Право на счастливую жизнь
Никогда не проси меня больше сидеть с этой девочкой! кричала Валентина, прижимая телефон к уху. Это не ребёнок, а настоящая катастрофа! она сделала паузу, прислушиваясь к усталому голосу дочери. Что ты говоришь? Послушная и хорошая? Да просто ты не видишь, какая она на самом деле! Она только притворяется доброй, потому что боится, что её опять отправят в детдом! А ты ей доверяешь!
В соседней комнате стояла маленькая Зинаида. Ей было всего семь лет, но она уже отлично понимала, что взрослые могут сердиться каждое сердитое слово отзывалось тревогой внутри. Несколько минут напряжённого молчания для неё были хуже ночного кошмара. Мысли роились: а вдруг мама поверит злым словам Валентины и прогонит её? Или, что ещё страшнее, вернёт туда, где страшно и голодно к той женщине, которую она когда-то называла мамой?
Зина была умной не по годам трудное детство научило её осторожности. Она чётко делила мам на родную и настоящую. Родную мать настоящей заботы к дочке не проявляла: работать не хотела, дома всегда бардак, кругом пустые бутылки, еды почти не бывало. Да ещё в маленькой квартире постоянно появлялись незнакомые мужчины обычно пьяные, громко ругающиеся.
Весь ранний мир Зины был наполнен криками, вечными ссорами и частыми визитами милиционера. Эти картины остались с ней навсегда, пряча в душе осторожность и страх. Сейчас, скрываясь в углу и прислушиваясь к разговору по телефону, Зина старалась не заплакать. Главное, чтобы мама не прислушалась к Валентине!
Обратно в тот холодный ад не хотелось ни за что.
Сидеть под кроватью стало её спасением каждый раз, когда начинался очередной скандал, Зина исчезала туда, заталкивая с собой ворсистый плед и старую подушку. Там, в темноте, среди пыли и забытых игрушек, она чувствовала себя в безопасности. Это был её небольшой мир, где можно было спрятаться от крика и злобы.
В тот раз, как только раздались шаги Лидии, мать заторопилась мимо, Зина молча проскользнула под кровать. Она затаила дыхание, укуталась пледом и притворилась, что её вообще нет.
Где ты, бесстыжая? прорычала Лидия с порога. Что на этот раз наговорила соседям? Хочешь есть? Хочешь новые сапоги? А ты заслужила?
Зина сжалась в комочек и ничего не отвечала. Она радовалась своему маленькому росту и худобе только благодаря этому могла здесь укрыться. Мать прошла по комнате, гремела на кухне, чтобы наконец захлопнуть дверцей холодильника и пробурчать что-то совсем зло.
В чём была её вина на этот раз? Может, в том, что во двор вышла в резиновых тапках? Другой обуви у неё не было. Она вспомнила, как мальчишки косились, когда она приходила зимой на улицу в этих тапках.
Вчера соседка, баба Маша, тоже заметила это. Она принесла пару старых валенок своей внучки, протянула их Зине и со слезами прошептала: Дитя ты моё бедное За что ж тебя такое наказание?
Маша ещё угостила пирожками с картошкой и луком таких вкусных Зина давно не ела. Её мама никогда не пекла, а в холодильнике обычно было пусто. Если там и появлялась еда, она исчезала быстро.
Жизнь здесь Зина знала назубок: послушайся выживешь. Когда Маша пожаловалась милиционеру, Зина только вздохнула. Она знала: мать молчать не будет, а полицейский её старый знакомый, всё спустить на тормозах ему не впервой.
Но однажды случилось нечто необычное. На пороге появился серьёзный мужчина в строгом пальто. Он посмотрел на Зину, не спрашивая ничего страшного. Просто кивнул и сказал: Пойдём. С ним была незнакомая женщина.
Что говорили в комнате Лидия и этот мужчина, Зина не слышала только брань, грохот бутылок и отчаянные крики. Сердце заходилось от страха, но появившаяся женщина с мягкой улыбкой подошла и обняла девочку:
Не бойся. Больше тебе не придётся терпеть всё это. Теперь ты начнёшь новую, хорошую жизнь.
Женщина говорила уверенно. Пообещала отдельную комнату, розовые обои, кровать с балдахином, игрушки и новую одежду. Сказала, что Зина пойдёт в хорошую школу и встретит хороших людей.
Девочка не могла поверить так бывает только во снах. Почему этим людям вдруг понадобилась именно она?
Зачем я вам? сдержанно спросила Зина, не скрывая тревоги.
Женщина на миг задумалась и ответила:
Ты должна знать: Павел, тот серьёзный мужчина, твой отец. Он ничего не знал о тебе, пока не нашлись добрые люди, рассказавшие ему правду.
Для Зины это было новым отец никогда для неё не существовал. И всё же именно с этого дня жизнь девочки резко изменилась: у неё оказалась семья, о каких других она только мечтала. Только одну тень нельзя было убрать Валентина.
Этой девочке чужда доброта! не унималась Валентина, раздавая свои непрошеные советы. Мать у неё какая была? Гены это не шутки! Лучше бы родила мне внучку сама, а не возилась с чужим отродьем
Зина дрожала при этих словах. Она готова была сделать всё, чтобы не возвращаться назад, а остаться с Яной, своей новой мамой, и Павлом. В мыслях она убеждала себя: главное быть тихой, помогать, не просить ничего лишнего. Главное не мешать Валентине и заслужить право остаться.
Однако Валентина забрала у Зины даже возможность позвонить Яне, когда та была на работе Детям ни к чему телефон, сказала она и отправила девочку за дверь. Зина лихорадочно искала выход: как поговорить с мамой? Как объяснить, что всё сказанное Валентиной неправда?
Тогда она придумала: дойдёт до работы мамы сама благо помнила дорогу. Оделась в новую куртку, аккуратно выбралась из квартиры и отправилась в город, веря, что сейчас докажет маме ей можно доверять, что она добрая и нужная.
* * *
Яна ворвалась в квартиру запыхавшись, глаза огромные от страха:
Где Зина?!
Валентина едва оторвалась от журнала, притворяясь равнодушной:
А я почём знаю? Ушла вот и всё.
Яна заломила руки:
Да как ты могла! Тебя просили всего один раз, а ты её…
Валентина пожала плечами:
Я не нанималась сидеть с чужими детьми. Своих бы завела, а не чужое дитя растила! Часики тикают!
Яна сглотнула, сдерживая злость:
Сейчас речь о Зинке! Она одна в чужом городе!
Тут же в квартиру забежал Павел:
Не вернулась? Надо звонить в полицию! Семилетний ребёнок а вдруг что-нибудь случится?!
Они вызвали участкового. Милиционеры подошли быстро допросили всех соседей, опросили прохожих. Кто-то из продавцов увидел девочку в красной куртке у автобусной остановки, кто-то вспомнил, что малышка ходила вдоль витрин и выглядела потерянной.
Разыскать её удалось только после того, как Яне позвонили с работы:
Яна, к нам в офис пришла девочка, назвалась Зиной Красная курточка, голубые штанишки твоя?
Яна не поверила счастью:
Да! Это она! Мы сейчас приедем!
Вам нужна будет беседа с полицией, добавил участковый. Всё-таки, ребёнок потерялся в городе.
Вместе с Павлом и милиционером они поехали в офис. Войдя, Яна увидела Зину, которая бросилась к ней и, всхлипывая, уткнулась в куртку. Яна гладила дочь по голове, повторяя:
Всё хорошо, всё хорошо, моя девочка. Я здесь.
Зина дрожащим голосом умоляла:
Не отдавай меня Лидии! Я буду хорошей, буду учиться! Только не отправляй
Яна крепко прижала её к себе:
Не отдам. Всё позади. Теперь ты дома.
Директор офиса отошёл в сторону, чтобы не мешать матери и дочери. Немного погодя Зина заснула, утомлённая страхами и волнениями этого дня.
Павел бережно поднял её на руки и понёс домой. Дома Зину аккуратно уложили в кровать, укрыли пледом. Она тихо уснула, зная никто её теперь не обидит.
С тех пор Валентина к ним больше не заходила. В доме стало спокойно и тепло. Было достаточно того, что в этих стенах снова звучал тихий смех ребёнка и не слышно больше ни упрёков, ни злобы.
Чужой ребёнок быстро становится своим, если в доме есть любовь и доброе сердце. А взрослые должны помнить: иногда ребёнку нужно совсем немного просто ощущение, что он любим и нужен. Только тогда у него действительно появится право на счастливую жизнь.