Мамин побег
Не вздумай никуда выходить, слышишь? Сиди дома, пожалуйста! Гололёд, на улицах лед, дворники не справляются, и вирусы кругом в метро все чихают, кашляют! Вот у нас в офисе уже половина на больничном! с заботой и легким раздражением напутствовал маму Михаил.
Он звонил ей каждый вечер: расспрашивал о самочувствии, о том, что в холодильнике, а потом снова о здоровье. Потом разговор переходил на него, вечную тему «когда же, Миша, ты сделаешь предложение своей Маргарите», обсуждение дачи и очередной сломанный ступень на крыльце, который нужно будет весной починить
Валентина Сергеевна слушала сына предельно внимательно, умела по одному лишь вздоху или смене интонации определить, как у него дела переживает ли, болен ли, расстроен или просто устал.
Да, Мишенька, я всё поняла, буду аккуратна, уклончиво согласилась мама на очередные наставления.
Мама, только без твоих выходок! Сейчас серьёзное время, сиди дома, уставшим голосом напомнил сын.
Валентина Сергеевна кивнула и тихо вздохнула.
Но как же скучно жить вот так по расписанию! Бессмысленно гонять беззвучные телеканалы, вязать бесконечные шарфы, выращивать зеленый лук на подоконнике и заучивать кроссворды наизусть. Ну не про неё это
А вот собрать свою лучшую подругу Любу, которая на несколько лет старше и всю жизнь снимает на фотоаппарат всё, что движется, да махнуть на поезде до Питера это по её душе! Целую ночь разглядывать огни вагона, гулять по мокрому Невскому, пить кофе с корицей в маленьком кафе, потом, усталой, завалиться в номер и, не спать, а слушать город, наполняться странной энергией, читая о его истории А потом, на следующее утро, домой в Москву. Жить, вдыхая полной грудью.
В её вдовьем быту когда-то были ночные поездки по Золотому кольцу, автобусные экскурсии, карточные посиделки у Марковых, театр раз в месяц, шопинг по гипермаркетам без особой цели, а «для пользы тела», как говорил её покойный муж. Про такие радости Валентина Сергеевна сыну не рассказывала не понял бы, а то и осудил бы, начал ругаться.
Михаил заботился о ней по-русски сердечно и с опаской. За всё отвечал сам анализы каждый год, приёмы у специалистов, новые таблетки и витамины
Но посещать врачей с Валентиной Сергеевной испытание. Она моментально начинала беседу с любым, кто оказался рядом в очереди, даже если они пришли к разным врачам. Находила тысячу тем для разговора: кто откуда, где учился, как внуки. Все в коридоре ей поддакивали, она улыбалась, щебетала, пока уже очередной пациент не звал её по фамилии.
Мама! Почему ты не заходишь? Я же сказал к пяти часам! бежал по коридору Михаил с водой.
Сынок, прости! Так интересно разговаривали! Сейчас извинялась она, прощаясь с новыми знакомыми таинственным взглядом и исчезала за дверью кабинета.
С врачами всё было примерно так же то обсуждение детей и собак, то воспоминания про Крым и поездки на Байкал, разговоры о варенье из сосновых шишек, о Булгакове и даже балете Она знала обо всём, но каждый раз забывала о сути визита.
Мам, ты можешь просто слушать? не выдерживал Михаил. Тебя человек спрашивает: немеют ли у тебя руки?!
Мишенька! Я уже в том возрасте, что у меня и хвост неметь может, если бы был! Но почему мы не можем обсудить с доктором муранское стекло? чуть возмущённо отвечала она.
У Валентины Сергеевны был любознательный ум, широкий кругозор и редкая способность находить контакт с любым человеком.
Иногда её открытость играла злую шутку
В тот вечер, когда сын попрощался, Валентина Сергеевна вышла вынести мусор, спустилась на этаж пониже проверить цветы. Там и встретила соседа, Григория Андреевича.
Миша этого Гришу терпеть не мог: хмурый, ворчливый, всегда занят либо во дворе, либо на рыбалке.
Опять за лещом, Григорий Андреевич? бросила ему Валентина, смотря в окно.
Гриша моргнул, мотнул головой и задумчиво ответил:
Погода шепчет хандрить. Сыну скажете, что всё в порядке.
А Миша мне только с утра напоминал сидеть дома А мне надо виновато начала Валентина Сергеевна, но соврала неумело и поспешно откланялась.
Григорий ещё долго стоял, глядя ей вслед
Ой, да что там таится! Холестерин шалит, давление скачет, суставы побаливают Но не этим же жив человек! Как можно упустить такую красоту свежий снег, сияние фонарей, встречу с друзьями?
Гриша увидел, как соседка села в вызванное Яндекс.Такси, и машина затерялась среди других под моросящим московским снегом. Он поправил шапку и тихо задернул занавеску.
Сегодня Валентине Сергеевне было особенно радостно! Новое платье, прическа, бальные туфли и вот она уже кружится в них в большом светлом зале на вечере для «тех, кому за» Её партнёр, Олег Петрович Краснов, видный, военный с усами и настоящей выправкой, уже сделал ей комплиментарные реверансы, процитировал Некрасова не совсем в тему, но всё равно приятно! Немного резковат, не в её вкусе, конечно, но что с того? Замуж за него не собирается, чай не ЗАГС!
Усталость и опека сына Валентине Сергеевне осточертели. Хотелось немножко озорства, закружиться в вальсе, смеяться до слёз и мечтать без всяких рамок, просто быть женщиной, которой дозволено всё даже взбеситься разочек в шестьдесят пять.
Вот и сбежала из-под родительского контроля. Соврала немножко, ну и пусть! Не бояться бы, как Мишка, иначе и всю жизнь просидеть можно среди страхов
Она узнала о вечере из флаера спортклуб совсем новый, с залом, где зеркала, светло, музыка. За участие просят какие-то 300 гривен, мелочь, а радость на целую неделю! Пешком из своего района не дойти, на метро долго, а тут всё удобно.
Вечер складывался просто отлично! Михаил позвонил, убедился, что в порядке, больше беспокоить не будет. Валентина с ним солгала слегка за что на душе стало тепло и смешно: какой же она, оказывается, проказница.
Олег Петрович вернулся с напитками.
Вот, держите, лучший лимонад! Я только его теперь и пью, с довольной интонацией сказал он.
Она пригубила и тут же скривилась, будто бы напиток показался странно терпким.
А чего понемногу, пейте-пейте! настаивал он, глядя ей прямо в глаза. Бурду, конечно, развели, но не в этом дело пообщаться приятно.
Валентине не понравилось слово «бурда». Она вдруг остро почувствовала себя не на месте
Олег Петрович не умолкал: речь его становилась всё громче, рассуждения всё несуразнее. Его раздражала сама атмосфера праздника.
Ну вот, опять охота на меня открыта! Вам мои квартира с машиной не нужны? Да ладно уже с вызовом заговорил Краснов. Всё вы одинаковые! На-на-набросились! Но я же не согласен! Хлопал он ладонью по холёной груди.
Вдруг затуманилось всё внутри у Валентины Сергеевны, и она поняла сейчас расплачется. Слёзы текли, размывая тушь, надежно прикрывавшую усталые глаза.
Быстро выскользнула в дамскую комнату. В синей сумочке зазвонил телефон.
Мама, ну где ты? Я уже приехал, звоню в дверь! Тебя нет дома, ты обещала сидеть, вдруг заболеешь ворчал Михаил.
Мишенька, я вышла на воздух, дома душно. Всё хорошо еле сдерживая слёзы, ответила Валентина.
Я за тобой заеду!
Нет не надо, правда
Мама! Я рядом, на парковке слева от входа. Выходи.
Валентина опустила голову, слёзы катились по щекам, оставляя тёмные дорожки. В зеркало смотреть было страшно.
Вы что тут плачете? вдруг раздался строгий голос. Из подсобки вышла уборщица.
«Современный клуб, а уборщицы, как в моём детстве!» подумала Валентина Сергеевна. А вслух произнесла:
Вот, косметика потекла сын приехал, а я, как пугало! Как же показаться им в таком виде?
Подожди-ка! зашептала уборщица, суетливо открыв шкафчик и достала голубую пачку каких-то необычных салфеток. Эта штука у меня особая внучка из Украины прислала, NEURO WAVE. Не хуже, чем в Париже!
Валентина слабо улыбнулась, взяла салфетку, аккуратно провела ею по лицу.
Вот вроде и просто, а приятно И правда, одной стороной нежно, а другой посерьёзней как скраб. Я иногда тоже пользуюсь, призналась уборщица Генриетта Петровна.
Спасибо вам А как вас зовут? тихо спросила Валентина.
Генриетта Петровна. Возьмите ещё салфеток! Нам, женщинам, надо друг дружку поддерживать.
Валентина Сергеевна вытерла слёзы, убрала разводы, и резкость мира чуть смягчилась. Она вышла в коридор а там, в пальто, с красным от мороза носом, стоял сосед Гриша.
Вот вы где! немного смутился он и неловко поправил шапку. За вами пришёл. Проводить надо таких красавиц.
Как вы меня нашли? удивилась она.
Я такси ваше по номеру определил, оператор подсказала адрес Вы мою заботу не осудите?
Спасибо, Гриша Валентина растрогалась и улыбнулась. Пойдёмте, а то сын волнуется.
Вышли на улицу, и Михаил сразу набросился с ремарками:
Мама, когда же ты остепенишься! Я люблю тебя, хочу, чтобы ты была жива и здорова!
Мишутка, я тоже тебя люблю, но не могу жить без радости мне не хочется быть мышкой в норке пусть даже ради спокойствия. Женщина должна помнить: жизнь это не только забота, но и счастье.
Михаил помолчал, а потом усмехнулся:
Ладно, мам. А что я еще не знаю? Танцы, банкеты, кавалеры и даже ваш сосед защитник!
Валентина покраснела:
Ну я иногда играю с девочками в карты и хожу на йогу.
Гриша хмыкнул, а Михаил, открывая машину, только махнул рукой:
Не знаю, мам. Может, тебе и правда нужен кто-нибудь рядом а мне жениться уже пора Ну делай, что хочешь! Только чтобы счастливой была.
Валентина засмеялась и подала сыну упаковку салфеток:
Это для твоей Маргариты замечательное средство. Женское пусть попробует.
Вздохнув, Михаил кивнул:
Спасибо, мама. Может, правда, остаться тебе в покое и не держать на коротком поводке.
Это лучшее, что ты можешь для меня сделать, сынок! обняла его Валентина Сергеевна.
Новый год они встречали вместе с Григорием, Михаилом и Маргаритой. Была ёлка, подарки, снег за окном, смех и разговоры. В этот момент Валентина Сергеевна знала: счастье не в безопасности, а в том, чтобы жить полной жизнью, не отказывая себе в радости и маленьких авантюрах. И пусть иногда случаются слёзы, но только потому, что жизнь она настоящая.
Главное, не бояться её проживать.
