Плечо сына
Светлана всегда удивлялась, как для Ильи было важным мнение матери. Что бы ни случилось, он первым делом говорил: надо обязательно спросить маму. Его невеста, красавица Ксения, сердилось на это, считая, что если уж кто и лучший советчик, так это она, а не кто-то еще. Илья всех выслушивал, каждую сторону взвешивал, потом поступал по-своему, но непременно звонил маме, слушал её совет и после объяснял ей, почему выбрал так, а не иначе.
Мать жила в селе под Харьковом, Илья устроился прорабом на стройке в Киеве, а Ксения работала юристом в частной фирмы. Родители Ксении были моложе матери Ильи, более прогрессивны, богаче и, как казалось Ксении, сообразительнее. Хотя ни разу не видела Таисию Сергеевну, у будущей невестки сложился в голове образ властной, крикливой, требовательной и скупой женщины.
Илья взял квартиру в кредит платить надо было в гривнах. Район, где находилась его квартира, он так красиво расписал матери, что Ксения, поглядывая в окно на стройку, только усмехалась:
Ты где там видишь садики, магазины, поликлинику? Опять приукрашиваешь для мамы?
Там всё построят на тысячи семей рассчитано, со временем всё будет. Пусть мама пока радуется, говорил Илья, улыбаясь.
С предложением руки и сердца он медлил, потому что все деньги ушли на первый взнос, потом надо было копить на ремонт и мебель, а на свадьбу не набиралось ни одной гривны. Мама советовала:
Сынок, не спеши, поработай. Правильное хозяйство требует времени и денег. Жить в кредит к ссорам и обидам приведёт. Свой угол важнее чужих квадратных метров.
Илья не мог познакомить Ксению с мамой всё был занят ремонтом или подработками. С родителями Ксении он познакомился быстро, но остался разочарован: разговоры только о зарплате и карьере, прораб для них вроде никто, а про здоровье матери Ильи никто и не спросил, только интересовались, поможет ли она с кредитом.
Каждое утро Илья желал матери доброго утра, вечером делился новостями. При споре о здоровье он мог повысить голос, но только из-за тревоги мать здоровья не берегла. Ксения предлагала пожить у её родителей, пока ремонт не закончится, но Таисия Сергеевна запретила:
Сынок, не будь зятем на полставки, приводь хозяйку к себе, к своему столу. Вот когда совсем прижмёт другое дело. А пока терпи, работай, улыбайся и за себя держись.
Илья следовал этому совету, а Ксения думала: “Посмотреть бы в глаза этой старой упрямой женщине, понять, как Илья, такой умный и сильный, может так зависеть от материнских советов”.
Ксению обижало, что мама Ильи всегда на первом месте, и она упрямо перечила советам свекрови. Илья всё списывал на ревность знал, пройдет, познакомится Ксения с мамой и всё поймет.
Но Ксения скандалила всё чаще, истерики из-за ревности к матери набирали силу, ссоры стали острее, она всё настаивала на личном знакомстве, думая поставить маму Ильи на место.
Село встретило их ласково небо, как подсолнечник, смотрело сверху, улицы расплывались мягко, как во сне. Женщины с ведрами здоровались с Ильей улыбкой, мужики кидали комплименты Ксении. Высокий дом с наличниками поразил размахом, но никто их особо не встречал.
Из комнаты появилась сестра Ильи с ребенком. Ксения искала глазами Таисию Сергеевну, но ничего не понимала. Илья подвел её в зал а там, в старом мягком кресле, сидела маленькая, хрупкая женщина. Она воскликнула, попыталась подняться, но ноги не послушались опустилась обратно, рядом стояли ходунки.
В тот миг Ксения всё поняла. Сколько же в глазах Ильи было нежности, любви и какого-то особенного понимания, когда он опустился на колени и положил голову ей на колени, а потом смотрел ей в глаза, наполненные счастьем мечтателя.
Сынок, ну что же такую красавицу прятал от меня? Как ждала вас, как мечтала! прошептала Таисия Сергеевна и протянула Ксении руки. Иди ко мне, обниму тебя, такая ты, как я и представляла. Сынок мне все уши прожужжал о тебе!
У неё сильно колотилось сердце, прямо слышно было, как бьётся и казалось Ксении, что бабушка держится из последних сил, чтобы не выйти из себя от нахлынувших чувств.
Сестра Ильи быстро накрыла стол, да так ловко, что скатерть будто цвела цветами, а блюда были вкуснее всех, что когда-либо делала мать Ксении. Даже хлеб тут казался особым, хрустел как детская радость. Илья внёс маму на руках к столу. Уютно было, разговоры не смолкали ни на минуту: смеялись, вспоминали, делились историями Ксения себя ощущала своей; мать только о здоровье её родителей поинтересовалась, о зарплате и машинах ни слова.
Илья сам подкладывал маме еду, уговаривал поесть. Таисия Сергеевна была безмерно рада вниманию сына.
Ксения понимала: физически она сидит рядом с Ильей, а на самом деле для него самым главным человеком сейчас была его мать. И это не вызывало у него ни малейших сомнений.
Вечером, когда стихи и сказки за окном словно кружились в воздухе, Ксения тихо спросила:
Почему ты никогда не говорил, что мама не ходит?
А ты когда спрашивала о мамином здоровье? Про мои оклады, про жильё, машину, про прописку расспрашивала десять раз а о маме ни разу. Я знаю, ты недовольна, что я по любому поводу с ней советуюсь и часто звоню. Она живёт мной. Я хочу, чтобы она чувствовала нужна мне, Вике, что её недостаток далеко не главное. Её болезнь дорога в один конец, но я не хочу, чтобы последние её дни становились просто ожиданием. Я раскрашиваю её дни, как могу.
Твоя мама спросила меня: “А будет ли свекровь помогать выплачивать кредит?” А куда ей деньги? В деревне всё своё, да и нужна ей только пара галош да платок. Ваша гордость в роскоши, а у моей мамы на первом месте душа. Я считаю, что обязан помогать ей, а не требовать.
Пока мама жива, она будет для меня первой. Моей любви хватит всем. Я не хочу потом грызть локти и сожалеть. Я хочу быть хорошим сыном, не только примерным мужем. Если тебе тяжело, подумай стоит ли тебе быть с человеком, у которого много забот, и который тянет за собой материнское сердце.
Ксения любила Илью и терять его не хотела. И в глубине души понимала за такого мужчину нужно держаться обеими руками. Ревность и обиды гнала прочь: надо учиться уважать, понимать и заботиться не только о Илье, но и о той женщине, которую он всю жизнь готов носить на руках.