Я не смог устоять… Я предал свою жену.
Я и предположить не мог, что когда-нибудь окажусь в такой ситуации. Но жизнь со своей грозящей рутиной, тяжелым молчанием, устоявшимися привычками постепенно разъединила нас.
Жена практически не выходит из дома, вся поглощена ролью матери и хозяйки. Наши разговоры давно свелись к банальностям: коммунальные счета, продукты, школа для детей… Больше не было ни смеха до слёз, ни страстных взглядов, ни сильных эмоций.
И вот тогда появилась она.
В нашем офисе появилась новая коллега. Пусть её зовут Людмила. Молодая, красивая, легкомысленная. Её звонкий смех был словно музыка для всех, а глаза сияли каким-то особенным светом, который я не замечал уже давно. В отличие от моей жены, на Людмиле не висело никаких обязательств, никакой постоянной ответственности. Она жила так, как хочется, с этой завораживающей лёгкостью, к которой меня неудержимо тянуло.
Вначале это было просто общение обычные разговоры, пара шуток. Но с каждым днём я всё больше ловил себя на мысли, что с нетерпением жду каждой минуты, которую могу провести рядом с ней.
Потом я стал врать.
Жене рассказывал о срочных совещаниях, неожиданных авралах, о друге, которому вдруг понадобилась помощь. Жена не задавала вопросов она привыкла к моему отсутствию.
Месяц я ухаживал за Людмилой. Дарил цветы, приглашал в рестораны, в которых не бывал годами. Мы гуляли по вечернему Киеву, под фонарями на Крещатике, и иногда мои пальцы случайно касались её руки.
И вот однажды ночью, когда мы оказались у Днепра, возле Моста влюблённых, она посмотрела на меня с озорной улыбкой и спросила:
Хочешь зайти ко мне?
Я ответил: да.
Эта ночь была сплошной бурей страсти, желаний и забвения.
Но когда утром я тихо открыл дверь своей квартиры, меня настигло тяжёлое чувство вины.
Жена была не спала.
Она сидела в полутёмной гостиной, поджав под себя ноги, и ждала меня.
Мы встретились взглядами и я сразу понял: она всё знает.
Женщины всегда всё чувствуют.
Она ничего не сказала. Ни криков, ни упрёков. Одно только страшное молчание. Потом она поднялась и ушла на кухню.
Я заперся в ванной. Включил душ и стоял под струями так долго, словно хотел смыть с себя вину. Но некоторые пятна не исчезают никогда.
В кухне она варила кофе.
Я устала, тихо сказала жена. Я пойду ложиться.
Позже, когда я зашёл в спальню, она уже спала одетая, уткнувшись в подушку. На тумбочке лежал наш семейный альбом.
Я открыл его.
И увидел её не уставшую и далёкую, какой она стала в последние годы, а ту, в которую когда-то влюбился: с лучезарной улыбкой, сияющую молодостью, счастьем. Рядом с ней мужчина я. Счастливый, гордый, влюблённый.
И меня словно молния пронзила: как я мог это забыть?
Я не спал всю ночь. Лежал с открытыми глазами, не в силах остановить поток сожалений. А потом в голове возникла ещё одна мысль: а что если попробовать вернуть её?
Рано утром, пока она еще спала, я позвонил своей маме и спросил, сможет ли она взять детей к себе на выходные. Она словно только этого и ждала и согласилась.
Затем я приготовил завтрак сам, впервые за долгое время.
Когда я принёс ей поднос в постель, она удивлённо посмотрела на меня:
Ты что, делаешь?
Хочу увидеть твою улыбку.
Она промолчала. Но я заметил огонёк в её глазах.
В этот день я отправил её в спа-салон. Когда она вернулась домой красотка, с сияющим лицом. Вечером мы пошли ужинать в любимый ресторан, тот самый, где когда-то прошёл наш первый вечер вдвоём.
На следующий день я устроил нам поход в театр. Как в старые времена. Как тогда, когда мы не могли расстаться ни на минуту.
Что касается Людмилы… Я больше ей не писал и не звонил.
Я совершил ошибку. Огромную ошибку.
Но в тот вечер, когда я снова услышал, как смеётся моя жена, вдруг понял: возможно, у нас ещё есть шанс начать всё заново.