Представь, был такой случай Собака, которая все эти дни спала у входа в больницу, где умер её хозяин, так и не поняла, почему он больше не возвращается.
Борис каждое утро приходил к городской больнице, ровно в шесть, ни на минуту позже. Его лапы знали каждый выбоины на дороге, каждую ямку на тротуаре, ведущем к стеклянной двери этого белого здания. Он устраивался там же, где и всегда: рядом с зеленой железной скамейкой, откуда видел и главный вход, и двери скорой помощи.
За последние недели Борис сильно похудел. Его когда-то блестящая рыжая шерсть стала тусклой, спутанной. Но глаза оставались внимательными он ждал, выискивал в толпе лиц то, что было для него единственным важным.
Иван Дмитриевич был для Бориса всем. Старый плотник нашёл его щенком мокрым, дрожащим в картонной коробке под дождём. «Ну что, мой маленький богатырь», сказал он, заворачивая щенка в рабочую куртку. «Будешь Борисом». Так Борис и жил с ним восемь лет.
Они гуляли по утрам в парке, делили обед в мастерской, смотрели вечером фильмы. Иван говорил с Борисом, как с человеком: рассказывал о радостях, переживаниях. «Слушай, Борис, сегодня у меня получилась отличная табуретка. Мы команда, разве нет?»
Три недели назад Иван начал сильно кашлять. Утром за завтраком вдруг потерял сознание. Борис лаял отчаянно, пока соседи не вызвали скорую. Он бежал за носилками до самой больницы, но двери для него закрылись.
«Собаке нельзя в больницу», отрезал кто-то из персонала в белом халате. Борис не понимал слов, но понимал жест. Остался ждать.
Первые дни многие пытались забрать его старушка с розовым поводком: «Пойдём, я тебя приучу и накормлю». Молодой парень с бутербродом: «Родной, нельзя тут сидеть». Даже люди из приюта приезжали, но Борис прятался, когда видел машину с клетками.
Он умел ждать. Иван всегда возвращался.
Персонал больницы привык к нему. Врач Ольга Сергеевна всегда оставляла тазик с водой. Саша, охранник, раз в день делился половиной пирожка. «Ты самый преданный пёс», говорил он, почесывая Борису ухо. «Вот бы люди были как ты».
Сегодня всё было иначе, Борис почувствовал это заранее. Знакомый запах смешался с больничными ароматами. Хвост чуть задвигался, уши насторожились. Когда автоматические двери распахнулись, там был Иван.
Но что-то изменилось. Хозяин шел медленно, с тростью, из носа вели прозрачные трубки. Он стал худее, слабее. Но это был он.
Борис не бросился, как раньше. Подошёл осторожно, понимая, что его человек стал хрупким. Он сел перед ним и поднял голову. Иван с трудом наклонился и погладил Бориса дрожащей рукой.
Прости меня, Борис. Долго ты меня ждал.
Борис тихо лизнул его руку. Неважны дни и недели его человек вернулся.
Врач Ольга Сергеевна подошла, улыбаясь:
Иван Дмитриевич, эта собака никуда не уходила три недели ни дождь, ни мороз её не прогнали. Мы кормили, но он все время ждал.
Иван посмотрел на Бориса, глаза начали блестеть:
Он не умеет сдаваться, доктор. Просто не умеет.
Шли домой медленно Борис осторожно держал поводок, не тянул, а люди смотрели вслед с доброй улыбкой. Пёс, которого ждали, и хозяин, который вернулся.
В ту ночь Борис свернулся калачиком у кровати Ивана теперь она была медицинским матрасом прямо в зале. Его человек уже не был прежним, и, возможно, больше не станет. Но главное они вместе.
Иван гладил Бориса по спине:
Спасибо, что напомнил настоящая любовь не знает невозможного, Борис. Ждать не впустую, если ждёшь того, кто дорог.
Борис закрыл глаза, впервые за недели почувствовал спокойствие: он там, где должен быть. Ведь настоящая любовь не считает минуты, она считает уверенность. А Борис всегда был уверен, что Иван вернётся.
Потому что семья всегда возвращается.