– Убери его, убери, прошу тебя! Я больше не могу смотреть на это. У меня нет сил терпеть всю эту грязь. Наш дом превратился в яму для убогих. Если ты не уберешь его отсюда, я не знаю, что со мной будет Я Я не знаю, что сделаю, готова задушить его, или просто уйду сама. Я уйду от тебя, Дима! Я не могу больше! разрыдалась Галина, спрятав лицо в ладонях. Ее плач был долгим, тяжелым, с хрипами, как у женщины, пережившей слишком многое. Потом она резко поднялась, глянула на мужа исподлобья, и выскочила из комнаты, хлопнув дверью.
Дмитрий растерянно смотрел на своего старого отца. Петр Семенович сидел на стуле, согнувшись, свесив голову и сложив на коленях руки, покрытые темными пигментными пятнами, такими же как и его прошлое. Он молчал, дрожал от каждого крика Галины, будто его били.
Папа, а я, когда вырасту, тоже буду таким сильным, как ты? еще маленький Митя смотрел снизу вверх на отца.
Конечно, сынок. Ты будешь еще сильнее меня, ты мой наследник. Дети всегда превосходят родителей, отвечал Петр, улыбаясь.
А вот они на рыбалке под Киевом: Митя неумело забрасывает удочку и тянет свою первую плотву. Маленький орет от восторга, отец смеется и радуется за него.
Первый класс, школа на Позняках. Митя волнуется, дрожит с букетом гладиолусов, но папа рядом становится легче.
Лето жаркое, Митя гоняет на первом велосипеде, падает в канаву. Коленки в крови, локоть разбит. Ревет, как бык, а тут папа подбежал, притянул к груди, поднял на руки, понес домой, нежно помазал зеленкой, подул, улыбнулся:
Не переживай, сынок, до свадьбы заживёт. Кто не падал тот не ездил!
Выпускной. Вечер с шампанским, а утром серьезный разговор:
Митя, это не то, что делает тебя мужчиной. Мужчиной делает поступок, а не эта дрянь. Запомни.
Сын быстро кивает, ему стыдно и неприятно.
Поступление в институт: Петр волновался с Митей, практически не спал. Ждал под дверями, когда тот сдавал экзамены. Вместе смотрели списки, когда нашли фамилию Петр схватился за сердце. Митя и мама бросились к нему, он только смотрел на них.
Тогда мама ещё была жива Через год её не стало, ушла тихо, незаметно так же, как и жила. На кладбище под дождём, когда все уже разошлись, отец и сын стояли молча. Митя впервые взял его за руку:
Папа, пошли
Он хотел бы сказать, как папа когда-то: ничего, всё пройдет Но не смог. Отец после похорон сразу сдал, сгорбился, будто груз навалился на плечи. Был уже не молод. Митя поздний ребенок. Старшая сестра, Надежда, жила в Одессе, видел её редко, она часть прошлого отца, его первой семьи. А Митя родился, когда Петр был под пятьдесят.
Воспоминания вспыхивали в голове Мити, больно, как молния. Сердце заныло, он сжал грудь отпустило.
Митя закончил учёбу, уехал в Киев. Получил работу в ведущей инженерной фирме, встретил девушку. Подали документы на брак. Митя был счастлив и влюблен. Отец звонил редко, всегда одно и то же:
Всё хорошо, сынок, нормально. Я справляюсь, ещё не старый. Свадьба? Конечно, приеду.
Свадьба была в дорогом ресторане. Столы ломились от закусок, невеста красива в роскошном платье. Всё на уровень, за гривны Митя мог себе позволить праздник.
Отец приехал. Митя едва узнал перед ним стоял сгорбленный, седой старик. Представил его Галине, она морщилась, смотрела с подозрением. Петр робко улыбался, не знал обнять ли, руку ли поцеловать неловко поклонился и совсем смутился.
Галя повернулась к мужу:
Дима, ну что за вид? Стыдно перед гостями. Надо это снять и выбросить. Слышишь?
Они сходили с отцом в магазин, купили костюм. На обратном пути в такси Петр молчал, смотрел на сына грустными глазами:
Ты стыдишься меня, сын?
Нет, папа, просто Галя Она столичная, привыкла чтобы было красиво
Отец пожил у них три дня, стеснялся, сидел на краю стула, так и не научился есть суши, которые предложила невестка. Уехал, собрав вещи, а Митя вздохнул с облегчением
Закружилась жизнь семья, любовь, работа, друзья, вечеринки, киевские пробки Митя всё реже звонил отцу, иногда писал смс, но не читал ответы забот хватало.
В тот вечер позвонила соседка, тётя Зина:
Митя, забери его, совсем плохой стал. Потерялся, не помнит себя. В магазине меня не узнал С электрички сняли, голодный, пенсию кому-то отдал. В холодильнике пусто. Немытый, нечесаный. Забери его, погибнет.
Митя позвонил сестре Надежде:
А мне зачем это? Он нас бросил, я его не видела сто лет, знать не желаю. У меня условия другие, нянчиться некогда. У вас квартира, у нас тесно. Не хочу обсуждать, сами разбирайтесь.
Митя долго сидел на кухне, думал. Темнело, а он всё сидел. Как сказать Галине, что хочет забрать отца?
Галя выслушала и тяжело вздохнула:
Может, лучше в пансионат, с сиделкой? Или ещё как-то?
Нет, Галя, ему среди родных лучше. Я думаю, это ненадолго, поправится отвезём обратно
Через три дня привёз Петра домой.
Первый сюрприз случился на следующий день: отец затопил соседей, забыл закрыть кран. Соседка материлась, визжала. За ремонт Мите пришлось заплатить прилично почти десять тысяч гривен.
Потом: разбитые тарелки, мокрые простыни, еда валяется везде, двери не закрыты, запах Всё прелести старческой деменции
Галя, пожалуйста Митя гладил её плечо. Давай попробуем пансионат? Хочешь?
Очень хочу! она смотрела жестко, глаза красные от слёз. Мне страшно жить так. Это ад.
Утром Митя обзвонил пансионаты для престарелых, выбрал подходящий.
Через день отвозил отца, собрал немного вещей. Петр был в хорошем настроении, как ребёнок смотрел в окно, смеялся, махал всем прохожим.
Митя оформил бумаги, оплатил всё почти двадцать тысяч гривен, выслушал директора и пошёл прощаться.
Отец стоял у окна, когда вошёл Митя резко обернулся и улыбнулся широкой, сильной улыбкой, как в молодости. Митя замер перед ним был прежний отец. Это длилось миг
Ну, сынок, до свидания. Прощаться не будем? и снова исчез, опять беспомощный старик.
Митя вышел, опустив голову, слёзы душили горло
На следующий день позвонили из пансионата: безэмоциональный голос сообщал Пётр умер ночью от сердечного приступа
Митя застыл на кровати, одетый в тщательно выглаженные дорогие брюки. Телевизор работал, на кухне жужжала кофемашина, за окном шумело лето, жизнь неслась мимо. А один человек просто исчез.
Вот и всё Вот и всё думал Митя, вспоминая последние слова отца в пансионате. Понял отец знал, хотел попрощаться.
Митя закрыл лицо руками и заплакал…