Друзья пришли с пустыми руками к накрытому столу, и я плотно закрыла дверцу холодильника.
Серёж, ты уверен, что трёх кило свиной шеи хватит? шепчу мужу, чувствуя, как нервно тереблю уголок полотенца. Они же в прошлый раз всё смели подчистую, даже корки хлеба соусом вымакивали. А Люба еще контейнер с собой попросила, якобы «собачке», а потом в «ВКонтакте» выложила фото моего мясного как будто своё.
На часах ещё всего полдень, а я уже на ногах не стою. Встала в шесть, побежала на рынок за свежим мясом, потом в «Азбуку Вкуса» за дорогим коньяком и деликатесами. Нарезала салаты, жарила, варила.
Сергей стоит у раковины угрюмый, чистит картошку. Очистки растут горой вместе с его молчаливым раздражением.
Ир, ну ты чего, вздыхает муж, три кило на четверых друзей и нас двоих это по полкило мяса на человека! Они же лопнут. Да ещё у тебя икра, семга красная, тазики салатов… Мы же не свадьбу справляем просто новоселье!
Ты не понимаешь, отмахиваюсь, помешивая соус, который пахнет чесноком на всю кухню. Это наши старые, самые близкие: Света с Вадиком и Лена с Толиком. Мы год их не видели, специально из Митино едут. Будет неудобно, если стол бедный скажут, что после покупки квартиры мы в «московские зазнайки» превратились, жадничаем.
Гостеприимство у меня в крови ещё с бабушки, которая всегда говорила: «Лучше лишним останется, чем кто голодный уйдёт». Я неделю меню составляла, экономила с зарплаты, чтобы тот самый коньяк взять, который Вадик любит, и французское Бордо для Светки. Всё как у людей.
Лучше бы они сами что принесли, ворчит Серёжа. Мы на Толика день рожденья и подарок, и алкоголь свой тащили, и ты торт пекла. А сами, помнишь, заходили к ним просто так? Чай в пакетике и сушек чуть ли не позапрошлогодних на блюдце.
Ой, не надо, Серёж, вздыхаю уже автоматом. Тогда у них ремонт был, ипотека, сложно всё. Сейчас расплатились уже. Вадик повысился, Лена шубой махала в чате может что и принесут, торт или фрукты. Я даже специально не готовила десерт Светке намекнула: мол, со сладким с вас.
К вечеру всё сверкает: в гостиной стол как витрина в центре заливной язык, вокруг хоровод салатников: оливье (с раковыми шейками!), селёдка под шубой с икрой, нарезки: балык, буженина… В духовке доходит шея с картошкой и грибами. В холодильнике «Финляндия», коньяк «Кизлярский», три бутылки вина.
Я натягиваю синее платье, поправляю волосы. Сажусь в кресло ждать звонка в дверь.
Волнуюсь, признаюсь мужу, который застёгивает рубашку. Всё-таки первая встреча у нас дома. Хочется, чтобы всё прошло по-людски.
В ровно пять вечера раздаётся звонок. Друзья пунктуальны, как на работу.
Я бегу открывать. На пороге шумная компания. Света вся в новенькой норке, что стоит почти как наш ремонт, Вадик в кожанке, Лена с ярким макияжем, и Толик, уже навеселе.
Ура, новосёлы! визжит Света, окутывая меня дорогими духами. Давай, показывай свои хоромы!
Гости шумно раздеваются, верхняя одежда летит к Сергею он еле успевает её вешать. Я прихожу в себя, встречаю улыбкой и невольно скольжу взглядом: а руки-то у них у всех пустые. Вообще ничего. Ни пакета, ни коробки, ни шоколадки.
А где… начинаю я, но осекаюсь. Может, в машине забыли? Или в сумке?
Ирка, да ты вся худющая стала! чмокает меня Лена, и, не раздеваясь, шагает дальше. А обои-то какие? Под покраску? Ну, эконом вариант… Лучше бы итальянские взяли.
Нам хорошо в минимализме, сухо говорит Сергей. Заходите, стол накрыт.
Вся компания проносится к столу. У Вадика аж глаза горят.
О, вот это полянка! потирает он руки. Такого дня ждали! Мы и не завтракали знали, что у Ируси сегодня мясо.
Все расселись. Я бегу за жюльеном. Надеюсь, в мыслях: «Может, подарок в конверте?»
Выхожу уже вонзают вилки в оливье, даже тост не дождались.
О, салатик класс! чавкает Толик. Серёга, наливай давай! Не томи!
Муж разливает водку, дамам вино.
Ну, за новоселье! провозглашает Вадик, чтоб всё у вас тут было на уровне, чтоб соседи не доставали, стаканы вверх!
Тост чокнулись, Вадик опрокидывает и тут же наваливается на семгу.
Ир, а чего водка тёплая? Надо было в морозильник кинуть.
Она пять градусов, из холодильника, тихо отвечаю, а внутри растёт раздражение.
Да ну, водка должна обжигать. Ладно, коньяк есть? Я бы шлифанул.
Есть, но сначала поедим? пытаюсь вежливо.
Да всё вместе идёт! Толик уже хохочет.
Пир разгорается. Еда исчезает со столов молниеносно. Гости едят, как будто неделю сидели на каше. И всё это с критикой вприкуску:
Шуба суховата, Свeта берёт очередную порцию. Майонеза пожалела? Или экономия?
Домашний, не такой жирный, оправдываюсь.
Ой, да набери ты в магазине, быстрее и вкуснее! А икра что-то мелкая. Это горбуша? Надо красную брать!
Сергей краснеет, сжимает вилку так, что побелели костяшки.
Ребят, расскажите, как жизнь, старается перевести тему Сергей. Света, ты ж в Сочи этим летом была?
Была! глаза закатывает Светка. Пять звёзд, всё включено, омары Купила сумку Louis Vuitton, сто штук отдала но оно того стоило! Вадик бурчал, да я сказала: «Один раз живём!»
Тьфу, девки транжиры, вздыхает Вадик, тут же себе коньяк наливает. Я себе джип скоро беру. Деньги есть ремонтам до сих пор фиолетово.
В смысле, ремонт не практично? не въезжаю я.
Ну, стены как стены, пожимает плечами Лена. Мы за десять лет ни разу не обновляли, зато каждый год на море, бренды, рестораны. А вы в бетон душу вкладываете
Кстати, вчера были в «Пушкине», вставляет Толик. Там кухня огонь. Счёт на пятнашку, но зато кайф. Не то что дома эту зелёную траву строгать. Ир, а горячее будет? Салаты это так, закусь.
Я начинаю убирать грязные тарелки. В душе только трясёт от обиды: эти же люди сумками и ресторанами хвастают, а в дом пришли с голыми руками. Ни цветка, ни пачки конфет.
На кухню заходит Света:
Ирка, ну ты устроила пир, шепчет, но видно, что на всём экономишь. Вино кисловатое, мы такое только на даче берём. Могла бы ради друзей и подороже купить.
Это французское, две тысячи за бутылку, сквозь зубы говорю, закидывая тарелки в посудомойку.
Да ты что! Кислятина. О, а с собой нам чего-то дашь? Мясо, салаты А то завтра похмеляться самим делать лень. Ты же много готовила, вам всё равно не съесть.
Я смотрю на неё сейчас выдохнусь И медленно ставлю тарелку обратно.
Ты хочешь, чтобы я собрала тебе поесть домой?
Конечно! Мы всегда так делаем экономно! смеётся. А десерт где? Хочется сладкого торт принесли?
Ты же сказала: торт с вас.
Я? Господи, я что, когда-то таскала? У меня диета, я торт не покупаю. Я думала, ты свой «Наполеон» испечёшь или купишь что, вы же теперь с квартирой, богатые.
Я со звоном ставлю тарелку на стол. Потом медленно, со злостью, иду и закрываю дверцу холодильника.
Мяса не будет, говорю громко.
Чё? не понимает Света. Пропало, что ли?
Нет. Просто больше не будет.
Выхожу в зал. Мужчины уже за политику взялись. Сергей смотрит несчастно.
Господа, голос у меня стальной, пир окончен.
Все замолкают. Вадик рюмка в руке.
Ир, ты чего, шутка? Мы горячее не ели!
Передумала, спокойно отвечаю.
В смысле, давай своё мясо, мы голодные!
Всё, останется в духовке. А вы собирайтесь. Или идите в «Пушкин», там по пятнашке ужин.
Ты, что ли, перебрала? вытаращил Толик. Серёг, вразуми жену!
Муж встаёт:
Ира не перебрала. Она устала. Вы пришли с пустыми руками, съели и выпили всё, обругали стол, вином назвали уксусом, квартиру офисом. Ещё мясо требуете?
Да мы пошутили! кричит Света. Мы веселье принесли!
За наш счёт? фыркаю я. Я с утра у плиты стояла, ползарплаты на стол ушло, лишь бы всем было вкусно. А вы… дармоеды. В Дубаи гоняете, а на шоколадку мне скинуться в напряг.
Ах так! вскакивает Вадик. Да подавись своим ужином! Поехали отсюда! Увидишь, ноги моей больше не будет, жлобиха!
Собирайтесь, тихо говорит Сергей, открывая входную не забудьте свои контейнеры. Пустые.
Они выметаются с криками. Света бросает, что я ей больше не подруга. Лена шипит что вечер испорчен. Мужики ругаются.
В квартире тишина. Я стою посреди гостиной, смотрю на разорённый стол: грязные тарелки, пятна вина, комки салфеток.
Сергей обнимает за плечи:
Ну ты как?
Руки трясутся, шепчу я. Может, я и правда слишком? Надо было промолчать… Это же гости…
Ты не жлобиха, Ира. Ты стала себя уважать. Я горжусь тобой. Я бы их через пять минут сам выгнал.
Я вздыхаю, прячусь у него на груди.
А мясо? спрашивает муж со смешком. Оно там реально есть? Я сейчас умру от запаха.
Я впервые за вечер смеюсь свободно.
Конечно, Серёженька. И торт есть, с ягодами.
Усаживаемся в гостиной, среди неубраной посуды. Я достаю мечту мясо в духовке, торт из холодильника, разливаю отличное «кислое» вино.
За нас, Сергей чокаемся. Пусть за этим столом всегда будут те, кто приходит с душой, а не с пустыми руками.
Мы едим мясо, наслаждаемся тишиной и собой. Это самый вкусный ужин в нашей жизни.
Через час пиликает телефон: смс от Светки «Какая же ты злая, Ирка! Мы в Макдаке сидим из-за тебя. Совесть имей попросить прощения!»
Я улыбаюсь и жму «Заблокировать». Потом удаляю и Лену, Вадика, Толика.
В телефоне стало четыре контакта меньше, зато в квартире и на душе больше воздуха. А в холодильнике столько вкусной еды на неделю вперёд. И ни крошки тем, кто не заслужил.
Порой, чтобы уважать себя, достаточно просто закрыть холодильник. Дружба ведь улица с двусторонним движением.