21 апреля
Киев
Сегодняшний день оставил на душе тяжёлый след. Я всё никак не могу выкинуть из головы тот случай, что произошёл на базаре этим утром. Захотелось записать как будто только тогда осознаю до конца, насколько бывает страшной человеческая жестокость и насколько светлым простое сострадание.
Каждое утро в нашем районе появляется бабушка Варвара Сергеевна ей уже лет под восемьдесят, а всё носит свои овощи с дачи на Печерскую площадь. Как же часто я замечал её согбенную фигуру за прилавком скрюченные руки, вязаная кофта, и рядом всегда баночка с мелочью. Она растит помидоры, огурцы, иногда и зелень всё сама, ведь после смерти мужа никого у неё не осталось, кроме сада. Сыновья разлетелись по всей Украине кто во Львове, кто под Одессой, навещают редко, а старости не у кого просить помощи. Так и живёт урожаем и людьми, что приходят на рыночек.
Многие соседи стараются купить что-то именно у неё, даже если подороже: не из-за жалости из уважения. Каждый раз, проходя мимо неё, ловлю на себе усталый взгляд, но в нём столько достоинства и самой настоящей силы.
А вот сегодня к прилавку подошёл какой-то мужчина сразу видно, «столичный»: строгий костюм, лакированные ботинки на острых носах, на руке сверкают часы. Он посмотрел на помидоры и спросил цену так ехидно, словно уже знал, что будет возмущаться.
Почём, бабушка, помидоры? говорит, словно шутит.
Варвара Сергеевна спокойно отвечает, что 40 гривен за килограмм и голос у неё тихий, но твёрдый. И вот тут он словно сорвался:
Ты с ума сошла? За эти твои грязные помидоры столько просишь? Да за такие деньги я ящик куплю на оптовом!
Сыночек, да ведь свежие, свои, еле слышно говорит она.
Себе оставь свои жалкие овощи, зло бросает он, никто покупать не станет!
Ярость в нём набирает обороты. Он вдруг сильно пинает её маленький ящик тот летит на тротуар, помидоры рассыпаются, а часть оказывается под его ботинками. Варвара Сергеевна в испуге опрокидывается со стула прямо на асфальт. Она дрожит, весь товар разбросан и затоптан…
А вокруг будто всё застыло: люди смотрят или же, опустив головы, проходят мимо. Я почувствовал тогда такую злость и бессилие одновременно. И вдруг рядом появляется здоровенный мужчина наш сосед Иван Петрович, когда-то работал на железной дороге, все его уважают. Он одним движением оттолкнул этого «столичного» от бабули.
Ты совсем, что ли, бессовестный? рявкнул он. Ей твоей матери ровесница! Позор!
Потом поднял Варвару Сергеевну, усадил на стул, смахнул с её плеча грязь, а потом громко на всю площадь сказал:
Бабушка, не переживайте, я у вас сейчас всё куплю до последней картошки!
Люди ахнули, и я тоже стоял в изумлении. Хороших-то поступков редко кто ждёт вот она, настоящая доброта! Бабушка смотрела на него с такими слезами на глазах и только тихо шептала:
Спасибо тебе, родной, Господь тебя хранит…
Иван Петрович тут же позвонил в полицию. Когда приехали ребята, мужчину в костюме отвели в участок оказалось, он уже не раз за хулиганство проходил. Теперь ему грозит не только крупный штраф, но и срок реальный.
А люди не расходились: подходили, спрашивали у бабушки, как помочь, кто-то дал мелочь, кто-то просто приобнял по-матерински. Я после ещё долго думал, как же всё-таки важно не проходить мимо чужой боли и что одна минута храбрости может изменить целый день, если не жизнь.
Вот так закончился мой сегодняшний рынок. С одной стороны боль, с другой бесконечная вера в добро.