Взрослые дети взялись убеждать нас с женой разменять нашу «трешку», но мы нашли куда более стоящее применение нашей квартире.
Ну и зачем вам вдвоём сотня квадратных метров? не унималась Светлана, вертя на вилке маринованный опёнок. Эхо по комнатам гуляет, скучно же! А коммуналка какая, вся пенсия туда и уходит! Где, скажи мне, здравый смысл?
Антонина Павловна поставила чашку на блюдце, фарфор звякнул так, что в наступившей тишине этот звук показался громоподобным. Она оглядела сидящих за столом: Артём, сын, разглядывал свою тарелку, Леночка, дочь, ерзала, крутила в руках смартфон и бросала взгляды на невестку, словно искала поддержки. Николай Петрович, мой отец, сидел во главе стола, челюсть ходила ходуном.
Света, родная, этот дом нам дорог, твёрдо сказала Антонина. В этой квартире тридцать лет живём. Коля тут своими руками всё переделал. Здесь вы же оба выросли.
Вот именно, вы-рос-ли, подхватила Леночка. Мам, надо прагматичнее. Никто же не гонит вас на улицу. Мы экономически мыслим, так сейчас и надо. Сидеть на таком капитале нелепо, при этом деньги считать.
На гречке мы не сидим, Николай Петрович сдержанно усмехнулся. Когда ты, Лена, домой голодной уходила? Я холодец вчера сам варил, мама пироги с утра стряпала. Если вам на чёрную икру не хватает, это не значит, что у нас пустые кастрюли.
Пап, да не про это речь, отбивалась Лена. Сейчас трёшка в центре стоит баснословных денег. Продаём её. Вам берём отличную однушку в Новой Москве, воздух, тишина, птички. На разницу Артёму и Свете просторная двушка, а то они в своей клетушке с малышом, как шпроты. А мне бы студию надоело платить чужому человеку за угол. Всем хорошо!
Антонина густо покраснела, ком подступил к горлу.
Артём, ты тоже так считаешь? Нам с отцом пора освободить территорию?
Сын тяжело вздохнул и, не глядя в глаза, пробурчал:
Логика в словах Светы есть Внуку ведь нужна комната, у вас, мама, комнаты пылью покрываются
Помогать, говоришь Николай Петрович горько усмехнулся. Мы ведь вас не бросили: обучение оплачивали, свадьбы отмечали, Артёму на взнос дали, Лене машину купили. Теперь помощь это нас выдворить куда-то к чёрту?
Не к чёрту, а в перспективный район, зазвенела Света. Вы эгоисты! Столько места держите для себя, а внук страдает, книги ваши никому не нужны! Сейчас всё в интернете есть!
На том ужин и закончился хлопнули двери, остались мутные чувства да гора посуды. Антонина молча убирала со стола, Николай подошёл к окну, смотрел на московский проспект. Эта квартира всегда была их гордостью, добыта кровью и потом, северам, подработками, ночами в школе. Мечтали, что здесь будут собираться внуки а оказалось, взрослым детям от квартиры нужны только её метры и рубли.
Дальше пошла настоящая осада: Света сыпала в мессенджер ссылками на варианты однушек с подписями: мол, и вид из окна, и лифт новый, и поликлиника рядом. Лена ежедневно жаловалась: хозяйка квартиры повышает плату, скоро, дескать, на вокзал придётся идти. Артём звонил, жаловался: Света его терроризирует, нервов не осталось только решим вопрос с квартирой, всё наладится!
Тонь, они нас в живых хоронят, сказал как-то вечером Николай. Мы для них уже списанный материал. Всё хотят до последней капли
Понимаю Но и внука жалко. Может, и правда
Нет! Николай сжал кулак, по столу стукнул так, что чашка подпрыгнула. Сейчас уступим завтра в дом престарелых сдадут. Мы и так воспитали у них только «бери давай», но платить за это своим домом?! Нет и нет.
В апогей вторглись утром субботы: в дверь позвонили Света с незнакомым молодчиком в узком пиджаке и папкой.
Доброе утро! Вот наш риелтор Эдуард, лучший в Москве! Пусть оценит ваши хоромы, сразу всё выясним. Времени терять нельзя!
Но Николай преградил путь.
Молодой человек, развернитесь и ступайте подобру-поздорову. Ещё раз такое я вас сам вынесу на руках, и никакой суд не поможет.
Папа, вы с ума сошли! Мы же только добра желаем! Уже нашла отличную однушку!
Проваливай, Света. Мужу своему скажи: пока не поумнеет, тут пусть не появляется, сказал Николай.
Когда дверь захлопнулась, Антонина прижала руки к груди.
Всё, Тоня, это была последняя капля. Слабыми нас считают.
Что будем делать?
Работать. Савельев вон консультантом звал пойду. А ты репетитор от Бога, не зря тридцать лет за плечами.
У меня пара учеников, растерялась Антонина.
Значит, будет больше. Слушай дальше
Три недели они были, как пчёлы: Николай мотается в свой загородный дом не просто дача, дом с газом, отоплением, скважиной, который сам строил с друзьями. Антонина наводит порядок, полирует мебель, книги выставляет ровными рядами.
Спустя месяц Николай позвонил сыну:
Артём, всех в сбор: жену, Лёнку. В субботу к обеду. Поговорить надо, про квартиру.
В субботу дети собрались за чаем и печеньем ничего лишнего, но не насторожились.
Ну, родители, вы наконец-то одумались? начала Света.
Да, спокойно начал Николай. Решили: нам двоим и вправду просторно. Мы съезжаем.
Дети переглянулись вот оно, желанное решение.
На дачу, добавил Николай. Нам воздух и свобода.
Отлично! А эту когда продаём? Света загорелась.
А квартиру мы сдаём в аренду, спокойно ответил Николай. Под тихий офис юридической организации. Всё законно, платят хорошо, договор на пять лет.
Как сдаёте?! А размен, а «студию»?!
Выросли сами зарабатывайте, твёрдо ответил Николай. Мы вам дали образование, стартовый капитал. А теперь каждый за себя. Деньги от аренды наша добавка к пенсии. Мы с мамой купили путёвки в Кисловодск, планируем новую машину старику «Ниву» пора менять.
Вы сами себе устраиваете рай, а мы тут растерялась Лена.
Мы за труд свои деньги получаем. Квартира наш актив, а не раздача слонов.
Это несправедливо! взорвалась Света. Вы внука лишаете лучшего будущего!
Будущее в руках его родителей. Если чего накопим на совершеннолетие.
Артём долго молчал, а потом спросил тихо:
Папа, мама вы серьёзно?
Абсолютно. Ключи в понедельник отдадим арендаторам. Хотите приезжайте на дачу, баня хорошая, шашлыки пожарим. Но разговоры про делёжку закончились. Навсегда.
Дети по одному ушли. Леночка мельком буркнула: «Ну и ладно». За дверью повисла тишина.
Коль, не перегнули с ними? прошептала Антонина.
Нет, Тоня. Мы честно. Дали шанс быть взрослыми. Нам пора жить для себя. Чемоданы собрала? В Кисловодске, говорят, весна.
Через два дня они перебрались на дачу. Первый месяц непривычная глухота, снег, треск поленьев в печке. Но к тишине быстро привыкли. Деньги прилежно поступали, и впервые за много лет появилось ощущение настоящей свободы. Обновили машину, съездили в санаторий, весной Антонина посадила шикарные розы.
Дети не звонили месяца три. Первым приехал Артём, привёз внука.
Мама, папа, привет Не глянете Васю на выходные? Мы оба работаем, ипотека давит, Света устала.
Да привози, улыбнулся Николай. Заходи, борщ на плите, баня топится.
Лена появилась летом. Робко:
Пап, а можно я помогу с налогами? Я же экономистом работаю, можно вычет оформить
Лёд тронулся: оказалось, нет лёгкой наживы включается разум. Отношения выправились: ни потребительства, ни расчёта. Просто люди рядом, взрослые дети.
А квартира продолжала «работать» обеспечивая родителям достойную старость. Каждый раз, глядя на очередное зачисление, Николай подмигивал жене:
Ну что, Тоня, теперь рационально?
И Тоня, глядя на пышные розы, отвечала счастливой улыбкой.