Он ушёл с концами, но меня спасла… моя свекровь.
Муж ушёл, прихватив всё до копейки. А выручил меня кто бы вы думали моя свекровь.
Когда я осталась одна, прижав к груди шестимесячную дочку и глядя на пустой кошелёк, мне казалось, что жизнь закончилась. Муж не просто сбежал, а красиво растворился, утащив все сбережения и начав новую жизнь где-то в другой квартире. Нас он бросил на съёмной хрущёвке ни поддержки, ни объяснений. Честно, я даже не знала, с чего начать.
Думала, что никто мне не поможет. Моя собственная мать сказала: «Не до тебя сейчас». У неё в квартире и так жили старшая сестра с детьми, её слово закон. Я лишняя. Брошена. Сама по себе.
И вдруг стук в дверь. Я глазам своим не поверила, когда на пороге появилась… Людмила Ивановна, моя свекровь. Женщина, отношения с которой всегда были не сахар, а скорее уксус. Я уже приготовилась к упрёкам и ядовитым замечаниям, но вместо этого она спокойно заявила:
Хватит собираться. Быстро собирай вещички. Ты с дочкой поедешь ко мне.
Я аж опешила.
Людмила Ивановна, спасибо, конечно, но, наверное, не стоит…
Тише будь! Ты не чужая, ты мать моей внучки. Поехали.
Она взяла малышку на руки, посмотрела ей в глазёнки и с такой нежностью сказала:
Ну, солнце моё, пойдём. Бабушка тебе сказку расскажет, погуляем, косички заплетём… А мама пока пусть вещи собирает.
Я просто стояла в ступоре. Та самая свекровь, которая раньше считала, что я «залетела, чтобы сына ей увезти», теперь гладила щёчку моей дочки и разговаривала, как со своей. Как зомби, сложила наше нехитрое добро. Не верила, что это происходит.
Людмила Ивановна отдала нам с дочкой самую большую комнату в своей квартире, а сама перебралась в маленькую. Я пыталась возразить, а она меня оборвала:
Ты мать. Ребёнку место нужно, скоро ползать начнёт. Я и на кухне пожить могу, не обломаюсь.
На ужин овощи на пару, мясо отварное.
Ты ведь кормишь грудью, объяснила она. Могу и котлет нажарить, но это полезнее тебе и малышке.
В холодильнике я обнаружила баночки с детским питанием.
Вводить прикорм пора. Не понравится купим другой. Не бойся мне сказать, если что вдруг.
Я не выдержала и разрыдалась. В жизни никто так тепло со мной не обращался. Я уткнулась ей в плечо, тихо всхлипывая:
Спасибо… Я без вас бы просто пропала.
Она обняла меня крепко:
Шшш, доча. Мужики все такие куда ветер подует, туда и понесёт. Я своего сына одна поднимала, отец его ушёл, когда восемь месяцев было. Не позволю, чтобы внучка в нищете росла. Всё будет хорошо. Ты сильная, справимся.
Так мы и зажили втроём. Год пролетел, как во сне. В день рождения дочери мы тушили свечку втроём: я, дочка и та, кого я когда-то считала «главным врагом». Чай пили, хохотали, и я впервые почувствовала себя не одинокой мамашей, а частью настоящей семьи.
Вдруг снова стук в дверь.
Мама, услышала я голос своего бывшего, я тут хотел тебя познакомить… Это Вероника. Мы бы у тебя перекантовались пару месяцев? Работы пока нет, снимать жильё не могу…
Я побелела. Внутри похолодело. Испугалась вдруг она впустит? Ну всё-таки сын же…
Людмила Ивановна даже бровью не повела.
Пшел вон. И её забери с собой. Ты бросил жену с ребёнком без копейки, а теперь сюда? Теперь ты мне никто. А ты, девушка, держись с ним настороже не задерживается он нигде. Как ветер.
Я стояла столбом, не веря, что слышу. Эта женщина стала не просто как вторая мама, а настоящей матерью, той, кто протянул руку, когда все отвернулись.
Мы прожили вместе шесть лет. Людмила Ивановна была рядом, когда я влюбилась заново и вышла замуж. На свадьбе она с гордостью вела меня под руки к алтарю и заняла почётное место матери. Через месяц оказалось жду сына. Она плакала от счастья.
И вот тут я поняла: иногда жизнь что-то забирает, чтобы потом дать больше. И настоящая семья это не всегда кровные родные, а те, кто остался с тобой, когда было труднее всего.