Мама, это же моя квартира! Я не хочу, чтобы отчим здесь жил!
Сима, да отвези его к психиатру! Он совсем озверел, честное слово! И вообще, почему какой-то подросток решает за взрослых? Забери у него эту квартиру и пусть катится своей дорогой!
***
Сима вытерла пот со лба тыльной стороной ладони. Ей всего тридцать восемь, а ощущение, будто лет сто тянет на себе. Всё не столько из-за детей или бытовухи, даже не про вечную дырку в бюджете Причина, как она понимала, пряталась на верхней полке шкафа где под простынями лежала та самая папка с документами.
Захлопнулась входная дверь.
Я пришёл! раздался по всей квартире громовой голос Игоря.
Ещё недавно этот голос вызывал у неё улыбку, чувство опоры. Сейчас только тревогу.
Игорь зашёл на кухню прямо в ботинках. Мужик мощный, руки всё время потрескавшиеся, взгляд снизу из-под солидных бровей, рабочих.
Чего такая недовольная? спросил он, чмокнув Симку в щёку, будто по привычке, а не из ласки. Младшие твою кровь опять пьют?
Всё нормально, отозвалась Сима, повернувшись к плите. Иди давай, руки мой, сейчас накладывать буду.
Игорь плюхнулся на старенький табурет. Тот аж вздохнул под ним.
А Артём где? спросил он, осматриваясь.
У себя, уроками занимается.
Уроками… Понятно. В телефоне, небось, копает. Ты ему сказала мусор вынести? Или опять мне топать?
Игорь, он вынесет, поест только.
Игорь усмехнулся, постукивая пальцами по столу. Сима узнавала этот ритм предвестник очередной бури.
Слушай, Сим, начал он, когда борщ парил у него под носом, я вот тут подумал по поводу той квартиры.
Сима замерла с половником на весу. Ну вот, опять. Каждый день по кругу, как у разбитого патефона.
Игорь, мы это уже обсуждали, тихо сказала она.
Что обсуждали? Игорь повысил голос, ложка брякнула о тарелку. Ты сказала «нет», и всё? Сим, ну ты головой подумай. Там квартира пустая стоит! С ремонтом! А мы тут друг на друге сидим, последних рублей не досчитываемся. Лизины сапоги вообще только на честном слове держатся!
Квартира не моя, Игорь. Она Артёма.
Ему шестнадцать, ты слышишь?! Шестнадцать! Зачем ему сейчас квартира? Чтобы с девчонками туда бегать? До выпускного, до института, до армии ещё годы! Мы бы могли сдавать. Ты цены вообще видела? Тридцать тысяч каждый месяц, Сим! Тридцать! Тут и на еду, и Лизе сапоги, и мой автокредит заткнуть можно!
Сима села напротив, сцепив пальцы в замок. Разговор этот физически болел ей внутри.
Это подарок бабушки Вали с дедом Серёжей. Родители его настоящего отца купили, внуку на будущее. Не тебе, не Лизе, не долгам твоим. Для Артёма. Чтобы у сына был старт.
Какой еще старт?! Игорь швырнул ложку в тарелку. Он что, барин у нас теперь? У него есть семья! А в семье делиться принято. У нас трое общих детей, Сима! Трое! Им тоже есть что-то надо. А этот себе всё загребает!
В дверях кухни появился долговязый силуэт Артём. За лето вытянулся, стал неловким, угловатым. Обороняется внутри давно.
Я барином себя не считаю, сказал он, глядя из-под лба на Игоря. И не делю ничего.
О, появился! Игорь поморщился. Подслушивал?
Вы так орёте, что на весь подъезд. Дядя Игорь, это моя квартира. Бабушка Валя с дедом Серёжей прямо сказали только моя. Чтоб, как восемнадцать будет, я мог уйти от вас.
Вот как, да? покраснел Игорь. Мы тут тебе жизнь устраиваем, а ты мечтаешь съехать? Всё тебе плохо?
Да, мечтаю! выкрикнул Артём, и голос сломался на визге. Сколько можно слышать это: «мой дом, мои правила»? Вот свой дом у меня будет и свои правила!
Щенок! Игорь вскочил, табуретка опрокинулась. Как ты с отцом разговариваешь?!
Ты мне не отец! выпалил Артём. Мой отец его нет больше. А ты просто мамин муж. И ты меня не любишь.
Артём вылетел из кухни, дверь в его крохотную комнатушку (где делил угол с Пашкой и Сашкой) хлопнула оглушительно.
В кухне повисла тишина, только суп в кастрюле подпрыгивал на плите.
Игорь тяжело дышал, сжав стол так, что побелели костяшки.
Видишь! сипло сказал он. Воспитали! «Не отец» Десять лет ему папу заменяю. А он «ты мне никто».
Игорь, остынь, попыталась Сима обнять мужа, но он резко отдёрнул плечом.
Не трогай Столько лет я ему, а он Всё из-за этой злосчастной квартиры. Избаловали. «Единственный внук» А мои не внуки что ли?
Игорь, чётко сказала Сима, твои родители за десять лет ни копейки внукам не дали. Только открытки в WhatsApp кидают, отдыхают по Турциям, машину ещё одну взяли. Хоть бы Лизе куклу купили… А родители Артёма они же сына потеряли, остался только Артём. Что, им и этого нельзя?
Да иди ты буркнул Игорь, и выскочил на балкон со своим телефоном Сима знала, к кому он пожалуется: своей маме, Тамаре Петровне.
***
Весь вечер прошёл мучительно: Игорь делал вид, что Артёма вообще нет, Артём никуда не выходил, Сима металась между ними, как курица между двумя кострами, кормила младших и пробовала не разреветься.
Суббота. Звонок в дверь на пороге сама свекровь, Тамара Петровна. Всегда с громким голосом, энергичная, с завивкой «химией», мнением по каждому поводу и тортом в пластиковой коробке.
«Привет, молодёжь! бодро выплыла в прихожую. Чай пить давайте, поговорить надо».
Сима устало вздохнула. Визиты свекрови означали только одно будет скандал.
Когда все, кроме Артёма, уселись за стол, Тамара Петровна сразу пошла в лоб.
Игорёк мне всё доложил, отрезая себе здоровый кусок. По квартире, значит?
Мама, давайте не будем попыталась утихомирить Сима.
Как же не будем, когда дома крики стоят? Я добра желаю. Квартиру сдавать глупость, по чуть-чуть вообще нет толку. Её продавать надо!
Сима подскочила, чуть чаем не поперхнулась.
Что?!
Продавать, Сима! Пять-шесть миллионов стоит, говорите? Вот продадите каждому ребенку на счет по-честному. И Артёму, и Лизе, и пацанам. Справедливо. Тогда семья и сплочённая будет, и учиться смогут.
Игорь задумался.
В этом резон. Справедливость всё-таки.
Какая, к чёрту, справедливость?! Сима вскочила, чашка упала набок, чай хлынул по клеёнке, ей было всё равно. Это чужая квартира! Она оформлена на Артёма! Мы не имеем права её продать!
Ой, ну ты что рукой махнула Тамара. Ты мать и опекун, разрешение получить можно! Главное чтобы по-другому жили. А то одному всё, а другим ничего зависть пойдёт. Надо делиться поровну, Артём потом спасибо скажет!
Вы… вы вообще Симка задыхалась от злости. Это вы хотите за счёт моего сына поделить всё между своими внуками? А сами-то что сделали для детей?
Ты, мне в карман не заглядывай, мы пенсионеры, отдыхать должны. У Артёма всё есть. Его и так Игорь кормит! А твой бывший алиментов, царствие ему небесное, не платит. Всё на Игоре. Пусть и этот в семью вносит.
Тут в кухню впорхнул Артём, бледный как мел, с сумкой в руках.
Всё слышал, тихо сказал он.
Игорь и Тамара Петровна замолчали.
Я всё понял! выкрикнул Артём, голос зазвенел. Вы хотите лишить меня квартиры, всё по кускам растащить! Я всем тут лишний, только рот ненужный. Квартира интересует, не я!
Он обернулся к матери.
Мам, я ухожу.
Куда? Тёма, стой!
К бабушке Вале поеду. Она меня ждать будет. Не могу здесь жить больше! А этот указал на Игоря этот не даст мне спокойно существовать! Он вчера про моего отца сказал, что тот был алкашом и дураком. И, мол, я тоже такими стану.
Сима застыла. Повернулась к мужу.
Ты сказал ему это???!
Игорь покраснел, глаза в сторону.
Ну, вырвалось. Хотел по-мужски вразумить, чтоб нос не задирал.
По-мужски?.. Мой первый муж был инженером. Он не пил. Он погиб на заводе, людей спасая, ты же знаешь! Как у тебя язык повернулся?
Да потому что достал он! Барин вот нашёлся! Я тягловая лошадь, мне сорок ничего не накопил. А ему шестнадцать, у него уже своя недвижка! Я, да, завидую! Мне обидно! Почему ему всё, а моим детям кукиш?
Потому что такова жизнь, Игорь! выкрикнула Сима. Кому-то везёт, кому-то нет! Но грабить сироту ради своих детишек это мерзко!
Артём уже был в прихожей, обувался.
Мама, я оставлю ключи от квартиры. Делайте что хотите. Хотите продавайте, хотите сдавайте. Всё равно подавитесь этими деньгами! Только отпустите меня!
Тёма! Сима схватила его за локоть, Нет, это твоё, никто ничего не продаст! Я грудью лягу за тебя!
Ты жена, ты всё равно Игоря выберешь. У вас семья а я так, прицеп, ошибка прошлой жизни.
Нет, не говори так Ты мой сын. Первый и самый любимый!
Отпусти, мам. Мне пора.
Выскользнул и побежал вниз. Сима оползла по стенке, разрыдалась.
Тамара Петровна, поняв, что пахнет жареным:
Ну и псих у тебя, Сима. Лечить надо. Ладно, я пойду. Доедайте торт, вкусный.
Слилась, оставив дом в руинах.
Игорь остался в кухне, уставился на торт, злость сменялась липким чувством вины.
Слышал, как плачет Сима. Вспомнил глаза Артёма. «Подавитесь». Вспомнил его детские рисунки «Папе Игорю» на 23 февраля. Тогда пацан не знал, что Игорь ему не отец.
Я урод, выдавил он вслух.
Что?
Моральный урод, Сим… Игорь сел рядом на пол. Он прав. Я не выдержал, жаба сожрала. Мне сорок у меня только долги и трое детей, у него квартира. Родители у него были классные а у меня? Мать чуть не угробила всё. Да и я сам виноват. Прости.
Он сжал её руку. Она холодная.
Прости, что про отца наговорил. Просто хотел уколоть, злился, сам не понимаю зачем.
Ты чуть не потерял его, Игорь. И меня тоже. Если бы он ушёл и не вернулся, я бы не смогла простить. Никогда.
Я знаю… Я пойду за ним, вон к бабушке Вале. Или догоню, или встречу.
Он разговаривать не будет
Надо попытаться. По-мужски.
Игорь взял со стола ключи от квартиры Артёма.
Вот. Отдам ему. Пусть сам решает. Хоть мух разводит там, хоть пусть стоит пустая. Мы выкрутимся. Я на шабашки пойду, в такси, куда угодно. Не будем на пацана пасть разевать.
В её взгляде вновь появилась надежда.
Верни его, Игорь. Скажи ему, что он наш, что не ошибка.
Верну.
***
Нашёл он Артёма на остановке. Тот сидел с рюкзаком, весь скукоженный, автобус ждал, но автобус не ехал.
Игорь подошёл:
Тём, стой! Я не ругаться.
Артём угрюмо буркнул: Чего, ключи забрать решил?
Да наоборот, забыли отдать это твоё, никто не возьмёт.
Артём посмотрел на отца мамиными глазами.
Я дурак был, Тем. Завидовал Стыдно. И про твоего отца, прости. Он был хороший мужик, герой. А я тебя хотел задеть, сам не понимаю зачем.
Помню, как в детстве ты со мной велик возился, тихо сказал Артём, тогда ты был мой папа.
И сейчас считаю тебя сыном, Тем. Просто сам забыл это за всеми этими проблемами. Прости меня.
Поехали домой? спросил Игорь.
А мама?
Плачет, без тебя, говорит, не жизнь.
А квартира?
Твоя. Хочешь пусть пустует. Но я был бы рад, если бы пока с нами побыл нам без тебя холодно.
Артём взял ключи, крепко сжал.
Ладно Поехали. Только маме скажи, чтобы не ревела.
Вместе скажем Слушай, может, ну его, этот суп? Давай в «Додо» заедем, пиццу возьмём. Секрет от мамы колу, картошку для Пашки и Сашки.
Артём вдруг улыбнулся совсем чуть-чуть, но из самой глубины.
Договорились.
И поехали домой разбираться, мириться, делить по-настоящему важное. А квартирный вопрос пусть отдохнёт хотя бы до завтра.
