Мне больно. Я в невыносимой боли. Всё изменилось так стремительно… мы ждали, когда появится на свет наша маленькая принцесса. Всё шло хорошо до сороковой недели и двух дней моей беременности. А потом всё перевернулось за один миг.
Что случилось с моим ребёнком?
В понедельник утром врачи заподозрили у меня преэклампсию. Анализы показали высокий уровень белка в моче. Врач настоял на срочном ультразвуковом исследовании. На УЗИ обнаружили, что у малышки нарушен кровоток ей не хватало сил бороться. Давление у меня прыгало, каждая секунда могла привести к приступу.
Дочка боролась… Врачам потребовались часы, чтобы хоть немного стабилизировать её состояние. Ситуация резко ухудшилась, когда пуповина обвилась вокруг её шеи. Одна беда сменялась другой казалось, всё идёт наперекор нам.
Всё закончилось экстренным кесаревым сечением. Вся эта пытка длилась восемнадцать часов. Слишком долго Когда меня вытащили из-под наркоза, врачи отчаянно пытались реанимировать малышку, но она не откликалась.
Я не могу смотреть на свой шрам без слёз шрам, за которым нет крика младенца. Я единственная мама в палате, у которой нет ребёнка на руках после почти 40 недель беременности. Это рвёт мне душу.
Я хотела закричать, выплакать всё, но шов и боль не давали даже вздохнуть. Я была слаба. Когда боль в теле немного утихнет, я позволю себе выплакаться, мне нужно это. Сейчас слишком много всего навалилось я должна держаться.
Я умоляла врачей дать мне попрощаться с дочкой. Они согласились. Я никогда не забуду этого момента моя девочка была большая, с такими спокойными закрытыми глазками. Весила 3,9 килограмма. Всё в ней было совершенным
Она обязательно бы стала нашей гордостью.
Я пытаюсь спрятать ноющую боль в груди. Что дальшеНо однажды, в тишине больничной палаты, я вдруг почувствовала тёплое прикосновение не к телу, а к душе. Мне показалось, будто кто-то невидимый гладит меня по щеке и шепчет: «Я здесь, мама, спасибо, что ждала меня»
Слёзы текли по лицу, уже не только от утраты, но и от едва уловимого чувства благодарности за восемнадцать часов борьбы, за девять месяцев ожидания, за ту любовь, что я научилась чувствовать. Я поняла: моя девочка жила, пусть и недолго, но навсегда останется частью меня.
Теперь, каждый рассвет напоминает мне о ней: алым отблеском на стене, густым запахом кофе, чьей-то тихой песней за окном. В этих маленьких чудесах я снова встречаю свою принцессу в каждом солнечном луче, в каждом добром слове, в надежде, что заглядывает в новый день.
Я умываю лицо, смотрю на своё отражение и шрам но больше не чувствую пустоты. Вместо неё светлая память и сила двигаться дальше. Моя любовь к дочери осталась, она не ушла, а стала опорой. Когда-нибудь, я расскажу о ней миру и о том, как даже после самой чёрной ночи умеет пробиваться рассвет.