Свекровь выдала гениальное предложение: давайте, мол, переедете ко мне, а свою квартиру сдайте. У нас, прямо скажем, особого выбора не было, вот и согласились. Пока муж был дома, все с меня пылинки сдували пресловутое гостеприимство семьи Ивановых. Только он за порог и превращалась я из жены в Золушку, только без кареты, а с запретом даже на подступы к холодильнику.
Я неоднократно устраивала сцены мужу, рыдала так, что даже чайник жалел меня, пыталась объяснить, что происходит, но он качал головой: «Мама с сестрой? Ну ты даешь, они же святые!». Особенно, когда я рассказывала о липкой субстанции на расческе он натурально подозревал у меня фантазию, разыгравшуюся на голодном пайке. Не знаю, сколько бы я еще так протянула, если бы не случай.
Обычно мы по утрам уходили вместе: он на работу, я детей в садик. Но в тот злополучный день Паша приболел и остался дома. Я выбежала в магазин, возвращаюсь а в коридоре натыкаюсь лоб в лоб с Мишкой, бойфрендом его сестры Верки.
О, слышь, иди быстро за пивом!
Ты, что, с ума сошел? ошалела я.
Я по-русски сказал, давай бегом! Или повторить?
Из кухни высунулась свекровь:
Вот-вот! Хоть что-то полезное пусть сделает, а то как лишняя кастрюля на полке! И, кстати, мусор вынеси!
Тут дверь спальни с грохотом открылась, и появляется Паша. Мгновенно в квартире наступила гробовая тишина. Свекровь испарилась на кухню, а муж решительно подошёл к Мишке, схватил его за ворот и, сопровождая выразительной речью, выкинул в подъезд, пообещав, что ноги его тут больше не будет.
Вера только плечами пожала по-бладски. Свекровь начала было раздувать скандал, но Паша ей слова сказать не дал. Он тут же позвонил нашим квартиросъемщикам и уведомил: ребята, месяц и искать новую крышу! Потом повернулся к маме с сестрой и сказал ледяным голосом:
Если до конца месяца я услышу хоть одно обидное слово в сторону моей жены считайте, что у вас больше нет сына.
Через месяц мы уже мирно психовали в своей уютной киевской двушке, считая гривны и наслаждаясь тишиной. Но этот семейный «вестерн» еще долго снился мне по ночам. Свекровь с тестем, конечно, Пашку вычеркнули из жизни, но его это не то чтобы расстроило. Он даже заявил, что больше не хочет ни видеть, ни слышать своих близких. Что удивительно, жить стало как-то легче и холодильник опять стал мне другом.