Как это уезжаешь? А кто мне поможет? Кто на даче дрова будет рубить? хлопает глазами тётя Лидия Петровна.
Алексей стоит у окна своей новой, почти пустой квартиры в Нижнем Новгороде и внимательно всматривается в улицу чужого города.
За стеклом сизо кружится свежий снег, танцует в свете фонаря, укрывает белым покрывалом крыши машин и лысые ветви тополей.
Стоит необычная тишина. Ни голосов через стену, ни тяжёлых шагов по коридору, ни вечной глухой тревоги, как в доме его тёти.
Он делает глоток остывшего крепкого чая. Переезд занял всего три дня: один чтобы принять окончательное решение, второй на сборы и третий дорога.
Вещей у Алексея немного: ноутбук, пара книг, одежда, старые чёрно-белые фотографии родителей.
Теперь всё это мирно покоится в двух сумках и прямоугольной коробке на полу комнаты со свежими обоями.
Телефон валяется на полу, экраном вниз. Он сменил номер, но старую симку оставил в глубине рюкзака мало ли для чего пригодится, хотя сам не знает для чего.
Порвать связь с тётей Лидией единственным родным человеком оказалось и самым тяжёлым, и самым нужным поступком.
Не детская обида и не сиюминутный порыв заставили сделать это, а простое самоспасение.
В мыслях Алексей возвращается в зал тёти тесный, нагруженный массивными шкафами и россыпью хрустальных статуэток, которые хуже всего было протирать.
Голос Лидии Петровны всплывает в памяти: Лёша, опять ты в своём телефоне! Делом бы занялся. Мусор вынести забыл, я ведь говорила тебе утром! Посмотри на себя ходишь, как бродяга, в этой толстовке. Тебе двадцать семь, а ты как ребёнок несамостоятельный!
Пытался объяснить, спорить, просил дать покой всё зря.
Любое его слово воспринималось как дерзость и попытка посягнуть на её власть. Она добросовестно давила его самооценку, день за днём.
После очередного тяжёлого разговора опять упрёки за всё: не поступил в университет, о котором она мечтала, отношения не сложились, копирайтерская работа Алексей закрылся в комнате.
Сердце стучит бешено, в висках грохочет, в голове нарастает оглушающий шум.
Сел прямо на пол, зажал голову ещё чуть-чуть, и сломается.
Тогда, сидя на холодном паркете, Алексей ясно понял: уехать иначе он правда не выдержит.
В памяти всплывает последний разговор с тётей скорее монолог, который он выслушал молча.
Он положил на стол конверт пара десятков тысяч рублей за прошлые месяцы и наперёд, чтобы не было претензий.
Это что? насторожённо спрашивает Лидия Петровна, не беря в руки деньги.
Я уезжаю, тётя. В другой город. Нашёл работу.
В её глазах сверкает смесь удивления и злости.
Уезжаешь?! Как это… Кто мне помогать будет? Кто на даче с дровами разберётся? Ты хоть думаешь, что делаешь?
Я всё обдумал, говорит спокойно, но твёрдо Алексей. Мне нужна перемена.
Перемена, передразнивает она. Это от блогеров нахватался? Никогда самостоятельным не был, без меня пропадёшь! Кто тебя кормил и поил, когда родителей у тебя не стало? Крышу над головой кто дал? А ты… неблагодарный!
Он молча слушает тираду Лидии Петровны, уставившись в пол.
Ты меня слышишь, Лёша? Я с тобой разговариваю или со стенкой? повышает голос она.
Слышу, спокойно смотрит ей в глаза. Но решил: завтра уезжаю.
Тётя вздрогнула, будто её толкнули. На лице искажение боли и гнева.
Ну и катись давай, к своей новой жизни. Посмотрим, как ты без меня загнёшься, кричит она. Деньги все на билеты спустил? Думаешь, один справишься? Слабак ты, Лёша! Вернёшься на коленях приползёшь, я знаю!
Он не отвечает, просто проходит в свою комнату. Позади доносятся сдержанные всхлипы.
Но теперь в Алексея не вселяется ни жалость, ни вина. Лишь ледяная уверенность: поступает правильно.
Утром Алексей быстро собрался и вышел из дома на рассвете, пока тётя спит.
Такси поджидало у подъезда. Он бросил в багажник вещи, сел на заднее сиденье. Больше Лидию Петровну не видел.
Вспоминая прошлое, Алексей тяжело вздыхает. Мысли обрывает стук в дверь.
Сердце резко ёкает. Здесь никто не знает его.
Он крадётся к двери, смотрит в глазок.
На площадке стоит пожилая женщина в цветастом халате, с доброй, морщинистой улыбкой.
Кто там? спрашивает он, дверь не открывая.
Соседка, Мария Ивановна с первого этажа, раздаётся голос. Извините, что беспокою, вам почтальон квитанцию принёс, а вас не было.
Осторожно приоткрыв дверь на цепочке, Алексей принимает бумагу.
Спасибо, вежливо кивает он.
Вы новенький у нас? с любопытством спрашивает Мария Ивановна. Давно переехали?
Второй день, коротко отвечает Алексей.
Ясно. Ну, обживайтесь. Народ у нас хороший, дом спокойный. Если что я в пятой квартире. Кран потечёт или соседи шуметь будут обращайтесь, все телефоны дам: и сантехника, и участкового. Кстати, дайте номер свой на всякий случай, доверяйте соседям, улыбается старушка.
Алексей немного помедлил знакомиться не собирался. Но всё же продиктовал номер.
Вскоре Мария Ивановна начинает писать сообщения: сначала открытки, пожелания доброго утра и спокойной ночи, затем приглашения чаю попить, просьбы что-то помочь.
Он старается вежливо отказываться, но соседка все настойчивее требует внимания. В конце концов ему приходится заблокировать её номер.
Женщина обиделась и начала устраивать мелкие пакости жаловаться другим соседям, писать записки под дверь.
С горечью Алексей осознаёт: убегать от чужой навязчивости иногда так же нужно, как и от родственников.
Протянув здесь с трудом месяц, Алексей снова меняет квартиру. На этот раз, учёный горьким опытом, он решает ни с кем из новых соседей больше не знакомиться.