Дар свыше
Жена стянула с себя капроновые колготки, повесила их на крючок у входа и поспешила в душ. Этот кусок одежды напоминал отжившую своё кожу старого ящера. Муж, Сергей, зашёл в прихожую, тяжело плюхнулся на табурет и, уставившись в пол, стал ждать, когда из ванной выйдет словно бы новая, сегодняшняя супруга.
К вчерашней своей Ольге у него больше не было сил: она была раздражённой, вечно чем-то недовольной, просила деньги чуть ли не каждый час.
Может, под Новый год на меня вдруг снизойдёт чудо и супруга станет добрее? вздыхал он в полголоса.
На случай, если жена вдруг преобразится, Сергей приготовил ей подарки: целый годовой абонемент в хороший спа-салон и подарочную карту в магазин духов. Себе он ничего и не ждал лучшим подарком было бы, если бы сейчас, пока она там отмокает под душем, вся её ехидность хоть немного смылась прочь.
«А если взять эти колготки да сжечь их на балконе, загадать при этом желание, чтобы жена хоть изредка была мягче, а не пилила от зари до зари…», промелькнуло в голове.
На цыпочках Сергей подкрался к вешалке и уже тянулся к колготкам, как вдруг уловил знакомый тонкий запах своей Ольги.
Он уткнулся в них лицом и остолбенел. Сердце заколотилось, как у школьника на первом свидании. Нет, он бы не смог уничтожить ни малейшей частицы своей женщины даже такой призрачной, как этот запах…
Сергей развернулся к стулу, достал из внутреннего кармана пиджака подарочную упаковку и положил её на полку.
Тут раздался звонок домофона.
Курьер, доставка цветов.
Третий этаж, квартира шестнадцать, отозвался Сергей и открыл дверь подъезда.
Через пару минут он рассчитал курьера, отсчитал приличные чаевые парень, улыбаясь, пожелал ему счастливого Нового года.
Ольга, похоже, что-то услышала из ванной послышалось, как она привычно бурчит:
Ты там уснул, что ли, бездельник? Быстрей давай, глянь, кто пришёл!
«О новой жене только мечтать», печально подумал Сергей.
Поставил букет рядом с подарком, достал бумажник, сорвал жёлтый стикер, нацарапал на нём пин-код банковской карты, прилепил прямо к карте и положил на подарочную коробку.
После чего аккуратно оделся и спокойно вышел из квартиры навсегда.
Прошло три года.
Где-то в отеле под Сочи кто-то из туристов в лобби переключал каналы телевизора и, наткнувшись на Россия 1, завис шёл сюжет о женском монастыре. Спустившийся с верхнего этажа Константин, менеджер отеля, случайно увидел кадры экрана, замер взгляд прикован: среди монахинь он узнал Ольгу, ту самую жену, которую оставил за три года до этого.
Что подвигло вас уйти в монастырь? спросила журналистка.
Когда меня бросил муж, первое время я решила, что это подарок, тихо отвечала Ольга, теперь монахиня Елизавета. Всё так долго к разводу шло мы просто не могли друг друга уже терпеть.
То есть, если говорить мы это оба так думали?
Сейчас я уже и не знаю тогда казалось да, теперь и сама не уверена у Елизаветы дрогнул голос, она всхлипнула.
А дальше что было?
А дальше я с каждым днём остро чувствовала: без него дышать не могу, хоть тогда думала, что ненавижу. Когда совсем стало невыносимо, пошла в монастырь замаливать свои грехи.
Ольга то есть, теперь Елизавета, вам что-либо известно о судьбе мужа?
Мало… Только что уехал из России. Первых трое суток я вообще не верила, считала это глупой шуткой. Через неделю с его работы позвонили спрашивали, не знаю ли причины. Даже зарплату предлагали поднять на тридцать процентов. Потом друзья начали искать деньги он кому-то малые одалживал. Я была уверена, что он где-то прохлаждается и тратит рубли налево и направо. Позже стали даже волонтёры из благотворительного фонда интересоваться, куда он пропал
Поначалу я радовалась свободе, делала всё, что хотелось. Где-то через два месяца вдруг поняла: пусто стало, будто воздуха нет. Точнее, он другой безвкусный, как вода. Еда стала безвкусной. Да, вроде ощущаю сладость, солёность… но будто не я. Потом и одежда потеряла смысл не для кого. И смысл жизни пропал Я вдруг поняла: катастрофически опускаюсь на самое дно. Тогда я и решила пойти в монастырь вымаливать прощение за всё, что причинила другим.
В этот момент к съёмочной группе подошла настоятельница монастыря, матушка Агафья маленькая, строгая, словно вырезанная из северного льда.
Константин, чувствую, что ты сейчас слышишь меня. Елизавета любит тебя всем сердцем. Приезжай за ней. Её место рядом с тобой, в беде и в радости
Прошло две недели.
У монастырской стены стоял мужчина лет сорока пяти в цветных шортах по колено и такой же рубашке наперекосяк. В таком виде его, конечно, сразу не впустили. Полчаса он перелистывал в руках кепку, мялся из стороны в сторону, пока наконец ворота не отворились и две монахини не вывели Елизавету родную, свою, в простом льняном платье и с платком на голове.
Они бросились друг к другу как будто не было этих лет разлуки. Монахини украдкой отвернулись, мужчины в замешательстве потупились.
К ним подошла матушка Агафья.
Ай-ай-ай, пороть бы вас, да видно сами уже наказаны по справедливости Почему не берегли то, что дано свыше? Почему любовь не храните? В горе и в радости, ведь так клялисьЕлизавета посмотрела в глаза Сергею без страха, без упрёка. В них было что-то новое: тишина и покой, и та сияющая мягкость, о которой он когда-то мечтал долгими зимними вечерами.
Ты ведь простил меня? прошептала она, не отпуская его рук.
Я себя простил, что когда-то ушёл, ответил Сергей, а тебя… я всегда любил.
Матушка молча перекрестила обоих, потом добавила почти ласково:
Ну идите уже, ваше время пришло. Главное, не теряйте друг друга больше.
Она медленно пошла прочь, оставив их стоять на солнце как в первый день, когда только учились быть вместе.
И вдруг стало ясно обоим: всё, что потеряли, было не зря, если теперь нашли заново. Уже не подарок а настоящий дар свыше.
Под звон монастырских колоколов, взявшись за руки, они шагнули за ворота, туда, где начиналась их новая, простая и великая жизнь.
