Куда ты собираешься? И кто теперь будет готовить? с тревогой спросил меня Пётр, когда увидел, что я делаю, после очередной ссоры с моей свекровью…
Я глядел в окно весна только началась, но за окном всё равно промозгло и серо. Мой небольшой городок в Вологодской области редко радует солнечными днями. Может, поэтому люди тут кажутся мрачными и нелюдимыми.
Я заметил, что стал ещё реже улыбаться, а глубокая складка на лбу, постоянно вздрогнутая, будто прибавила мне пару лет.
Мам, я гулять! крикнула из прихожей дочь Марьяна.
Иди, махнул я ей рукой.
Эй, а денег дай!
У нас теперь всё даже прогулка по расписанию и стоимости? вздохнул я.
Мам, ну что за вопросы?! раздражённо бросила Марьяна. Меня уже ждут! Быстрее давай! И почему так мало?
На мороженое хватит.
Вот жмот ты, проворчала Марьяна и, не дождавшись ответа, хлопнула дверью.
Я покачал головой, вспоминая, какой нежной девочкой была Марьяна до того, как стала подростком.
Ирина! Я голоден! Ты долго ещё? с недовольством крикнул из комнаты Пётр.
Ешь, спокойно поставил я ему тарелку на стол.
Принеси сюда, ну же!
Я чуть не выронил кастрюлю. Как он вообще смеет…
Едят на кухне, Пётр. Хочешь ешь, не хочешь твоё дело, сказал я, усевшись за стол, в одиночестве.
Через минут пятнадцать Пётр появился на кухне.
Остыло уже… Фу.
Сам виноват, торопиться надо было.
Я же просил! Ни заботы, ни тепла! Ты знаешь, что там сейчас матч! жуя курицу, выдал Пётр. И вообще, невкусно.
Я только закатил глаза. С этим футболом муж превращался в другого человека: ставки, билеты, всякая атрибутика… хотя раньше и спортом-то особо не интересовался.
Пётр не стал садиться, схватил банку пива для веселья, картошку на нервы и обратно к телевизору. А мне осталась грязная посуда.
Готовить пустое дело. Никто не ценит.
Я был измучен работой: заведующий отделением в районной больнице. Пациенты приходят с проблемами и жалобами. Вот так проходят дни стресс на работе, а дома ни тепла, ни комфорта, только дополнительные хлопоты. Стирай, убирай, гладь…
Ещё есть? копаясь в холодильнике, спрашивал муж. Почему больше нет?
Ты всё выпил! Я тебе ещё покупать должна? Совесть-то имей, Пётр! не сдержался я.
Чувствительная какая… буркнул он, хлопнув дверцей холодильника, и ушел закупать «запасы» к следующему матчу.
Решил я сойти спать, ведь завтра немало дел. Но долго не мог уснуть, переживал за Марьяну где она, с кем гуляет? Поздно, а её всё нет. Звонил только злилась.
Ты меня перед друзьями позоришь! Не звони мне больше! кричала в трубку Марьяна. Пришлось перестать, успокаивал себя тем, что дочке только исполнилось 18. Не хочет ни работать, ни учиться. После школы решила взять паузу, понять себя.
На короткое время уснул, но проснулся от радостных воплей мужа видимо, кто-то забил гол. Потом они с соседом начали обсуждать матч; потом сосед привёл девушку, и они втроём орали. К утру пришла Марьяна гремела посудой, топала ногами, и сразу в комнату спать. Когда стало тихо и я смог заснуть, кот Муся начал громко мяукать, просить еду.
Тут кто-нибудь, кроме меня, кота вообще кормит?! в бешенстве и с головной болью я вышел из спальни. Хотелось, чтобы меня хоть кто-то услышал, но Марьяна в наушниках только мотнула рукой, а Пётр храпит перед телевизором с банкой у груди.
«Устала… как же я устал от всего этого!» подумал я.
На следующий день мне позвонила свекровь.
Ирина, дорогая, не забудь, пора сажать огород! Надо бы в деревню съездить, убраться…
Помню, вздохнул я.
Значит завтра поедем.
В единственный выходной я весь день работал на грядках под руководством свекрови.
Не мети так! Метлу надо держать по-другому! вышколила, сидя на лавке.
Мне почти пятьдесят, Мария Ивановна, я знаю, как надо… осмелился я возразить.
А Пётр
Где ваш Пётр? Почему это я вас тащу? Почему мы три часа ехали в автобусе? А всё только про Петра и Петра…
Он устаёт.
А я? Думаете, мне не тяжело?
Я пожалел, что не сдержался. Мария Ивановна была бойкой, за справедливость стояла горой, да только ко мне её справедливость не относилась. Всю жизнь сына боготворила, а я для неё просто терпимая прислуга.
Обратно ехали на автобусе по разные стороны прохода. А на следующий день она пожаловалась сыну на меня.
Как ты мог так с мамой моей разговаривать?! возмущался Пётр. Если бы не она…
Что? скрестив руки, спросил я. Я понял, что больше не хочу терпеть это хамское отношение.
Ты бы работала в обычной поликлинике! напомнил, что свекровь помогла мне устроиться в районную больницу. Зарплата выше, но нервы и седина плата за это. Было много раз, когда я жалел, что поменял спокойную амбулаторию на суматошный стационар. И что ты делаешь? не мог поверить Пётр, увидев мои действия.
А то, что я сделал, Пётр бы никогда не догадался.
Сегодня я понял главное если не ценят твой труд, если тобой пренебрегают дома и на работе, то нужно научиться говорить «нет». И уважать себя. Иначе тебя все используют.