Настоящий рыцарь
Танечка быстро шлёпала пальцами по клавиатуре старой печатной машинки. Она училась этому на курсах, куда её отправила мама учиться скорости и грамотности. Мария Егоровна, преподавательница, всегда отмечала успехи девочки, утверждая, что Таня настоящий подарок для будущего начальника. И Таня гордилась собой. Не шутка столько слов в минуту, да ещё ни одной ошибки! По русскому языку у неё тоже были твёрдые четвёрки. Не пятёрки, ладно, но Танюша слыла среди подруг самой грамотной.
Так и говорил её дед Савелий высокий, чуть небритый мужчина с пушистой седой бородой и глазами-небесами. Приезжая в Москву навестить внучку, он всегда привозил мешок крупных яблок, кабачки тоже, но Таня их не любила и угощала ими пса Алтая. Алтай ел всё подряд когда-то это был обычный двортерьер, которого Таня подобрала на улице: облезлого, промокшего, и упросила родителей оставить. “Пусть живёт, он ведь хороший,” шептала Таня, прижимая собаку к себе. Родители не стали спорить.
Всю жизнь рядом с Таней крутились замечательные люди. Например, её логопед была Алиса Валентиновна. Помимо своей работы, Алиса Валентиновна любила говорить с Таней о мужчинах. Нет-нет, ничего такого! Она рассказывала о рыцарях и их подвигах, о том, что настоящий мужчина обязательно подаст руку даме, обязательно укроет от бед и не преминёт сделать комплимент.
Под бедами Алиса Валентиновна подразумевала не пятна на брюках или тяжёлые сумки, а что-то сродни спасению мира. Настоящий рыцарь, говорила она, не домработник, а герой, как в романах: может веселиться с друзьями, а жена ждёт его, довольная, с красивым ужином и сияющими свечами за столом, а все разговоры только о возвышенном.
Мой муж, Таня, именно такой! хвасталась Алиса Валентиновна. Знаток одежды, любитель вкусно поесть, в волейбол играет, плавать мастер, красавец! Все завидуют, а я берегу его от будничных хлопот: мусор вынесу, прибираюсь, на даче дрова колю. И машину сама вожу, чтобы ему не утруждаться как английская королева! Значит, я леди. И его обожаю.
Таня, обнимая Алтая, слушала истории о настоящих мужчинах, затаив дыхание. Алтай иногда поднимал голову и лаял, если слушательница слишком разгорался.
Педагог встряхивалась, словно просыпаясь, и вспоминала, зачем вообще пришла к Курбатовым.
А Танин папа, думала ли она тогда, разве не рыцарь? Конечно! Он водил маму в театр, пел оперные арии в ванной, всегда улыбался, был чуть легкомысленный.
Таня не видела, как отец вечером в машине сжимал виски до боли, чтобы облегчить головную боль после тяжёлого дня. Для “девочек” дома он всегда был весёлым. Мама Катерина знала, по покрасневшим глазам, что мужу трудно, но не спрашивала: он сам рассказывал поздно ночью, когда Таня уже спала. А папа пил тогда своё успокоительное, чтобы хоть как-то прийти в себя…
Так Танечка росла среди красивых людей, игрушек, изысканной посуды да красивых платьев. Она мечтала обязательно встретить мужчину мечты: стать студенткой, возможно, даже поступить в ГИТИС вдруг выйдет замуж за артиста или певца! Все ведь они настоящие рыцари талантливые, красивые, умеют красиво говорить и одеваться…
Но ГИТИС Таню не принял: Нет способностей, сказали. Сердце разрывалось! Ведь дед всегда аплодировал её театральным сценкам, мама твердили актриса, а папа не возражал. О чём Таня никогда не узнает: это именно отец старался, чтобы её не приняли. Лицедейство удел страдальцев, говорил он Катерине, а наша Таня избалована, не сможет так страдать, чтобы поверили.
Но сели мама с дочкой у окна, поразмыслили ну и что! Таня поступила в педагогический. Дети ей нравились всегда возилась с малыми, учила кататься на коньках, лепить снеговиков. Зимой весёлые, радостные дети набивались к ней в дом и Таня потчевала маминой выпечкой.
Пока оформляли документы и сдавали экзамены, в институте место оставалось только на вечернем. Чтобы занять себя днём, Таня пошла работать секретарём к старому знакомому отца к Никите Петровичу.
Дядя Никита бывал в доме часто, Катерину уважал, Таню носил на руках, когда той было лет пять. Он был почти как родной и душевно относился к девушке.
Таня не подводила. Быстро печатала доклады, не лезла с глупыми вопросами, не делала ошибок, на работу не опаздывала.
Ну что, Танечка… Посмотрите, говорил он, вынув из машинки лист. Где карандаш? Вот, делал пометки. Иногда хмурился, и Таня беспокоилась, не рассердился ли он. Но вот хмурость исчезала, появлялась добрая улыбка.
Вот, так пусть и будет. Исправьте, что начеркал, и пойдём пить чай? поднимался с места, наливал себе сам не любил услужливости, считал, будто ему только потому помогают, что он начальник.
По привычке Таня вначале спешила организовать чай: стакан в подстаканнике с гравировкой, фарфоровый чайник. Попалась на строгий выговор за излишнюю предупредительность как крепостная, сказал начальник. Урочная Таниной голове навсегда.
Так и проходила жизнь: учёба, работа, вечером прогулки по Старому Арбату, летом поездки с мамой в Ялту (всегда снимали у улыбчивой бабушки Полины комнату), абрикосы, прогулки у моря…
Но всё изменилось однажды на банкете в честь дня рождения дяди Никиты Таня познакомилась с племянником начальника, Илюшей.
Илья был высокий, худощавый, с широкими плечами не скажешь, что хрупкий человек. Но главное он был точь-в-точь как в рассказах Алисы Валентиновны: обаятельный рыцарь.
Таня не отрывала взгляда, то поправляя локон, то всего лишь мечтая, чтобы Илюша посмотрел на неё. Тот же сыпал комплименты дамам, наливал шампанское, шутил, говорил тосты. Дамы умилялись, дядя Никита будто изредка ворчал: эка разбушевался! Но Таня видела он горд племянником, ведь не каждому начальнику достанется такой воспитанный молодец.
Среди респектабельных дам и мужчин с «деловыми» разговорами Таня чувствовала себя не в своей тарелке. И вдруг, за спиной слышит:
Можно пригласить вас танцевать?
Она смутилась и вдруг увидела одобрительный взгляд начальника.
Она умела танцевать, мама учила с детства. Илья же танцевал неловко, наступал на ноги, извинялся, терял шаг.
Такие танцы не моё, оправдался он. Было бы что-то моднее. А вы, Таня, были во Львове?
Он кружил её, Таня вдруг расцвела улыбкой. Нет, не была, только в Сочи и Одессе.
Илья улыбался, обещал принести ей морс.
Она ждала, смотрела, как он общается с дамами и вдруг поняла: так выглядят рыцари её мечты. И почему-то Таня не могла перестать улыбаться и чувствовала, будто они до сих пор танцуют…
Вечером Илья вызвал для них такси.
Сначала молчали. Потом он стал расспрашивать, где Таня учится.
В педагогическом на вечернем, призналась Таня.
А я в строительном. Неинтересно, скучная наука, сказал он.
Потом они рассуждали о книгах Илья любил поэзию, Есенина особенно, Таня классику в стиле Толстого и Тургенева, хоть и не всё в ней понимала. Оказалось, оба любят кататься на лыжах и коньках, оба собаки и яблоки из бабушкиного сада…
Молодые, красивые, чуть наивные и уверенные, что будут счастливы совсем по-другому, чем их родители…
Таксист украдкой улыбался, слушая их. Хорошо быть молодым и думать впереди только радость!
Таня бы что-то сказала ещё, но такси уже было у её дома. Илья проводил её до подъезда, поцеловал руку.
Спасибо, выдохнула Таня.
Не за что! Доброй ночи, Танюша! улыбнулся Илья.
Таня зажмурилась: вдруг, как в рассказах Алисы Валентиновны, сейчас будет поцелуй… Открыла глаза его не было, но на ступеньке лежала роза. С банкета, наверное…
Ну и пусть, подумала Таня, поднимая цветок, зато для меня!
Мама встретила на пороге, спросила, голодна ли дочь. Та молча прошла в комнату, неся почти увядшую розу как драгоценность.
Подругам Таня рассказала немало.
Он настоящий рыцарь, девочки! призналась она с восторгом. Я таким всегда мужа себе представляла…
А вы целовались? интересовалась Ксюша в жёлтом платьице, влюблённая в сказки. Таня покачала головой и залилась краской. Нет, не целовались. Танцевали, пили морс, он проводил её домой и поцеловал руку.
Ксюша мечтательно вздохнула: ах, как романтично!
Но Даша, строгая и спортивная однокурсница Тани, заявила:
Показуха всё это! Думаешь, только тебя так провожает? Да он таких ведёт одну за другой! Все богатые сынки так делают. Они красиво говорят, а как беда исчезают. Зачем тебе эти выдумки, Таня? Лучше в спортзале с нами никакой романтики не останется!
И ударила кулаком по подоконнику Таня вздрогнула. Было почти до слёз обидно.
Ксюша шепнула: Не слушай её. Она просто завидует. К Даше никто так не относится!
Я, между прочим, не ромашка, чтобы мне руку целовали! фыркнула Даша и потащила всех на лекцию.
Весь вечер Таня грезила о том, как Илья берёт её за руку и говорит: “Ты единственная.” Сердце так и колотилось, и лицо полыхало.
Курбатова, что с вами? спросил профессор. Выйдите проветриться.
Таня замотала головой. Взялась судорожно делать конспект…
…Илья долго не появлялся, Таня уже чуть успокоилась, но каждый вечер ждала его на улице. Может сейчас он стоит с мороженым у магазина Нет, не он…
Однажды, на работе, Таня снова печатала доклад для Никиты Петровича. Секретарша Анфиса Андреевна по телефону говорила:
Илья? Да ну, это не жених! Забавно, конечно… Видела его с нашей Курбатовой в ресторане, танцевали… зашептала.
Что случилось? Таня не выдержала.
Что? А! Да ничего. Илья вроде жениться собирается, маме весь мозг вынес. Работай, Таня, доклад нужен через час.
У Тани подкосились ноги. Мир рухнул! Светлана ведь предупреждала Всё придумала себе, доверилась сказке.
…Никита Петрович на трибуне, жарко, душно. Встал, отпил воды, взял доклад Танечки всё, как любит, крупно написано, промежутки. Начал читать: о планах, успехах А вдруг проскользнуло странное: “И я вас, Илья, люблю…” Он резко замолчал, зашарил по листам, растерялся.
Так что, Никита Петрович, как там любовь Курбатовой к Илье? кто-то хихикнул с задних рядов.
Никита Петрович покраснел, бросил листы, пробурчал “Чертовщина!”, выскочил из зала.
А Таня в приёмной сидела, давясь слезами. Никто не утешал: Анфиса ушла раньше времени, жужжала у окна оса. Таня не видела. Плакала когда платочек промок, вытиралась рукавом, как в детстве…
Влетел Никита Петрович, крикнул:
Какие к черту рыцари?! Что ты мне напечатала?! Академики смеяться будут! Ты мне про любовь в докладе вписала!!!
Повисла тяжёлая пауза. Потом Таня встала, схватила сумку и убежала, не разбирая дороги, никуда под дождь, прямо по лужам…
В метро Таня уже с трудом сдерживала слёзы. Господи, какой стыд! Завтра будут смеяться все Что скажет Илья?..
Дома Таня не могла объясниться, съела гору конфет, мама предлагала пойти купить хлеба для обеда проветриться.
В пекарне Таня забыла, какой хлеб берут дома важно ли это, когда у неё такое горе? Взяла белый и еле удержала слёзы…
На улице врезалась в кого-то высокого, крепкого. Подняла глаза Илья. Тут же вспыхнули уши.
Извини, мне пора, забормотала и хотела уйти, но он мягко остановил её двумя руками.
Таня, я всё читал Ваш доклад Да вы писатель! улыбнулся.
Насмехается?! Хотелось убежать!
Только тут Таня увидела: Илья в рабочей робе, на сапогах следы цемента.
Почему вы так одеты? спросила она.
Практика у нас, на стройке. Вот и грязный зато не скучаем! А рыцари сегодня должны быть с молотком, знаешь? подмигнул он. Пойдём к бабке Нюре, оставим хлеб, я переоденусь.
Илья всю жизнь звал бабушку Анастасию Нюрой. Почему? Никто не знал, но бабушка не возражала.
А я вообще не умею ни щи варить, ни блины печь, призналась Таня.
Ничего! Рыцари любят поесть, но всему учатся с любовью! рассмеялся Илья.
Бабушка заозадачилась: мой Илюша не умеет камни класть, зато вот, девочка никакой хозяйки. Ничего! Всё сами научат друг друга, к свадьбе всё получится…
…Таня не была леди по журналу. Она путалась во множестве ножей и вилок в ресторане, не умела красиво гладить брюки, суп у неё первое время выходил водянистым, а картошка прилипала ко дну. Но Илья, настоящий муж, всё терпел. Научится, улыбался он. А доклад для сахалинских друзей дяди Никиты он сохранил если бы Таня не совершила ту оплошность, не женился бы на ней никогда.
Сам он не собирался жениться просто от скуки решил: пусть родители отстанут. Вот так и вышло: Сидел бы и дальше один, если бы не твой доклад, шутил он ей потом.
Но обо всём не сразу. Окончили оба институты, потом сыграли свадьбу.
Дома ремонт устраивали сами: Таня вылила на мужа ведро клея Илья лишь скрипнул зубами, не ругался. Первый холодец получился слишком острым Таня вежливо ела с большим количеством хлеба.
Никаких жеманств, пафоса или театральности в семье не осталось. Рыцари стали обычными, более простыми, “земными”, а леди деловыми и рукастыми хозяюшками. На даче бегали босиком по росе, зимой катались на санках, топили печку, рассказывали друг другу о неудачах за чаем.
Таня вдруг увидела: её мечты о рыцаре в сверкающих доспехах это всего лишь красивая сказка. А счастье бывает рядом с тем, кто рядом и кому не стыдно показывать свою боль, неудачи и маленькие радости.
Мам, как-то спросила она у Катерины, почему мы всегда жили как по сценарию? Почему просто не были собой?
Потому что наше детство было тяжёлым, пожала мама плечами. Хлопоты, проблемы только о них и говорили. Мы хотели дать тебе беззаботную молодость. Просто любим тебя.
С детством Таня окончательно простилась, когда серьёзно заболел её отец. Больница, приторный запах лекарств, папа, осунувшийся, бледный Она только тогда поняла, что за внешним фасадом всегда есть простые, настоящие чувства.
Папа поправился, ездил за внуками, дед Савелий ждал их в деревне, теперь уже сами внуки ездили к нему, варили повидло, пекли пироги.
Однажды Таня встретила Алису Валентиновну. Тая спросила, нашла ли она своего рыцаря в блестящих латах.
Нашла, тётя Алиса, с улыбкой сказала Таня. Письма писала, за руку просил, на одно колено вставал Только он не дипломат, а строитель.
Как это строитель?! удивилась учительница.
А вот так. Кто сказал, что рыцари должны быть только в латах? Таня рассмеялась.
Мир меняется, Таня вздохнула Алиса Валентиновна. Мой рыцарь тоже только на диване лежит, всё я за ним делаю. Были бы счастливы попрощалась и пошла своей дорогой.
А Таня подумала: “И хорошо, что мой Илья обычный человек, без золота и звёздной пыли, что с ним можно быть просто собой, не бояться быть смешной или несовершенной. Жить это и есть настоящее счастье, а не мечтать о сказочных идеалах. Ведь жить по-настоящему куда интереснее, чем играть чьи-то роли”.
И, улыбнувшись, Таня пошла по своим делам счастливая и настоящая.
