Сын моего мужа разоряет нашу семью: как заставить его уйти? Сижу на кухне в нашем небольшом московском двухкомнатном, пальцы сжимают холодную чашку чая, слёзы злости наворачиваются на глаза. Вместе с мужем Андреем мы построили семью, и кажется, всё хорошо: уютный дом, машина, стабильный доход. Но счастье рушится из-за его семнадцатилетнего сына от первого брака — Ильи, который теперь живёт с нами. Он частично бывает у своей матери, но всё чаще остаётся у нас, превращая мою жизнь в кошмар. Илья — как заноза в сердце. Он относится ко мне, как к прислуге, разбрасывает вещи, оставляет грязную посуду, а на просьбы помочь отвечает равнодушным пожатием плеч. Хуже всего — он обижает моего четырёхлетнего сына Артёма. Я видела, как он стукнул его по затылку только за то, что ребёнок задел его смартфон. Моя маленькая дочь София спит в нашей спальне — для её кровати просто нет места в тесной квартире. Если бы Илья ушёл к матери, мы смогли бы сделать отдельную комнату для детей. Но Илья не уходит. Его школа буквально через дорогу, и ему удобнее жить с отцом. Он целыми днями сидит за компьютером, громко орёт в гарнитуру, мешая Артёму заснуть. Я вымотана: готовка, уборка, дети… а он не помогает ничем. Его присутствие — как туча над нашим домом, отравляет каждую минуту. Я пыталась поговорить с Андреем, умоляла убедить сына вернуться к матери. Его бывшая жена, Ольга, живёт одна в просторной трёхкомнатной квартире. Мы вчетвером толпимся в маленьком жилище, где каждый угол напоминает о нехватке пространства. Это справедливо? Если бы Илья ладил с моими детьми, но он их мучает. Артём начинает перенимать его повадки — становится дерзким, капризным. Я боюсь, что он вырастет таким же равнодушным и высокомерным. Андрей отказывается что-либо менять: «Это мой сын, я не могу выкинуть его на улицу», — повторяет он, не замечая моей боли. Мы ругаемся из-за Ильи почти каждый вечер. Я как лошадь, тащущая на себе всё хозяйство, а муж закрывает глаза на поведение сына. Устала от его оправданий, от этой слепой любви к подростку, разрушающему наш дом. Однажды я не сдержалась. Илья снова накричал на Артёма за пролитый сок, и я взорвалась: — Хватит! Ты не в отеле! Не нравится — иди к маме! Он лишь усмехнулся: — Это мой дом, я никуда не уйду. Я задрожала от бессильной злости. Андрей, услышав ссору, встал на сторону сына, обвинил меня в отсутствии терпения. Я заперлась в спальне, прижимая плачущую Софию, и сама давилась слезами. Почему я должна терпеть этого наглого подростка, когда его мать живёт в комфорте и вовсе о нём не беспокоится? Я думаю над решением. Может, поговорить прямо с Ильёй? Объяснить, что ему лучше будет у мамы, что до школы можно доехать на маршрутке? Но боюсь, что он меня высмеет, а Андрей опять обвинит в жесткости. Мечтаю, чтобы Илья исчез из нашей жизни, чтобы мои дети росли в мире. Но каждый его презрительный взгляд, каждое резкое движение напоминает — он здесь и никуда не денется. Иногда представляю, как собираю чемоданы и еду с детьми к своей маме, оставив Андрея один на один с сыном. Но я люблю мужа и не хочу разрушать семью. Всё, чего хочу — это спокойный дом. Почему я должна страдать, видеть, как Илья обижает моих малышей, пока его мать наслаждается свободой? Устала от злости, устала бояться за детей. Мне нужно решение, но я не знаю, где его искать. – RiVero

Сын моего мужа разоряет нашу семью: как заставить его уйти? Сижу на кухне в нашем небольшом московском двухкомнатном, пальцы сжимают холодную чашку чая, слёзы злости наворачиваются на глаза. Вместе с мужем Андреем мы построили семью, и кажется, всё хорошо: уютный дом, машина, стабильный доход. Но счастье рушится из-за его семнадцатилетнего сына от первого брака — Ильи, который теперь живёт с нами. Он частично бывает у своей матери, но всё чаще остаётся у нас, превращая мою жизнь в кошмар. Илья — как заноза в сердце. Он относится ко мне, как к прислуге, разбрасывает вещи, оставляет грязную посуду, а на просьбы помочь отвечает равнодушным пожатием плеч. Хуже всего — он обижает моего четырёхлетнего сына Артёма. Я видела, как он стукнул его по затылку только за то, что ребёнок задел его смартфон. Моя маленькая дочь София спит в нашей спальне — для её кровати просто нет места в тесной квартире. Если бы Илья ушёл к матери, мы смогли бы сделать отдельную комнату для детей. Но Илья не уходит. Его школа буквально через дорогу, и ему удобнее жить с отцом. Он целыми днями сидит за компьютером, громко орёт в гарнитуру, мешая Артёму заснуть. Я вымотана: готовка, уборка, дети… а он не помогает ничем. Его присутствие — как туча над нашим домом, отравляет каждую минуту. Я пыталась поговорить с Андреем, умоляла убедить сына вернуться к матери. Его бывшая жена, Ольга, живёт одна в просторной трёхкомнатной квартире. Мы вчетвером толпимся в маленьком жилище, где каждый угол напоминает о нехватке пространства. Это справедливо? Если бы Илья ладил с моими детьми, но он их мучает. Артём начинает перенимать его повадки — становится дерзким, капризным. Я боюсь, что он вырастет таким же равнодушным и высокомерным. Андрей отказывается что-либо менять: «Это мой сын, я не могу выкинуть его на улицу», — повторяет он, не замечая моей боли. Мы ругаемся из-за Ильи почти каждый вечер. Я как лошадь, тащущая на себе всё хозяйство, а муж закрывает глаза на поведение сына. Устала от его оправданий, от этой слепой любви к подростку, разрушающему наш дом. Однажды я не сдержалась. Илья снова накричал на Артёма за пролитый сок, и я взорвалась: — Хватит! Ты не в отеле! Не нравится — иди к маме! Он лишь усмехнулся: — Это мой дом, я никуда не уйду. Я задрожала от бессильной злости. Андрей, услышав ссору, встал на сторону сына, обвинил меня в отсутствии терпения. Я заперлась в спальне, прижимая плачущую Софию, и сама давилась слезами. Почему я должна терпеть этого наглого подростка, когда его мать живёт в комфорте и вовсе о нём не беспокоится? Я думаю над решением. Может, поговорить прямо с Ильёй? Объяснить, что ему лучше будет у мамы, что до школы можно доехать на маршрутке? Но боюсь, что он меня высмеет, а Андрей опять обвинит в жесткости. Мечтаю, чтобы Илья исчез из нашей жизни, чтобы мои дети росли в мире. Но каждый его презрительный взгляд, каждое резкое движение напоминает — он здесь и никуда не денется. Иногда представляю, как собираю чемоданы и еду с детьми к своей маме, оставив Андрея один на один с сыном. Но я люблю мужа и не хочу разрушать семью. Всё, чего хочу — это спокойный дом. Почему я должна страдать, видеть, как Илья обижает моих малышей, пока его мать наслаждается свободой? Устала от злости, устала бояться за детей. Мне нужно решение, но я не знаю, где его искать.

Я сижу на кухне нашего небольшого московского жилья, крепко держу чашку уже остывшего чая, в горле щемит от обиды и злости. Мы с мужем, Сергеем, казалось бы, построили хорошую семью: уютная квартира, машина, стабильная работа. Но всё наше счастье рушится из-за его семнадцатилетнего сына от первого брака, Аркадия, который теперь живёт с нами. Аркадий проводит часть времени у своей матери, но всё чаще остается у нас, превращая мою повседневную жизнь в настоящий кошмар.

Аркадий словно заноза в душе. Он относится ко мне как к прислуге: бросает свои вещи где попало, оставляет грязную посуду в мойке, а на мои просьбы помочь реагирует лишь равнодушным пожатием плеч. Самое страшное он издевается над моим сыном, четырёхлетним Лёшей. Я видела, как Аркадий толкнул его по голове только за то, что ребёнок случайно коснулся его телефона. Моя маленькая дочка, Варя, спит с нами в одной комнате, потому что в нашем двухкомнатном уголке даже кроватку не поставить. Если бы Аркадий ушёл к матери, у нас наконец появилась бы возможность выделить детям свою комнату.

Но Аркадий уходить не собирается. Его школа совсем рядом, ему удобнее жить с отцом. Он сутками сидит за компьютером, орёт в гарнитуру, будя Лёшу. От усталости я уже не чувствую ног: готовка, уборка, дети А он даже чашку за собой не уберёт. Его присутствие стало черным облаком, нависшим над нашим домом, и отравляет каждый день.

Я уже пыталась поговорить с Сергеем, умоляла убедить сына вернуться к матери. Его бывшая жена, Марина, живёт одна в просторной трёхкомнатной квартире. А мы вчетвером толкаемся в тесных стенах, где не хватает места даже для воздуха. Это справедливо? Аркадий даже не пытается наладить отношения с моими детьми, а только грубит им. Лёша начинает всё чаще повторять его поведение становится дерзким, капризным. Я боюсь, что он вырастет таким же холодным, равнодушным, с презрением.

Сергей ничего не хочет менять. «Это мой сын, я не могу его выгнать», снова и снова говорит он, не замечая моего отчаяния. Из-за Аркадия мы ссоримся почти каждый вечер. Я чувствую себя загнанной лошадью, тащу на себе весь дом, а муж закрывает глаза на выходки сына. Я устала от его оправданий, от любви к парню, который вредит нашей семье.

Недавно я не выдержала. Аркадий опять накричал на Лёшу изза случайно пролитого сока, и я сорвалась:
Хватит! Ты не в гостинице! Не нравится иди к матери!

Он лишь усмехнулся:
Здесь мой дом, никуда я не пойду.

Я затрялась от злости. Сергей услышал конфликт и опять стал защищать сына, обвинил меня, что «я не стараюсь». Я ушла в комнату, прижала к себе плачущую Варю и сама разрыдалась. Почему я обязана терпеть этого грубияна, если его мать живёт в достатке и про сына даже не вспоминает?

Я думаю, что можно сделать дальше. Может, поговорить с Аркадием напрямую? Объяснить, что ему будет лучше у матери, что до школы легко добраться на автобусе? Но боюсь, что он опять только посмеётся, а Сергей обвинит меня в жестокости. Я мечтаю, чтобы Аркадий исчез из нашей жизни, чтобы мои дети выросли в спокойствии. Но каждый его взгляд, каждое резкое движение напоминает он тут, чужой, которого невозможно выгнать.

Иногда я представляю, как собираю вещи и уезжаю к маме с детьми, оставив Сергея решать свои проблемы самому. Но я люблю мужа и не хочу рушить семью. Всё, что мне нужно нормальный дом и мир. Почему я должна страдать, видеть, как Аркадий издевается над моими малыми, пока его мать наслаждается покоем? Я устала от злости, устала бояться за детей. Мне нужен выход, а где его искать не знаю.

Оцените статью
Сын моего мужа разоряет нашу семью: как заставить его уйти? Сижу на кухне в нашем небольшом московском двухкомнатном, пальцы сжимают холодную чашку чая, слёзы злости наворачиваются на глаза. Вместе с мужем Андреем мы построили семью, и кажется, всё хорошо: уютный дом, машина, стабильный доход. Но счастье рушится из-за его семнадцатилетнего сына от первого брака — Ильи, который теперь живёт с нами. Он частично бывает у своей матери, но всё чаще остаётся у нас, превращая мою жизнь в кошмар. Илья — как заноза в сердце. Он относится ко мне, как к прислуге, разбрасывает вещи, оставляет грязную посуду, а на просьбы помочь отвечает равнодушным пожатием плеч. Хуже всего — он обижает моего четырёхлетнего сына Артёма. Я видела, как он стукнул его по затылку только за то, что ребёнок задел его смартфон. Моя маленькая дочь София спит в нашей спальне — для её кровати просто нет места в тесной квартире. Если бы Илья ушёл к матери, мы смогли бы сделать отдельную комнату для детей. Но Илья не уходит. Его школа буквально через дорогу, и ему удобнее жить с отцом. Он целыми днями сидит за компьютером, громко орёт в гарнитуру, мешая Артёму заснуть. Я вымотана: готовка, уборка, дети… а он не помогает ничем. Его присутствие — как туча над нашим домом, отравляет каждую минуту. Я пыталась поговорить с Андреем, умоляла убедить сына вернуться к матери. Его бывшая жена, Ольга, живёт одна в просторной трёхкомнатной квартире. Мы вчетвером толпимся в маленьком жилище, где каждый угол напоминает о нехватке пространства. Это справедливо? Если бы Илья ладил с моими детьми, но он их мучает. Артём начинает перенимать его повадки — становится дерзким, капризным. Я боюсь, что он вырастет таким же равнодушным и высокомерным. Андрей отказывается что-либо менять: «Это мой сын, я не могу выкинуть его на улицу», — повторяет он, не замечая моей боли. Мы ругаемся из-за Ильи почти каждый вечер. Я как лошадь, тащущая на себе всё хозяйство, а муж закрывает глаза на поведение сына. Устала от его оправданий, от этой слепой любви к подростку, разрушающему наш дом. Однажды я не сдержалась. Илья снова накричал на Артёма за пролитый сок, и я взорвалась: — Хватит! Ты не в отеле! Не нравится — иди к маме! Он лишь усмехнулся: — Это мой дом, я никуда не уйду. Я задрожала от бессильной злости. Андрей, услышав ссору, встал на сторону сына, обвинил меня в отсутствии терпения. Я заперлась в спальне, прижимая плачущую Софию, и сама давилась слезами. Почему я должна терпеть этого наглого подростка, когда его мать живёт в комфорте и вовсе о нём не беспокоится? Я думаю над решением. Может, поговорить прямо с Ильёй? Объяснить, что ему лучше будет у мамы, что до школы можно доехать на маршрутке? Но боюсь, что он меня высмеет, а Андрей опять обвинит в жесткости. Мечтаю, чтобы Илья исчез из нашей жизни, чтобы мои дети росли в мире. Но каждый его презрительный взгляд, каждое резкое движение напоминает — он здесь и никуда не денется. Иногда представляю, как собираю чемоданы и еду с детьми к своей маме, оставив Андрея один на один с сыном. Но я люблю мужа и не хочу разрушать семью. Всё, чего хочу — это спокойный дом. Почему я должна страдать, видеть, как Илья обижает моих малышей, пока его мать наслаждается свободой? Устала от злости, устала бояться за детей. Мне нужно решение, но я не знаю, где его искать.
Sonya non rispondeva mai. Non era rassegnazione, era strategia. Parlava poco, osservava molto. E aveva un piano.