутбуку, Сашка рядом, затих.
Там ничего особенного, предупредил.
Как сказать, хмыкнул Сашка. Беременная, дед, ребёнок. Обычный день, да.
Я замялся.
Перемотали кадры: беременная, муж, суета.
Ты же даже ругался на камеру, заметил Сашка.
Это я на пробку, не на них.
Пробке всё равно.
Потом мальчик с рюкзаком. Сашка долго молчал.
Он на меня похож в пятом классе, тихо.
Улыбнулся.
Ты тоже тогда домой возвращался один, вспомнил. Когда на кружок не успел за тобой.
Мама мне тогда десять раз перезвонила, усмехнулся он. Думал, телефон взорвётся.
Я помню, кивнул я.
На экране дед с пакетом, как вошёл, как ремень поправил.
Он на деда похож, чуть слышно Сашка.
Я тоже подумал.
Когда помогал ему выйти у тебя лицо было, будто волнуешься до жути.
Оно так и было, вздохнул я.
Ты жалеешь, что всех их повёз?
Долго думал. Вопрос сложный.
Жалею, что не могу быть в двух местах. Но если бы тогда нажал «отказаться» сидел бы сейчас и сам себя ел.
А если бы со мной что случилось? тихо спросил сын.
Вздёрнулся.
Не случилось же.
Но могло.
Молчание. Потом я выдохнул.
Я вообще не умею так выбирать, чтоб хорошо было всем. Всё время либо чужих жалко, либо вас.
Пап, ты обычный человек, а не Бэтмен, вдруг сказал Сашка. Не должен всех спасать сразу. Но я рад, что не бросил Вику и того мальчишку, и деда. Просто честно скажи, если не успеваешь. А не “ещё минутка”. Ладно?
Посмотрел на сына.
Хорошо, попробую, кивнул.
Уже шаг, улыбнулся он.
Из кухни крикнула Ирина:
Вы что там кино смотрите? Пирог остывает.
Сашка встал:
Пошли, супергерой, тягает меня. У нас ещё салюты!
Выключил ноутбук, задержался на секунду: перед глазами лица беременная, мальчишка с рюкзаком, дед, Вика… И ещё два Ирина и Сашка.
Понял: идеального баланса не будет. Всегда кто-то ждёт, кто-то обижается, кто-то требует. Но, может, стоит хотя бы не врать себе больше, что всё успею.
Вышли в комнату. Ирина уже чай наливает, пирог горячий. Смотрит в глазах усталость, но и что-то ещё.
Ну что, таксист, сказала. В этом году хотя бы кадр с курантами попал.
Постараюсь в следующем не опоздать к началу, улыбнулся я.
Только не обещай, тут же она.
Пробую, громче сказал я.
Сашка засмеялся:
Вот и прогресс.
Во дворе салюты, стекло дрожит от взрывов. Мы встали у окна, молча смотрим: мандариновый запах, тепло, семья рядом. Я чувствую их дыхание, плечи, слышу родные голоса.
Телефон маякнул новым заказом где-то на кухне, но проверять не пошёл.
Сегодня смена закрыта.
Хотя бы одну новогоднюю ночь.