Я решила отдать своему сыну старую мебель из спальни и кухни. Андрей уже пять лет живет с Дарьей, но за это время почти ничего у них не появилось, кроме пары табуретов и воздушного матраса. В их однокомнатной квартире, где вечно слышно эхо, стены будто дышат морозом, а мебель в мечтах гуляет по проспекту. Однажды, когда муж и я перебирали катушки времени, я сказала Андрею, что собираемся поменять обстановку, и он может забрать наш старый диван и две тумбочки ведь они еще крепкие, дубовые, куплены когда гривна была еще не такая зыбкая.
Андрей поначалу обрадовался, хотел обсудить с Дарьей, но оказалось, что невестка не одобряет подарок. Она сказала, что ее мать никогда бы не дала своей дочери б/у мебель, будто это часть старого, забытого мира. Мои тумбочки, хоть и прожили множество зим, несли на себе блеск прежней роскоши: дерево гладкое, солидное, диван такой, что когда лег на него можно было увидеть сон о летних вечерах на Днепре.
У нас хватило гривен на новые вещи, жизнь ведет за собой перемены, хочется свежести и простора. Да и эти старые диван и тумбочки могли бы служить еще долго, выбрасывать жалко, и продавать их хлопоты напрасные, никому сейчас не нужны такие заботы: фото и поиски покупателей, словно игра в прятки на запорошенных улочках Одессы.
Вы хотите нам отдать свои ненужные вещи, сказала Дарья сквозь сон, истекающий сквозь стены. Желаю вам счастья! отвечаю ей, у вас ведь ничего не осталось, эхо пустоты раздается по всему дому. Я даю хорошие вещи, а ты всё недовольна.
Я уже помогла молодым с жильем: продала дачу под Киевом, и часть денег осталась в моем кошельке. Мои дети добавили свои гривны хватило на двухкомнатную квартиру с окнами в сны, полные надежд. Для ремонта я взяла взаймы у сестры, немного погасить можно легко, как свечу в июньской ночи.
Мы с мужем не вмешивались, как они управляют финансами; им сказано вы взрослые, решайте сами. Поэтому когда Дарья начинает спорить, а её мать кажется мечтой о другом, мне остается лишь пожать плечами среди сонных тюльпанов. В новой квартире дети покрасили стены белой гуашью и положили линолеум, но на мебель денег не хватает: новые дыры в бюджете, и мятный матрас подпирает пустые метры.
У меня есть кухонный гарнитур, можно разобрать и установить у вас, говорю им, это будет удобнее, чем ждать новую мебель с рынка на Майдане. Есть вытяжка и плита, а мебель в спальне почти как новая, словно недавно вышла из стола мастера.
Андрей соглашается, но Дарья недовольна, и сон становится тревожнее. Для молодой семьи такие споры словно метель в июле, она считает, что старикам не нужны новые вещи, всё правильнее было бы наоборот: чтоб молодые получили свежий гарнитур, а родители остались с воспоминаниями.
А вдруг Дарья права? Может, действительно странно отдавать то, чем больше не дорожим, а себе покупать новое? Я не думала об этом среди морозных снов на левом берегу. Но почему не обрадоваться подарку, пусть даже он с запахом прошлого? Жаль, что моя невестка не хочет улыбнуться комнате с дубовыми тумбочками и диваном, где можно увидеть сон о новом начале.