Он всё ещё не пришёл. В последнее время на работе было слишком много дел, и он оставался всё дольше.
Екатерина уложила детей спать и пошла на кухню заварить чай она любила чай тёмный, как ночная вода. Пётр опять не возвращался домой вовремя. Всё время этот бесконечный аврал; он будто бы таял между отчётами и цифрами, исчезая из квартиры, где воздух уже пах только детскими подушками и невыспавшимися молитвами.
Екатерину удручала усталость её мужа, и она старалась оградить его от домашних забот. Ведь он был единственным кормилицей она осталась дома по их обоюдному решению: он будет приносить деньги, она будет хранить очаг и заботиться о детях. Так у них подряд появилось трое один за другим, неслышно, как снежинки с неба, падали в этот мир маленькие человечки. Пётр только радовался их появлению и шутил, что это ещё не предел.
Но Екатерина с каждым днём всё тяжелее поднималась по лестнице материнства уж очень нескончаем был этот круг забот, и однажды она решила: хватит.
Пётр вернулся домой уже после полуночи чуть весёлый, чуть уставший, запах леденцовой водки тянулся за ним, как плащ.
Катя, мы с мужиками поздно закончили, решили заехать в бар на пару кружек.
Ох, ты мой бедненький, выдохнула Екатерина. Ничего, сейчас что-нибудь приготовлю
Не надо! Мы там закусили чуток. Лучше сразу спать.
Впереди был странный праздник: День матери. Екатерина попросила мать посидеть с детьми и отправилась в торговый центр хотелось устроить что-то особенное: пусть будет романтический ужин. Бабушка и вправду забрала ребят к себе, и Екатерина почувствовала необычную лёгкость будто снова студентка, гуляющая по ветреной весне.
Покупая еду и подарки, она решила выбрать кое-что для себя. Давно уже не радовала себя вещами: неудобно было просить у Петра деньги на новое платье всё равно, носить-то его негде. Последняя её обновка была обычным халатом для дома. Но хотелось чего-то праздника.
Она зашла в магазин одежды и выбрала три платья. Примеряя второе, вдруг услышала за стенкой знакомый голос голос Петра, обрывистый, смешный:
Ммм, скорее бы снять это с тебя!
Женщина рядом тихо расхохоталась:
Потерпи! Лучше б своей жене что купил.
Зачем? Она вся ушла в детей! Им всё равно, во что она одета. Главное, чтобы нянчила их и кормила. Куплю ей кофеварку или миксер счастлива будет, усмехнулся Пётр.
Екатерина замерла. Молитвенно молча продолжала перебирать ткани, будто пряталась за ними от этого ледяного шёпота.
А если спросит, куда деньги дела? смеялась любовница. Миксер же не стоит столько!
А зачем мне объясняться? Я работаю, она дома целыми днями. Даю ей на продукты хватит с неё. Пусть ценит.
Похоже, примерка у них закончилась. Екатерина украдкой выглянула: Пётр стоял у кассы, рядом светловолосая женщина, он поцеловал её прямо на глазах продавщицы.
Всё в порядке, девушка? спросила продавец, видя, что Екатерина так и не выходит из раздевалки.
Да-да, всё хорошо! быстро пробормотала Екатерина. Я беру всё.
Дома, когда бабушка ушла, а малыши уснули после обеда, Екатерина долго сидела на подоконнике и смотрела на полосы снега, сползающие с крыши. Душа её ныла не столько от измены, сколько от презрения к её бесконечному, незаметному труду.
Хотелось убежать, подать на развод, но Екатерина себя одёрнула:
“Подам на развод Пётр уйдёт к своей блондинке. Я останусь одна, с детьми и без копейки. Алименты? Получу гроши На что жить?”
В ту ночь Пётр не задержался на работе. “Отгулял днём”, безразлично подумала Екатерина. Она уже не чувствовала к нему ничего только отчуждение, как к двери, которая скрипит не вовремя. Хоть бы не лез ночью от одной мысли становилось противно.
Но, кажется, Пётр насытился и был удивительно спокоен.
На следующее утро Екатерина обновила резюме и разослала его по офисам города по кошачьи бесшумно, надеясь на чудо от холодных электронных ящиков. Несколько дней с утра до вечера она ловила новости, словно дождевые капли. И вот пришёл отклик: её приглашали на собеседование. Ирония фирма, где работал Пётр. Но Екатерина решила пойти.
Опять попросила маму с детьми, оделась, словно к экзамену, и пошла по мокрому московскому снегу. После долгой беседы ей предложили место с гибким графиком. Зарплата не ахти, но была надежда на большую свободу и на первый шаг к спасению.
Екатерина летела домой, не чуя под собой ног, и тёплый свет лился из-под ресниц. Мама сразу заподозрила подвох:
Кать, что с тобой?
Мама, Пётр мне изменяет! выкрикнула Екатерина, шаткая и радостная, как мыльный пузырь. Мать усадила её и дала горячего молока.
Думаешь, Пётр способен на такое? Он всё время пропадает на работе!
Не на работе у любовницы! Екатерина рассказала ей про примерочную.
И что теперь?
Подам на развод! И да теперь у меня работа, скоро отдам детей в садик, буду работать побольше.
Вот и правильно. Ты молодец. С детьми я помогу, а такие поступки не прощают.
Спасибо, мама! Екатерина обняла её так крепко, словно хваталась за соломину во сне.
7 марта Пётр снова пришёл поздно. Екатерина ничего не спросила он попытался оправдаться:
Катя, у нас снова аврал
Иди спать, безэмоционально отрезала она.
Утром, когда дети елозили кашу по тарелкам, Пётр подошёл с коробкой:
Держи, Кать, вот тебе миксер для хозяйства пригодится! он попытался поцеловать жену, но она встала из-за стола.
У меня тоже есть подарок, сказала Екатерина. Пётр, ошарашенный, пошёл за ней в прихожую. Там стояли два чемодана.
Я подаю на развод. Теперь не нужно врать иди!
Как ты узнала? еле выдохнул он.
В примерочной, когда выбирал подарок своей блондинке! И этот миксер ей подаришь, мне не надо.
Пётр вспыхнул:
Тебе завидно? У меня теперь красивая женщина. А ты только и живёшь детьми, себя забыла, сидишь на моей шее. Я заработал, я решаю, на что тратить деньги.
Я не злюсь, ответила Екатерина спокойно. Просто уходи.
На следующий день Екатерина подала на развод и алименты. Через неделю в её дверь вломилась свекровь, будто снежная буря:
Ах ты, корыстная! Выгнала сына и теперь кормиться хочешь! Не смей требовать алиментов он не обязан вас содержать!
Он не меня содержать будет, а своих детей, которых так хотел, ответила Екатерина. Если денег не хватит на любовницу это не мои заботы. А дети его.
Сама подумай, что ты будешь делать без его средств? Родила детей в надежде жить за его счёт не выйдет! Он оформит себе маленькую зарплату и ничего не получишь! Сама ещё поползёшь ему навстречу!
Сомневаюсь, Екатерина пожала плечами и кивнула на дверь. А теперь прошу уйти, пока не вызвала полицию.
Свекровь хлопнула дверью, оставив за собой запах разбитых надежд.
Прошло несколько месяцев. Все малыши пошли в садик; через месяц Екатерина смогла выйти на работу на полный день.
Привет, услышала она однажды голос рядом с рабочим столом, голос из прошлой, потёкшей, заплывшей жизнью. Можно поговорить?
Извините, Пётр, у меня много дел, не поднимая глаз, ответила Екатерина.
Может, на обед сходим? Пётр не уходил. Екатерина взглянула на него: постаревший, усталый, будто после ледяного дождя. Она знала блондинка бросила его, узнав о «половине зарплаты» детям. Но уже не было сожаления, не было сочувствия.
Нет, Пётр. Обедать мы вместе больше не будем.