Выручила сестру
Вот твоя комната, устраивайся, не стесняйся, сказала Лилия, толкнув дверь и отступив в сторону, впуская сестру.
Ирина стояла на пороге, крепко прижимая к себе старую дорожную сумку. Местечко скромное: узкая кровать у окна, древний письменный стол с пошарпанной столешницей, который Аркадий занес с балкона перед её приездом. Стены оклеены выцветшими обоями в мелкий цветочек, оставшимися от прежних хозяев. Руки так и не дошли их переклеить, и сейчас Лилия радовалась: от этого в комнате стало особенно просто и по-домашнему.
Лиль, я даже не знаю, как тебе отплатить, наконец решилась Ирина, сделала шаг и провела рукой по чистому покрывалу. Мама сказала, ты сразу согласилась. Даже не колебалась
А что тут думать? Сестра же ты мне, Лилия прислонилась к косяку, наблюдая за тем, как Ирина аккуратно ставит сумку на пол будто в ней что-то хрупкое. В двадцать три она выглядела совсем ещё девчонкой: худые руки, русая коса, потерянный взгляд того, кто впервые вырвался за пределы родного поселка и очутился в Москве.
Ипотека у нас, конечно, Лилия махнула рукой в сторону, трёшка эта нам с Аркашей стоила немало. Но места хватит всем. Аркадий не против, я спрашивала. Сам сказал: пусть приезжает.
Я устроюсь работать, буду платить тебе за комнату, Ирина выпалила это на одном дыхании, будто боялась, что сестра обратит всё назад. Я уже резюме написала, завтра пойду по собеседованиям. Я не стану обузой, чес слово, Лиль.
Глупости, разберёмся, отмахнулась Лилия.
Она подошла, обняла Ирину за плечи. Кости прямо под рукой. Хорошо, что мама позвонила. В их деревне работы никакой, никаких перспектив, одна тоска. Лилия сбежала оттуда десять лет назад и помнила до звона в ушах вот этот первый острый страх перемен и жажду нового.
Мама сказала, что ты толковая, Лилия посмотрела сестре прямо в глаза. Просто нужно, чтобы кто-то руку протянул.
Я вас не подведу. Вас обеих, уверенно кивнула Ирина.
…Первая неделя пролетела быстро. Ирина вставала раньше всех, хлопотала на кухне, и стоило Лилии показаться из спальни на столе уже стояли горячие оладьи или овсянка с яблоками. Потом сестра исчезала на целый день собеседования, встречи, новые знакомства. Возвращалась вечером уставшая, но с жадным блеском в глазах, делилась новостями о компаниях, начальниках, необычных вопросах на интервью.
Из неё толк будет, сказал Аркадий уже в кровати, когда они выключили свет.
Он привычно обнял её за талию. В деревне она просто не раскрылась. Тут-то сможет.
Ты правда так думаешь? Лилия чуть повернулась к нему, хотя и не различала лица в темноте.
Конечно. Такая энергия, живость Надо только шанс дать.
Лилия улыбнулась в темноте. Хорошо, что Аркаша так понимает. Не любой муж согласится впустить женину сестру на неизвестно сколько. Но Аркадий всегда был надёжный и спокойный. За это она его и ценит.
…Суббота началась, как всегда, с запаха кофе с кухни. Лилия, не проснувшись, в халате пошла по коридору и открыла дверь.
Оторопела
Ирина стояла у плиты в мизерных шортах и в обтягивающем топе, который чуть держал то, что должен был держать. Она наклонялась к сковороде, выкладывала омлет так низко, что Лилия даже не хотела додумывать. Затем сестра повернулась к столу, где уже сидел Аркадий, и с улыбкой подала ему тарелку, как будто только что вылезла из его постели после страстной ночи.
Вот, Арик, попробуй. С зеленью как любишь.
Улыбка, глазки переступала бедрами, возвращаясь к плите. Лилия кинула взгляд на мужа: тот уткнулся в тарелку, ковырял вилкой омлет, смотрел только на еду. Ни на сестру, ни на её игривость.
Господи, какое счастливье. Как он у меня славный.
Доброе утро, Лилия спокойно подсела к столу напротив Аркадия.
О, Лиль! Ирина повернулась, сияя. Тебе пожарить?
Спасибо, сама справлюсь.
Лилия выдержала паузу и, глядя сестре прямо в глаза, добавила:
Ирка, тебе не холодно? Всё-таки январь.
Мне? наивно вопросила та. Нет, тут тепло, как в июле!
Ага
Аркадий поднял голову, посмотрел на жену. Во взгляде мелькнуло облегчение: наконец-то ты пришла, теперь я не один. Или, может, Лилии просто так хотелось думать. Она потянулась за кофейником, не обращая внимания на Ирину, порхающую по кухне.
Возможно, ей показалось. Может, Ира и правда не сообразила, как это выглядит. Из деревни ведь: там всё иначе, честнее что ли, все как родные
Может быть.
Но следующие две недели превратились в тяжёлую игру, которую Лилия не начинала.
Ирина словно выщупывала границы: то слегка заденет Аркадия, протискиваясь в коридоре, то усядется рядом на диван колени впритык, то начнёт лукаво вникать в его работу, будто слушает о любви, а не о финансовых отчетах.
Ирка, однажды Лилия поймала сестру за локоть, когда та в очередной раз наклонилась над Аркадием, якобы что-то разглядывая на ноутбуке, может, займёшься своими делами? Резюме пошли, может, новые собеседования найдёшь.
Я только спросила у Аркаши про одну программу, она выдернула руку, недовольно сузила глаза. Что такого?
Просто займись чем-нибудь, твёрдо сказала Лилия.
Ирина фыркнула, хлопнула дверью с полки в прихожей посыпались журналы. Лилия обменялась тяжёлым взглядом с мужем. Аркадий лишь пожал плечами: обидно, но его глаза явно приняли облегчение.
Маска сестры трескалась с каждым днём. Куда-то исчезли ранние подъёмы и горячие завтраки, желание помочь по дому, скромная благодарность. Вместо этого грязные кружки на окне, скомканные полотенца в ванной, крошки на столе. В комнате Ирины ураган: вещи валялись везде, а дверь она теперь нарочно держала нараспашку.
Ирка, надо поговорить, Лилия вечером зашла к сестре, осторожно переступая одежду.
А что говорить?
Когда ты последний раз ходила на собеседование?
Не твоё собачье дело!
Ещё как моё: ты в моей квартире живёшь.
Ирина лежала на кровати и даже головы не повернула.
Разберусь. Без тебя.
Мама хотела, чтобы ты поступила по-человечески: нашла работу, устроилась.
А если у меня другой план? Ирина наконец взглянула, и в её глазах полыхала злость. Может, и без работы устроюсь получше тебя.
Лилия чуть не спросила, что она имеет в виду, но решила промолчать. Развернулась и ушла на душе остался мерзкий осадок.
В тот вечер она задержалась на работе допоздна, чтобы разобрать завал. Домой вернулась к девяти, тихонько провернула ключ в прихожей темно, но свет горел в спальне.
Лилия прошла по коридору. Дверь была приоткрыта. И вдруг
Арик, ну посмотри на меня. Я же лучше неё И моложе
Лилия застыла. Сквозь щёлку видно: Ирина прижала Аркадия к стене, опираясь ладонями о его грудь. Муж вдавлен спиной в шкаф, на лице страх, как если бы на него ползла гадюка.
Я тебе всё отдам, Ирина тянулась к его губам. Разведись с ней, женись на мне! Я тебя счастливым сделаю, честно!
Лилия не могла ни дышать, ни двигаться.
Хватит! Аркадий резко оттолкнул Ирину, она едва не упала. Убирайся! Живо!
Арик, ну что ты
Мне с тебя довольно, он почти кричал, и Лилия никогда не слышала от мужа такого тона. Я терпел, думал, поймёшь, что тебе тут не место. Но ты всё хуже становилась!
Лилия толкнула дверь, вошла в комнату. Оба повернулись к ней. На лице Ирины мелькнула паника.
Лиль, это всё не так Он сам
Ты сегодня же едешь обратно в деревню, Лилия поразилась, насколько спокойно прозвучал свой голос.
Что?! Сейчас ночь, куда я?
Электрички ходят круглосуточно.
Лилюша, родная, Ирина бросилась к ней, слёзы брызнули по щекам. Прости, не знаю, что на меня нашло, никогда больше, клянусь!
Лилия отстранила её руки, отошла к мужу.
Собирай вещи, твёрдо сказала она.
Аркадий встал рядом, плечом к плечу. Ирина переводила взгляд то на него, то на Лилию. Слёзы высохли почти мгновенно.
Ещё пожалеете, прошипела она, но спрятала глаза.
…Через час квартира опустела.
Лилия сидела на кухне, держала в руках холодную чашку чая, когда зазвонил телефон.
Лиля, доченька, прозвучал уставший мамин голос. Ирина позвонила. Я всё знаю, всё поняла Прости её, пожалуйста. Никогда бы не подумала, что так получится. Прости.
Лилия долго смотрела на своё отражение в чёрном стекле окна.
Скажи ей, мама У меня больше нет сестры.
Положила трубку на стол. Помощь сестре чуть не стоила всей её семьи. Но всё миновалоАркадий молча налил ей ещё чаю, сел напротив. Они долго сидели, не отрывая взгляда друг от друга без слов, без упрёков. В их маленькой кухне, посреди разбитых иллюзий, оказалось на удивление спокойно. Лилия вдруг почувствовала всё, что дорого, рядом с ней. Остолбеневшая, обожжённая предательством, но живая и целая.
Аркадий накрыл её ладонь своей.
Мы справимся, тихо сказал он.
И в этом простом обещании было всё, что ей нужно: советы мамы, слёзы прошлого, страх перемен уходили на второй план. Остались только они, их дом, теперь защищённый, хоть и потерявший одну иллюзию навсегда.
Впереди были другие трудности, ещё тысячи ночей, когда она будет вспоминать этот вечер. Но теперь Лилия знала: никакая кровь не сильнее любви, и не каждый, кому ты открываешь двери, заслуживает остаться. Сегодня она спасла главное себя и того, кто стал ей настоящей семьёй.
На кухне уже светало за окном плыли первые полоски рассвета, и тишина становилась обещанием нового, честного утра.