По воле судьбы
Снег плотно укутал заснеженный Харьков. Было начало декабря, мороз трещал, как водится в украинскую зиму. Теплый шарф Ксении уже не спасал на остановке она простояла битый час, пока ждала маршрутку, и в результате сильно простудилась. Итог больничная палата гинекологического отделения.
Вам необходим курс лечения в стационаре, строго заявила врач, всё же тридцать семь лет вам, может, ещё захотите родить. Ксения промолчала, но спорить не стала и согласилась что уж тут.
В больничной палате Ксения лежала на холодной узкой кровати среди запаха хлорки и влажных стен. Мысли её были тяжелы, как серое зимнее небо. Дочке Лере тринадцать, муж Женя Ну, муж Тот, что вчера принес пересоленный борщ в пластиковом контейнере и, не отрываясь от смартфона, посидел пять минут и сбежал на «деловую встречу».
В палате было трое. На соседней кровати Ирина, ровесница Ксении, весёлая, с искрящимися глазами. Её положили на сохранение перед третьими родами.
Мы с Виталием очень хотим девочку, а у нас уже двое мальчиков, нежно улыбалась Ирина, поглаживая округлый живот. Виталик убеждён, что детей должно быть много чем больше, тем лучше. Она засмеялась, глядя искренне и по-доброму. Я сама думаю: трое в самый раз. Доченька и на этом хватит!
Ирина купалась в собственном счастье каждый её взгляд излучал спокойствие и удовлетворение. Когда звонил муж, лицо у неё расцветало, она светилась изнутри.
Ксения отворачивалась к стене, слушая скрип батареи. Она помнила только свою единственную беременность и предательство Евгения Тот случай, тринадцать лет назад. Тогда, перед самыми родами, она узнала, что Женя закрутил роман с коллегой. Он клялся, что всё в прошлом и умолял простить. Она поверила ребёнок ведь должен расти с отцом.
Доченька, прости ты его, уговаривала мать Ксению, ну они ж все такие, мужики Обещает ведь?
Она простила. Одна с ребёнком страшно. Женя потом еще не раз давал повод для подозрений, но Ксения молчала. «Свой хлеб ешь не чужой», повторяла ей мать. «Твой Женя как кот: всегда что-то ищет, но когда ловить его уже нигде нет. Решай сама».
За четырнадцать лет брака Ксения свыклась у неё есть Лера, у мужа бизнес, у неё работа. Жили в небольшой квартире на окраине города, без особых драм, Лера училась в школе, Женя обеспечивал семью, а она не устраивала скандалов.
У окна, на третьей кровати, затерялась маленькая фигурка Алина, лет двадцати. Нежное лицо, густые светлые волосы, дорогой аккуратный маникюр. Дочь явно хорошей семьи. По началу Ксения не обращала внимания на разговор Алёны с Ириной, но потом уловила знакомые ноты из чужой жизни.
Он ухаживал за мной будто я княжна, вздыхала Алина, говорит, дома тоска и скука, что якобы со мной чувствует себя нужным Женя очень заботливый
Ксения вздрогнула. Имя будто разрезало воздух.
Он и не особо красив, честно выговаривала Алина. Полноват, плешивый, но зато уверенный, солидный. Бизнес свой. Пообещал, когда рожу всё уладит и будем вместе.
А что он женат? уточнила Ирина.
Конечно, равнодушно кивнула Алина. Жена, дочка. Но мне и не нужно чужое у меня своя квартира, отец подарил. Мы там и встречаемся.
С гордостью рассказывала она о подвигах своего Жени, не зная, что для Ксении каждое слово как удар в висок. Она слушала и с каждой минутой ожесточалась: «Это мой Женя. Всё сходится бизнес, внешность, даже машина. Не абстрактная любовница, а живая девочка с его ребёнком внутри».
Ксения повернулась к стене, чтобы не разрыдаться:
На таких красавиц не грех польститься Но что же она нашла в нём, в этом плешивом хитреце? Да, Женя умеет красиво говорить, но зачем молодая, свободная девочка тащится к старому женатому бизнесмену Понятно деньги и обещания, да
Вечером Ксении позвонил муж. В её голосе звенел лёд, и Женя сразу поник.
Ты почему такая холодная? пробормотал он.
Всё нормально, отчеканила она, только вот у тебя не очень. Я всё знаю, Женя. Про Алину, про ребёнка Лежим в одной палате. Не приходи ко мне больше.
Женя пытался нести чепуху, но Ксения оборвала:
Молчи. После больницы подаю на развод. И уходи из квартиры. Я не буду больше смотреть на тебя.
Для неё он закончился как увядший букет, выброшенный на помойку. Не было больше сил молчать, терпеть и выжидать. Женя всё понял и пока Ксения лечилась тихо собрал вещи и ушёл. Ей объяснять было нечего она не простит.
Когда выписалась, забрала Леру у бабушки и с головой ушла в бумажную волокиту по разводу. Женя особенно не сопротивлялся, уехал к Алине, строить новое гнездо казалось бы навсегда.
Прошло полгода. Зима сменилась весной, весна душным жарким летом. Ксения заметно похудела, заострилась, но не согнулась. Новая работа проектная фирма, новые люди.
Здравствуйте, вежливо заговорила она в кабинете.
Приветствую, ответил заказчик. Меня зовут Александр. А вы?
Ксения.
Документы на согласовании неожиданно сместились в разговор о книгах, музыке и том, как пахнет земля в исходный дождь над Днепром. С Сашей не надо было притворяться он всё сразу понимал. С ним она чувствовала себя человеком, впервые за долгие годы.
Может, встретимся после работы, Ксения? неожиданно предложил он.
Она смутилась, но кивнула:
Почему нет
Кафе, разговоры, встречи. Саша уже к тому времени знал: Ксения разведена, растит дочку. Сам он давно в разводе. Однажды, глядя на закат за окном кафе, Саша сказал со странной грустью:
У меня есть дочь. Молоденькая, совершила глупость связалась с мужчиной, на двадцать лет старше. Тот бросил свою семью, дочка вот-вот родить должна. Не знаю, как до неё достучаться. Зовут её Алина.
Ксения похолодела. Стены кафе будто сдвинулись. Она всматривалась в зрелое лицо Саши, серые глаза, и вдруг увидела это отец той самой Алины. Дочь Саши разрушила её семью, её бывший муж разрушил семью Саши.
Наступила тишина. Им казалось, что кто-то вычеркнул звук из их жизни.
Что, Ксения, вам плохо? Саша тревожно наклонился к ней.
Они замолчали два чужих человека, сдёрнутых одним и тем же ураганом. Он отец девушки, что забрала её мужа. Она жена того, кто разрушил его семью.
Мою дочь зовут Лера, тихо сказала Ксения. А бывшего мужа Женя.
Саша оцепенел. В глазах попеременно светились понимание, боль, отчаяние, и странная, абсурдная жалость к ней.
Они сидели рядом, уткнувшись в холодные чашки кофе, связанные общей бедой и какой-то смешной надеждой. Мост между ними был выстроен именно из той самой боли, что разрушила их прежние жизни.
Честно сказать, выдохнула Ксения, такое только в кино бывает.
Да смотрел на неё Саша, отмечая каждое слово. Но жизнь богаче сценариев. Я надеюсь, мы справимся.
Нам нужно время, выдохнула Ксения.
Время согласился он.
Только спустя полгода они решились на новую встречу, будто бы собрав всю волю в кулак. За это время Алина родила дочку и осталась жить в своей квартире вместе с матерью. С отцом почти не общалась. Женя платил алименты и вскоре исчез из города навсегда.
Год спустя Саша и Ксения расписались. Их связало не внезапное счастье, а тот зыбкий мост, что построился на месте обвала. Их судьбы переплелись навсегда вопреки всему. Их вышла счастливая жизнь.